Политика

Людей развращает не сама власть как таковая и не привычка к покорности, а употребление той власти, которую они считают незаконной, и покорность тем правителям, которых они воспринимают как узурпаторов и угнетателей.

Алексис де Токвилъ. Демократия в Америке

Трудности на пути изучения политической системы общества

Мы полагаем недостаточным обращение к сфере политики как социальному институту, ограничиваясь рассмотрением лишь деятельности институтов государства. Такой подход фокусирует внимание на изучении управленческих структур и распределения власти между ними, а также вопросов, граничащих с правом, в частности характер и тип принятия решений. Институциональная сфера, на наш взгляд, включает также и весь пласт властных проблем, в том числе способы ограничения власти, и соотношения политических институтов и гражданского общества, а также влияние политических идей и решений на политическую социализацию и политическую коммуникацию в обществе.

То есть институциональный аспект политики не может быть глубоко осмыслен без вовлечения в его понимание всего комплекса социально-политических процессов, норм и отношений.

Сформулируем три проблемы, которые приходится разрешать, ведя разговор о политике.

Первая - многозначность этого понятия, которую оно обрело на протяжении многих веков существования. К настоящему времени термин "политика" употребляется в нескольких значениях.

Выделим три основных.

Во-первых, понятие "политика" применяется как обозначение программы, метода действия или системы деятельности, осуществляемых человеком, группой лиц или управленческой структурой для решения проблемы, стоящей перед сообществом (социальная политика, молодежная политика, экономическая политика, военная политика, тендерная политика).

Именно об этом пишет М. Вебер в знаменитой работе "Политика как призвание и профессия": "Что мы понимаем под политикой? Это понятие имеет чрезвычайно широкий смысл и охватывает все виды деятельности по самостоятельному руководству. Говорят о валютной политике банков, о дисконтной политике Имперского банка, о политике профсоюза во время забастовки; можно говорить о школьной политике городской или сельской общины, о политике правления, руководящего корпорацией, наконец, даже о политике умной жены, которая стремится управлять своим мужем".

Во-вторых, понятие "политика" применяется как обозначение сферы общественной жизни, где конкурируют или противоборствуют различные политические направления, личности или группы, имеющие собственные интересы, потребности, мотивы и традиции, опирающиеся на определенные ценности и руководствующиеся соответствующими идеологическими концепциями (в частности, молодежные политические организации и движения - "Наши", "Россия молодая", "Нацболы").

В-третьих, понятие "политика" применяется как обозначение институтов власти (правительство, партии, парламент, полиция) и институционального измерения общественного строя, которые кодифицированы в конституции, в системе правопорядка и традиций, определяющих способ организации власти в обществе.

Многообразие подходов к определению существа и функций политики, различие в политических концепциях объясняется:

  • - объективным разнообразием политических систем, способов государственного управления, форм государства, институтов и отношений власти, что обусловливается культурными особенностями и традициями;
  • - субъективными факторами, такими как ценностные, мировоззренческие и политические ориентации специалистов, а также научная область, в рамках которой анализируется проблема политического.

Будем понимать, однако, что такое "разведение" значений понятия политики возможно лишь в искусственных конструкциях, так как в реальной жизни они переплетаются, наслаиваются, взаимодействуют друг с другом. Это становится понятно, когда мы знакомимся с известными идеями и концепциями мыслителей. Так, К. Маркс ввел политическое измерение в исследование экономической жизни и говорил о политической экономии. И. Кант, различая юридически гражданское (политическое) и этически гражданское состояния, связывал возникновение политических отношений между людьми с подчинением их правовым законам, которые имеют принудительный характер. То есть сфера политики совпадает у него с гражданско-правовым состоянием, с политической общностью, представленной в государстве и его правовых законах.

Вторая трудность связана с выявлением функциональных отношений между политической и социальной системами. В этих отношениях, если рассматривать современную историю, явно выделяются два этапа. На первом этапе, начиная с конца XIX в., политика как специфическая сфера общественной жизни как бы отделяется, автономизируется от социальной системы в целом, от проблем управления и соответственно политическая теория отделяется от социологии и от теории государственного управления. Политика начинает определяться как система властных отношений и институтов власти.

Обратимся вновь к авторитету М. Вебера: ""Политика", судя по всему, означает стремление к участию во власти или к оказанию влияния на распределение власти, будь то между государствами, будь то внутри государства между группами людей, которые оно в себе заключает". То есть главной целью политики выступает власть, а средством - насилие.

Сам феномен власти получает различную трактовку -или как власти элит (В. Парето, Г. Моска, Ч. Мэрриам), или как власти господствующего класса. Постепенно власть стала рассматриваться как поле, пронизывающее все виды взаимодействия людей вне зависимости от типа и характера общественного устройства - будь то деспотия либо демократия. Эта ориентация политики на исследование феномена власти, воли к власти, мотивации любых форм деятельности, структуры властных отношений отражает изменения социально-политической и экономической реальности, характерные уже для XX в., а именно - проникновение политики, отождествляемой с властью, во все сферы жизни. И это уже другой, второй этап взаимодействия политической и социальной систем. Как заметил К. Шмитт, "области, прежде "нейтральные" - религия, культура, образование, хозяйство, - перестают быть "нейтральными" (в смысле негосударственными и неполитическими)".

Логика этого процесса привела к такому "крайнему" варианту общественного устройства, как тоталитаризм (от лат. totalis - всеобщий, всеобъемлющий), где политическая власть, сконцентрированная в одних руках, пронизывала все области жизни - от производственной до глубоко личной. На симпозиуме, проведенном Американским философским обществом еще в 1939 г., тоталитаризм был определен как "восстание против всей исторической цивилизации Запада", а позже, в 1952 г., на политологической конференции - как закрытая и неподвижная социокультурная и политическая структура, в которой всякое действие - от воспитания детей до производства и распределения товаров - направляется и контролируется из единого центра.

Между тем следует признать, что связывание политики исключительно с отправлением властных полномочий размывает границы между политической и социальной системой. Кроме того, при таком подходе по существу отрицается роль ценностей в политике, в ней видят всего лишь выражение воли к власти.

С другой стороны, угроза физического принуждения выступает существенным элементом политики. Но было бы недостаточно отождествить политическую систему с государством; то есть с аппаратом, поддерживающим порядок путем применения или угрозы применения более или менее законной силы. Поскольку государство выражает интересы больших социальных групп - классов, их организаций, постольку и содержание политики определяется интересами ведущих социальных групп (классов) общества. Любая общественная проблема (реформа образования, экологическая ситуация, миграционные процессы) приобретает политический характер, если ее решение прямо или опосредствованно связано с властью, с реализацией коренных интересов тех или иных социальных групп и их организаций. Кроме того, отождествление политики и государства исключило бы роль партий и групп давления и не позволило бы исследовать, например, политические системы в слаборазвитых обществах, где аппарат государственного управления находится в стадии становления.

Г. Алмонд пытается объединять элементы легитимности и принуждения в своем определении: "...политическая система представляет собой ту систему взаимодействий, которые можно найти во всех независимых обществах и которые выполняют функции интеграции и адаптации (как внутри, так и по отношению к другим обществам) посредством трудового найма или угрозы увольнения, или посредством более или менее законного физического принуждения".

Таким образом, в понимании политики как социального института непросто пройти между Сциллой отождествления ее с властными социальными функциями и Харибдой сведения политики к государственному управлению и принуждению. Структурные элементы социальной системы, ее институты имеют собственное место в общем социальном целом. Так, государство, вводя законы, взывает к силе, обязывает и принуждает, а религия, формулируя заповеди, взывает к любви и милосердию, учит и убеждает.

Третья трудность связана с неоднозначностью и даже противоречивостью определения политической сферы как этической ценности.

Для многих наших современников характерно пренебрежительное, нигилистическое отношение к политике как к полю, где идет борьба за власть и где индивиды и группы конкурируют по поводу распределения внутри общества различных привилегий и благ. Люди полагают, что трудно ждать моральности от тех, кто, как подчеркивает М. Вебер, стремится к власти: либо как к средству, подчиненному другим целям (идеальным или эгоистическим), либо к власти "ради нее самой", чтобы наслаждаться чувством престижа, которое она дает.

Отделение политики от этики связано прежде всего с именем И. Макиавелли, который в "Государе" проводил мысль о том, что сохранение власти правителя связано с его умением отступать от справедливости и добра1. Это не означает, однако, что с этого момента политика представляется исключительно аморальной. Политика и государство продолжают рассматриваться: и как способ преодоления "войны всех против всех", присущей естественному состоянию, и как гарант человеческих прав в обществе, и как средство сдерживания страстей и необузданных порывов людей (Б. Спиноза, Д. Юм, Д. Локк, Монтескье, П. Гольбах).

В любом случае современная политика требует профессионализма и профессионалов, которые руководствовались бы общим этическим кодексом. Превращение политики в сферу профессиональной деятельности произошло относительно недавно. Вот как описывает эту логику К. Манхейм:

"В додемократическом мире политика не была специализированной профессией. Политические учреждения наполняли любители, не "работавшие" в политике, а всего лишь "занимавшиеся" ею. В эпоху раннего, додемократического парламентаризма мы видим, как разворачивается эпическое по своему размаху соперничество между модными кружками и старыми аристократическими домами. В своем ораторском искусстве политики этого периода опирались на классическую эрудицию и общие философские принципы; они стремились убеждать людей независимых взглядов, свободных решать за самих себя, в надежде получить их поддержку. Совершенно очевидно, что политическая борьба в этот период еще не отражала столкновения крупных экономических интересов. Когда экономические интересы получают господствующее влияние в политике, становятся необходимы специализированные знания, позволяющие определять экономические последствия правительственной и законодательной деятельности. Политик-любитель, оратор, оперирующий универсальными принципами и обобщениями, должен теперь уступить место специалисту. Реальные политические решения принимаются в закрытых комитетах на основе соглашения между группами интересов. Пленарные сессии парламентов с их шаблонными речами являются лишь притворством, пьесой, разыгрываемой в пользу рядовых граждан.

Комитеты и закрытые собрания парламентских фракций - прекрасная школа для партийных функционеров, поднимающихся из массы. По мере того как они продвигаются в более высокие политические органы, их взгляды расширяются. Принимая на себя большую ответственность, они утрачивают односторонность своей первоначальной ориентации, ограниченной узкими географическими или классовыми рамками. В ходе этого процесса политики новой эпохи обычно подвергаются обвинениям в ренегатстве и предательстве; выдвинувшая их масса подозревает своих "выдвиженцев" в "продажности монополиям". Но это вовсе не обязательно должно быть так. Эволюция политика от узкого партикуляриста к ответственному государственному деятелю может представлять подлинно демократический тип политического "самокультивирования".

Завершая разговор о специфике и трудностях анализа политики, отметим:

  • - политика образует специфическую и самостоятельную область общественной жизни, не совпадающую по своим нормам и регулятивам, по своим ценностям ни с моралью, ни с религией, ни с экономикой;
  • - отличительной чертой политической системы, как следует из подходов Истона и Олмонда и многих других современных исследователей, выступает ее роль наиболее общей системы распределения ценностей и поддержания порядка в социальной системе;
  • - все институциональные признаки и характеристики политической системы субъективируются в поле личности, влияя на ее социальное, морально-психологическое состояние, в значительной мере определяя уровень возможностей для индивидуальной самореализации.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >