Примеры "законов истории"

Идея существования особых законов, которым подчиняется историческое развитие, начала складываться только в Новое время. Номологическое, опирающееся на универсальный закон объяснение исторических событий противопоставлялось характерному для религиозных концепций телеологическому их объяснению.

Однако замысел открыть законы истории и тем самым поставить науку историю в один ряд с другими науками, устанавливающими определенные закономерности, приводил и, надо думать, всегда будет приводить в лучшем случае лишь к расплывчатым банальностям.

В качестве примера можно сослаться на "социальные законы развития" В. Вундта, составляющие, по его мнению, особый отдел "исторических законов развития".

"Согласно закону социальных равнодействующих, – говорит Вундт, – каждое данное состояние в общем всегда сводится к одновременно имеющимся слагаемым, которые соединяются в нем для единого совместного действия". Трудно сказать, что означает данный закон и какое вообще отношение он имеет к истории.

Не лучше обстоит дело и с "законом социальных контрастов". Этому закону, говорит Вундт, "подчиняются все те процессы социальной жизни, при которых определенные явления повышаются благодаря своей противоположности с другими предшествующими или одновременными явлениями". Данный закон Вундт относит не только к истории, но и к литературе и искусству и говорит о нем, что "в особенности благоприятно господству контраста политическое положение дел благодаря смене подъема страхом и надеждой; здесь, вместе с тем, контраст обычно не поддается какому-либо предварительному подсчету не только из-за единичного характера исторических событий, но из-за повышенного действия чувств, чего никогда не следует упускать из виду".

Возможно, за этими расплывчатыми утверждениями и стоит какое-то верное психологическое наблюдение, однако непонятно, как приложить его к истории и что оно способно дать для исторического объяснения.

Стремление во что бы то ни стало открыть законы истории приводило иногда к тому, что явно ошибочные концепции излагались в форме отдельных тезисов, а последние выдавались за исторические законы.

Так обстояло, в частности, дело с "законами мировой истории" К. Брейзига. Он сформулировал более 20 таких законов, говоривших о том, что историческое развитие идет последовательно от семьи к роду, затем к государству, затем к народности и т.д. Девятнадцатый закон, например, гласит, что "с переходом от королевской к императорской власти должно вновь возрасти искусство внешней и завоевательной политики". Один из законов "высшего порядка", приводимый Брейзигом, говорит, что "если иметь в виду сперва область государственно-хозяйственного развития, то можно установить, что первобытная эпоха есть период преимущественно общественных наклонностей, древность – господство личного начала, что Средневековье вновь носит на себе отпечаток первобытной эпохи, а Новое время – древности, и что Новое время принесло с собой повторный возврат к общественному мышлению, непосредственно за ним идет сильный подъем индивидуализма". Это общие и весьма туманные рассуждения, по никакой не закон истории – ни высшего, ни низшего порядка.

Те, кто говорят о законах истории, упускают из виду одну любопытную деталь. История как наука существует примерно столько же столетий, что и физика. Если спросить у человека, не занимающегося специально физикой, какие физические законы ему известны, он перечислит, по меньшей мере, два десятка таких законов, начиная с классической механики Ньютона и кончая современными физическими теориями. Те же, кто посвящает многие страницы рассуждениям о важности "законов истории", как правило, не приводят ни одного примера такого рода законов.

Примеры встречаются только в тех случаях, когда явно или, что бывает чаще, неявно принимается некоторая общая концепция развития общества. Примеры оказываются всего лишь афористичными формулировками основных ее положений.

Если, скажем, согласиться с той трактовкой человеческой истории, которая предлагалась когда-то К. Марксом, можно без труда перечислить неограниченное множество "исторических законов". "Вся человеческая история, за исключением первобытного общества и коммунистического общества, представляет собой борьбу классов", "При коммунизме отсутствуют частная собственность, социальные классы и разделение труда", "Социалистическая революция произойдет почти одновременно во всех развитых капиталистических странах", "При коммунизме богатства польются полным потоком" и т.п.

Однако вне рамок марксистского понимания истории все эти утверждения являются или неясными, или просто ложными. Так называемые "пролетарские революции" происходили не в развитых капиталистических странах, а в отсталых, по преимуществу крестьянских странах. Идея коммунизма как своего рода "рая на земле" была несомненной и притом вредной утопией. Непонятно, как современная экономика может успешно функционировать без разделения труда и т.д.

Стоит отказаться от марксистского понимания истории, и, прежде всего, – от идеи экономического детерминизма, как исчезают все подобного рода "законы".

Те, кто настаивает на существовании "законов истории", или путают понятие научного закона с понятием социальной тенденции, или ориентируются на некоторую, весьма туманно представляемую идею постепенного развития общества. Из смутных соображений об истории извлекаются столь же неясные следствия, которые обычно и называются громким именем "исторических законов".

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >