Становление современной системы правового регулирования интеллектуальной собственности в зарубежных странах

Хотя привилегии и первые законы являются важными этапами в развитии права интеллектуальной собственности, оформление современной системы регулирования происходит позднее, в период с конца XVIII до конца XIX в., что совпадает по времени с развитием буржуазного общества и рыночной экономики.

В сфере патентного права были приняты законы, которые, следуя облигаторному принципу, закрепили за изобретателями вместо привилегий полноценное право и ввели единую процедуру патентования. Закон Франции о праве изобретателя (1791) был не только первым, он также стал модельным законом для других европейских государств, включая Российскую империю. Далее патентные законы были приняты в Испании (1811), США (1836), Германии (1877), Италии (1885). Ряд европейских стран на протяжении XIX в. неоднократно реформировали свое патентное законодательство. Наиболее важные изменения касались процедуры проверки патентоспособности изобретения. Великобритания поправками в патентный закон 1852 г. модернизировала и отчасти упростила процедуру изобретений. Франция поправками 1844 г. сделала процедуру проверки сугубо формальной и сняла с государства какую-либо ответственность за проверку новизны и достоверности описания изобретения. США, где, напротив, первоначально процедура была формальной, в 1836 г. усложнили проверку, что повысило ценность выдаваемых патентов.

Следует отметить, что в XIX в. единого мнения о пользе патентного права еще не сформировалось. Считается, что наиболее острые дискуссии о роли патентов для развития экономики и общества происходили в 1859—1875 гг. и затронули такие страны, как Англия, Франция, Германия, Голландия и Швейцария[1]. Так называемый спор о патентах {patent controversy) касался не только науки и доктрины, но и политики права. Так, в Швейцарии первый патентный закон действовал только в 1799—1802 гг., и патентная система была восстановлена только в 1888 г. В 1869—1912 гг. от патентного законодательства также отказалась Голландия[2].

Авторское право обретает свои современные очертания также только в конце XVIII—XIX вв. Законы об авторском праве принимают США (1790), Франция (1791), Голландия (1817), Италия (1865), Германия (1871), Швейцария (1883).

Увеличиваются сроки охраны, расширяется перечень объектов авторско-правовой защиты, заключаются международные соглашения. Именно в XIX в. во Франции и в Германии получает развитие доктрина, ориентированная на личность автора, его естественные права и принимаются законодательные нормы о «моральных» (личных неимущественных) правах авторов. Международное признание «моральные» права получили только в 1928 г. благодаря поправкам в Бернскую конвенцию по охране литературных и художественных произведений. В странах англо-саксонской правовой системы с самого начала и до настоящего времени приоритет отдается имущественным правам автора.

Заслуживает внимания тот факт, что на становление авторского права серьезное влияние оказали философия и культурный контекст. Европейское право интеллектуальной собственности в значительной мере основывается на понятии частной собственности, которое было развито в трудах Канта и Гегеля. И Кант, и Гегель полагали, что частная собственность не обязательно приобретается трудом. Право собственности свидетельствует о том, что субъект выражает свою индивидуальную волю во внешних объектах. Таким образом, вещь всегда отражает личность своего обладателя. Соответственно, отчуждать можно только то, что не связано с нашей волей неразрывно[3].

Что касается культурного контекста, то важное значение для становления принципов защиты прав индивидуального автора сыграла эпоха романтизма. Понимание искусства как мимесиса, т. е. подражания, восходящее к философии Аристотеля и Платона, продержалось вплоть до XVIII в., однако вместе с переходом к романтизму постепенно сменилось новым представлением о том, что автор, поэт или писатель, не просто воспринимает и отражает внешний мир, а выражает его через собственные уникальные чувства и представления[4].

Исторической особенностью авторского права, в отличие от патентного права, является относительно негативное отношение к иностранным авторам и издателям. Целесообразность предоставления равной правовой защиты иностранным авторам и правообладателям ставилась под сомнение, тогда как выдача патентов зарубежным изобретателям и компаниям оценивалась как возможность внедрения в стране новых технологий.

Пример

Закон об авторском праве США 1790 г. не распространялся на иностранных авторов, так как издателям было выгодно печатать иностранные произведения без выплаты авторских гонораров. В связи с международным давлением в 1891 г. США приняли Закон о международном авторском праве, которым была введена ограниченная защита прав иностранных авторов. Защитить свои права авторы могли только при условии регистрации произведения и выполнения так называемой оговорки об использовании (:manufacturing clause), согласно которой правовую защиту получали только те произведения, которые были изданы на территории США. Данное условие было полностью отменено только в 1986 г.

дународные конгрессы. В итоге к концу века были приняты Парижская конвенция по охране промышленной собственности (1883), Бернская конвенция об охране литературных и художественных произведений (1886) и Мадридское соглашение о международной регистрации знаков (1891).

  • [1] См.: Machlup Penrose Е. The Patent Controversy in the Nineteenth Century //Journalof Economic History. 1950. Vol. 10. Ns 1. P. 1—29; Пиленко А. А. Право изобретателя / подред. Н. В. Козловой, С. М. Корнеева, Е. В. Кулагиной, П. А. Панкратова. М.: Статут, 2001.С. 125-130.
  • [2] См. подробнее: Schiff Е. Industrialization without Patents: The Netherlands, 1869—1912,Switzerland, 1850—1907. Princeton : Princeton University Press. 1971.
  • [3] См. подробнее: Войниканис E. А. Классическая немецкая философия в поисках обоснования авторского права: Кант, Гегель и Фихте // Труды но интеллектуальной собственности.2013. № 1 (т. XII). С. 194-225.
  • [4] См.: Abrams М.Н. The Mirror and the Lamp: Romantic Theory and the Critical Tradition.New York: Oxford University Press, 1953. P. 56—58. О значении образа автора для становления авторского и патентного права см.: Войниканис ЕЛ. Право интеллектуальной собственности в цифровую эпоху. Парадигма баланса и гибкости. М., 2013. С. 152—164.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >