Этические проблемы лечения алкогольной, наркотической и других видов зависимостей

Проблема наркотической, алкогольной и других видов зависимостей сегодня является национальным бедствием России. Все более тревожной становится компьютерная зависимость, лишающая детей и юношество связей с внешним миром, сужающая круг общения до соцсетей, превращающая их жизнь в виртуальную реальность. Зависимость от мобильной связи, пищевая (например, от сладкого), трудоголизм как зависимость от рабочих задач, заставляющая человека работать до изнеможения и забывать отдохнуть, и другие формы невротических пристрастий становятся частью современной цивилизации. Однако наркомания, токсикомания, алкоголизм, особенно в детском и юношеском возрасте, угрожают жизни, лишают будущего и конкретного человека, и общество в целом. В этой связи профилактическая работа в области предупреждения наркоманий, пропаганда здорового образа жизни является задачей всех практикующих психиатров, их профессиональным долгом.

Главной этической проблемой лечения алкогольной, наркотической и других видов зависимостей является формирование у пациентов и в их непосредственном окружении понимания зависимости как болезни и патологии и развитие мотивов избавления от нее, желания переключения и обретения других целей и ценностей жизни. Если сам зависимый, как правило, отрицает зависимость, уверен в своей автономии, добровольности обращения к предмету зависимости и возможности в любой момент прервать это обращение, то для врача важно мягко убедить пациента в противном, не унижая его достоинства. Для психолога важно при уверенности в зависимости пациента понять причины, которые привели его к употреблению наркотиков: неуверенность в любви близких, отсутствие интересов, способных увлечь, захватить подростка, избалованность и уверенность в собственных возможностях: хочу — употребляю, не хочу — не употребляю. Этические аспекты психологической и медицинской помощи наркоманам и алкоголикам определяются характером взаимоотношений с ними: как правило, родственники наркозависимых, обращающиеся за помощью к психологу, готовы к расходам, понимают необходимость долговременных контактов, отсутствие гарантий — и этим нельзя злоупотреблять.

Проблема медицинской деонтологии в процессе лечения наркоманов и алкоголиков является остро дискуссионной. Этически в борьбе с наркоманией в странах, имеющих положительный опыт в решении проблемы, выбрана «тактика наименьшего вреда». В этой связи в Голландии, например, легально работают так называемые кофешопы (пидерл. cojfeeshop), в которых продают товары с наркотическими веществами несильного действия. Смысл подобных нововведений видится в том, чтобы преодолеть тяжелые формы наркомании, граничащие с острыми психическими расстройствами и неизлечимыми патологиями. Кофешопы привлекают молодежь из других стран, платят налоги; полученные средства идут на лечение и борьбу с тяжелыми формами наркомании. В настоящее время подобный закон принимается в Англии.

Позиция Министерства здравоохранения РФ решительно отвергает целесообразность этого опыта. В интервью одной из телепрограмм министр выразил одобрение успехам священнослужителей в борьбе с наркоманией, приветствуя связь духовного и физического возрождения в практике подобных общин.

Во многих государствах, в том числе в России — в Москве, Санкт- Петербурге и некоторых других городах, — устраиваются пункты анонимной помощи наркоманам, снабжающие их дозами наркотиков, одноразовыми шприцами. Они работают за счет государства или благотворительных фондов. Эти пункты созданы не только для того, чтобы предоставить наркоманам шанс обратиться за помощью — лечением от наркотической зависимости, — но и чтобы предотвратить распространение сопутствующих заболеваний, снизить риск криминогенное™ в этой среде. Вместе с тем стратегия «наименьшего вреда» также вызывает вопросы, поскольку, якобы снижая риск заражения ВИЧ-инфекцией, организации, предлагающие шприцы и наркотики, создают круг общения, в котором наркотические вещества — норма. Отмечается также, что эффективность этого подхода не подвергается исследовательской проверке. «Интересно также, что представители международных фондов, активно финансирующих реализацию программ “снижения вреда” в России и, в частности, сбор информации о наркопотреблении в стране, ничего слышать не хотят о финансировании лечебных или реабилитационных программ, как и целевых психологических исследований»[1].

Отношение общества к наркоманам остается негативным, противоречиво оно и среди медиков. Проблема наркомании, с которой Россия столкнулась совсем недавно в столь устрашающем объеме, в настоящее время этически осмысляется. Вопрос находится в той стадии, когда и в профессиональной среде, и в обществе подвергается сомнению возможность существования этических принципов и норм в деятельности медиков по отношению к больным наркологического профиля. Причина реальной дискриминации характеризуется как «общественная наркоалкогольная анозогнозия» — откровенный или плохо скрытый отказ от признания алкоголизма и наркомании болезнями в прямом смысле этого слова[2].

Общественная наркоалкогольная анозогнозия — распространенное в обществе дистанцирование, отказ считать наркозависимых и алкоголиков такими же больными, как и другие. Выражающаяся в брезгливости и презрении врачей и близких в откровенной или плохо скрытой форме она, как правило, усугубляют ситуацию больных.

Можно понять, почему в России практически не разрабатывались проблемы медицинской деонтологии в области наркологии. Ввиду несопоставимо меньших объемов наркомании в советский период, а также в связи с тем, что наркотики, вызывающие особо тяжелые формы зависимости и патологии, были практически недоступны («железный занавес»!), в СССР наркомания была относительной редкостью. Алкоголизм же полагали скорее фактом распущенности, чем заболеванием. Соответствующим было и отношение к больным. Даже в медицинской среде врачи-нарко- логи долгое время были своеобразными изгоями в сравнении с хирургами или стоматологами. В эффективность излечения наркологических больных и раньше, и сегодня не верят ни врачи, ни родственники больного, видя свою задачу в его временной изоляции и передышке для семьи.

Как отмечают специалисты, морализующий, амбивалентный и медицинский подходы к наркозависимым и алкоголикам в недалеком прошлом пережили все цивилизованные страны. В России же зачастую и сегодня концепция алкоголизма (наркомании, токсикомании) как болезни признается на словах, а на деле она или не реализуется, или реализуется не в полной мере, формально. Вместе с тем перспективами развития медицинской этики в наркологии, по мнению В. Е. Пелипаса, должны стать:

  • 1) признание за наркологическим больным подлинного статуса медицинского больного без всяких изъятий;
  • 2) фактическое уравнивание в законных правах наркологического больного со всеми другими больными;
  • 3) развитие частной наркологической помощи;
  • 4) приобретение психиатром-наркологом статуса профессионального деятеля взамен или в дополнение к статусу государственного служащего;
  • 5) усвоение врачами психиатрами-наркологами принципов, норм и стандартов современной общемедицинской и психиатрической этики;
  • 6) образование и активное функционирование массовых врачебных наркологических ассоциаций;
  • 7) создание этических комитетов при учреждениях здравоохранения[3].

Названные тенденции сегодня осуществляются на практике.

В наше время ситуация в России меняется, хотя и медленнее, чем хотелось бы, поскольку ранее в СССР «Основами законодательства СССР о здравоохранении» алкоголизм и наркомания с 1969 г. признавались опасными для окружающих и в этом плане приравнивались к инфекциям, лепре (проказе) и некоторым другим заболеваниям. В названных «Основах» и ст. 58 Закона РСФСР «О здравоохранении» (1971) узаконивались принудительный учет алкоголиков и наркоманов и их принудительное лечение в лечебно-трудовых профилакториях (ЛТП). При этом принуждение по отношению к ним носило даже более жесткий характер, нежели к уголовным преступникам: наркологические больные не могли даже обжаловать решение суда о направлении их в ЛТП и сроках пребывания там; постановление суда не могло быть опротестовано даже в порядке прокурорского надзора. В Инструкции Минздрава СССР «О порядке сообщения сведений о психическом состоянии граждан» (1979) врач освобождался от необходимости хранить врачебную тайну в тех случаях, когда больные, по его мнению, некритически относились к болезни, нетвердо решились вылечиться или неаккуратно выполняли врачебные назначения. Таким образом, и теоретически, и юридически, и на практике допускалось моральное и физическое подавление личности больного, его лечение было и небезвредно, и «без гарантии», а любые этические нормы но отношению к нему казались чуть ли не бессмысленными. Понимая благо больного по своему усмотрению, врач часто по существу творил произвол по отношению к нему и его родственникам. Сегодня вопросы принудительного лечения также обсуждаются, но существует стойкое противостояние как в среде врачей, так и среди общественности.

Подобное отношение к этим больным сохраняется и сегодня. Почему? Во-первых, многие, и врачи в том числе, считают, что они сами виноваты в своей болезни. Хотя (и это пора признать!) причиной большинства болезней зачастую является недостаток у больных чувства меры или воспитания. Одни слишком любят сладкое, другие приучены (пристрастились) к соленому, а «некоторые любят погорячее». Ожирение, гиподинамия, солнечные ожоги и т.д. — часто результаты лени, амбиций, пресыщения. Что же касается наркоманов, то в их болезни очень часто заинтересованы сторонние лица — продавцы, приобщающие к зелью целенаправленно и настойчиво; многие из алкоголиков также являются жертвами.

И все же ситуация меняется. Стала развиваться, и активно, альтернативная частная наркологическая помощь. Конкурируя в борьбе за больного, государственные и частные наркологические учреждения, отдельные врачи вынуждены менять свои взгляды на лечение и отношение к больным. Этические нормы становятся востребованными, приобретают статус профессиональных компетенций.

В ст. 5 Закона № 323-ФЗ гарантируются права граждан на защиту от любых форм дискриминации вследствие какого-либо заболевания.

В своей практической работе психолог часто опирается на контакты с консультантами, помогающими в работе с наркоманами. Таким консультантом может стать человек, сам преодолевший наркотическую зависимость. Мировая практика включения консультантов в лечебный и реабилитационный процессы показывает, что при их участии количество выздоравливающих пациентов гораздо выше, чем при чисто медицинском ведении и наблюдении.

От консультанта требуется выполнение нескольких условий: наличие специального образования; не менее трех лет, прожитых без наркотиков. Этика консультанта отличается от этических заповедей медиков. Его опыт — опыт человека, порвавшего с наркотиками, особенно важен для тех, кому это еще предстоит. Но и он может переоценить свою свободу от наркотика. В этом случае, если он ощущает признаки предсрывного состояния, ему необходимо немедленно обращаться за помощью. Этот человек обязуется контактировать с личным супервизором, продолжать участие в работе группы анонимных алкоголиков (АА) или анонимных наркоманов (АН). Для того чтобы профессионально работать консультантом, претендент проходит специальный курс обучения, обязуется постоянно поддерживать высокий уровень знаний. В программу обучения входит курс лекций «Профессиональная этика консультанта». Подобные курсы читаются, например, в Социальной академии Российского благотворительного фонда «НАН» («Нет алкоголизму и наркомании»). В ситуации, которая сегодня сложилась в России, распространение опыта участия консультантов в реабилитации наркоманов и алкоголиков, их профессиональная помощь представляется поистине бесценным1.

Специалисты утверждают, что «наркоман в каком-то смысле остается несмышленым ребенком, у него детский подход к взрослым проблемам. Он легкомыслен, нетерпелив, самонадеян, не принимает во внимание возможности других и объективные обстоятельства, уверен, что все сойдет ему с рук — ведь в душе он хороший человек и не делает никому зла специально. При этом многие наркоманы действительно являются добрыми и хорошими детьми. К несчастью, это заметно только тогда, когда им хватает наркотиков»[4] [5].

Отношения психолога с наркоманом желательно строить на твердых правилах, не подверженных изменениям.

  • [1] Елшанский С. П. Некоторые этические и психологические проблемы реализации программ«снижения вреда» среди потребителей наркотиков // Вопросы наркологии. 2003. № 2. С. 36—51.
  • [2] См.: Пелипас В. Е. Основы формирования этических отношений в области оказаниянаркологической помощи. Общие предпосылки развития этических отношений в сферепрактической наркологии в настоящее время. URL: http://vvin-www.narcom.ru/cabinet/online/24.html (дата обращения: 03.06.2016).
  • [3] Пелипас В. Е. Основы формирования этических отношений в области оказания наркологической помощи. Общие предпосылки развития этических отношений в сфере практической наркологии в настоящее время. URL: http://win-vvww.narcom.ru/cabinet/online/24.html(дата обращения: 03.06.2016).
  • [4] Петровская О. В. Профессия — консультант // Вопросы наркологии. 1998. № 4. URL:http://www.edinstvol.narod.ru/profcons.html (дата обращения: 03.06.2016).
  • [5] Белогуров С. Б. Популярно о наркотиках и наркоманиях. 2-е изд., перераб. СПб. :Невский диалект, 2000.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >