Основные подходы к концептуализации политической культуры

Термин "политическая культура" (political culture), предложенный в 1956 г. Г. Алмондом для обозначения "специфических моделей ориентации на политические действия"1, сегодня имеет уже более широкое значение.

Политическая культура, являясь системой порождения, храпения и трансляции политического опыта, выступает как совокупность ценностей и норм, обеспечивающих формирование, сохранение и развитие общества. А поскольку любая культура реализуется в сознании и поведении ее носителей, то и политическая культура выражается в соответствующем политическом сознании и поведении социальных групп и отдельных личностей. Поэтому нередко под политической культурой понимают политическое поведение в зависимости от ценностных ориентации. Так, Т. Парсонс и Э. Шилз определили политическую культуру как систему ценностей, глубоко укорененных в сознании мотиваций (ориентации и установок), регулирующих поведение людей в ситуациях, имеющих отношение к политике. Р. Kapp и М. Бернстейн полагали, что политическая культура — это установочная и поведенческая матрица, способ политического поведения социальной группы и природа политических верований и ценностей се членов. По мнению Г. Алмоида и С. Вербы, политическая культура зависит от того, как политическая система интернализируется (переводится в субъективный план сознания личности) в когнитивных представлениях, чувствах и оценках населения.

Трудности концептуализации политической культуры обусловлены тем, что данное понятие претендует на роль мостика между микро- и макроуровнями политики. Предполагается, что разделяемые членами определенного сообщества исторически сложившиеся ценностные установки, репертуары смыслов, модели поведения и пр., значимы для понимания политических явлений и процессов, поскольку они определяют особенности функционирования институтов и пределы их изменений. Наличие такого рода связей интуитивно не вызывает сомнения, однако выработать систему понятий для их описания оказывается не так просто. Наиболее принципиальным "водоразделом" для концептуализации политической культуры является интерпретация се как психологического феномена, фиксируемого на уровне субъективных ориентации или же как свойства сообщества, выявляемого на социетальном уровне. Конечно, эта альтернатива скорее обозначает полюса, к которым в большей или меньшей степени тяготеют разные трактовки. Однако выбор "полюса" предопределяет последующую методологию исследования. Можно выделить два подхода к концептуализации политической культуры.

Сторонники первого, психологического подхода интерпретируют политическую культуру как совокупность социально-психологических свойств, которые проявляются на индивидуальном уровне, будучи следствием сходного политического опыта или исторических условий социальной группы. Этот подход развивается в русле методологического индивидуализма, доминирующего в англо-американской политической науке. Именно он был реализован в концепции Алмонда и Вербы, предположивших, что политическое поведение индивидов определяется не только их рационально понятыми интересами, но и усвоенными в процессе социализации ориентациями, располагающими действовать определенным образом в ситуациях того или иного рода. Вслед за Парсонсом создатели концепции политической культуры выделяли когнитивные, аффективные и оценочные аспекты ориентации. Политическая культура, по их замыслу, может быть представлена как "специфическое распределение типов ориентации (patterns of orientations) по отношению к политическим объектам среди членов той или иной нации"1. При этом предполагалось, что ориентации обладают внутренней связностью. Понимаемую таким образом политическую культуру можно "измерять" с помощью репрезентативных опросов, проводить сравнительные межстрановые и кросс-темпоральные исследования, подвергать полученные результаты статистическому анализу с целью проверки гипотез и т.д. Возможность применения количественных методов считается несомненным преимуществом данной концепции. Кроме того, данный подход позволяет изучать политическую культуру во всей ее сложности, выявляя сосуществующие в обществе субкультуры и фиксируя их соотношение и динамику. Он принципиально отказывается рассматривать политическую культуру как неподвижную и монолитную.

Вместе с тем такой подход уязвим для критики. Во-первых, трудно показать наличие связи между социальными установками индивидов и развитием политических институтов ввиду наличия множества промежуточных переменных, которые не всегда надежно контролируются. Во-вторых, можно усомниться в адекватности методики исследования (напомним, что основным методом сбора данных были массовые стандартизированные интервью). В частности, критики ставили вопросы о том, в какой мере на основе декларируемых ценностей можно судить о поведении; насколько эквивалентны сравниваемые данные о политических ориентациях, полученные в разных культурных контекстах; в какой мере зафиксированные результаты отражают фундаментальные характеристики исследуемых культур, а в какой — их конкретный временной срез и т.п. В-третьих, культурное измерение политики не исчерпывается психологическими ориентациями по отношению к политическим объектам. Хотя предложенная Алмондом и Вербой интерпретация и позволяет операционализировать политическую культуру так, чтобы ее можно было исследовать количественными методами, то, что было оставлено за рамками, также весьма существенно.

Сторонники второго, "социетального" подхода рассматривают политическую культуру как свойство социальных коллективов, которое укоренено в исторически обусловленных социальных практиках и репертуарах смыслов, определяющих действия индивидов и функционирование институтов. С этой точки зрения изучать политическую культуру — значит исследовать, как это историческое наследие влияет на развитие и изменение социальных и институциональных практик. В рамках такого подхода предлагаются разные способы концептуализации политической культуры.

Один из них — интерпретация ее как исторически складывающихся символических структур, восходящая к работам известного антрополога К. Гирца. Исходной посылкой этой интерпретации является тезис о том, что человек действует в определенной системе смысловых значений, которая и есть поле культуры. Ориентация в социальном пространстве предполагает наличие некоторых систем смыслов (своеобразный культурологический эквивалент социологическому понятию "ориентации"), которые опираются на предшествующий культурный опыт.

Другое направление в концептуализации политической культуры, тяготеющее к "социетальному полюсу", фиксирует внимание на культурных основаниях поведенческих практик. В 1980-х гг. интерес к интерпретируемой таким образом политической культуре был стимулирован развитием "нового институционализма". Пожалуй, наиболее известной работой, написанной в русле данного подхода, стала книга Р. Патнэма, продолжившая линию исследований Алмондом и Вербой связей между исторически складывающимися культурными основаниями политических систем и условиями стабильности демократических режимов.

"Социетальный" подход больше ориентирован на использование интерпретативных методов; он хуже поддается операционализации, его сложно использовать в сравнительных исследованиях, отсюда — ограниченные возможности его эмпирической проверки и его объяснительного потенциала. Поэтому значительная часть исследований политической культуры ведется в рамках изучения динамики ценностных ориентации.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >