ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА НАУЧНОЙ РЕВОЛЮЦИИ XVI— XVII ВЕКОВ

Процесс, получивший название «научной революции» и положивший начало знанию нового типа, с которым и до сих пор ассоциируется понятие науки, берет свое начало с публикации в 1543 г. работы Николая Коперника «Об обращении небесных сфер». Событием, которое можно назвать завершающим этот процесс, стала первая публикация — в 1687 г. — работы Исаака Ньютона «Математические начала натуральной философии».

Научная революция началась с революционных открытий в сфере астрономии, сделанных Коперником и продолженных такими мыслителями, как Тихо Браге, Иоганн Кеплер и Галилео Галилей. Работа, проделанная этими учеными, дала результат колоссального мировоззренческого и философского значения. Их открытиями была повержена возникшая в античности и господствовавшая вплоть до эпохи Возрождения аристотелевско-птолемеевская картина Вселенной. Коперник переместил центр Вселенной, утвердив в качестве такового не Землю, а Солнце. Лишив Землю статуса центра мироздания, он лишил ее привилегированного места, уравняв ее положение с положением других планет. Тихо Браге опроверг существование небесных сфер, выдвинув понятие орбиты, то есть траектории движения небесных тел. Кеплер установил, что планеты вращаются вокруг Солнца не по круговым, а по эллиптическим орбитам. Наконец, Галилей выдвинул тезис о бесконечности Вселенной. Радикальное изменение картины мира следует считать первой характерной особенностью научной революции, о которой идет речь.

Другой характерной ее чертой явился новый подход к изучению природы. Он соединял в себе рационально-теоретический и экспериментальный методы. Господствовавший со времен античности рационально-умозрительный подход самой практикой изучения природы был отвергнут как односторонний и несостоятельный. Научная революция утверждала приоритет той теории, которая наилучшим и наиболее простым путем согласовывалась с данными наблюдения и эксперимента. Чрезвычайно важным значением эксперимента был обусловлен технический прогресс в создании и усовершенствовании инструментов и приборов для научных опытов.

Усовершенствовав подзорную трубу, Галилей изобрел телескоп (1610), затем появились микроскоп, воздушный и водяной термометры, первый барометр Торричелли, пневматический насос... Всего за несколько десятилетий инструментарий научного исследования вырос больше, чем за предшествующие века. Факт все более широкого применения инструментов и приборов для изучения природы также является одной из характерных черт научной революции. Этот факт свидетельствовал, в частности, о преодолении раздельного, то есть в отрыве друг от друга, существования и развития науки и техники, что было свойственно эпохе античности и Средневековью. Новая наука оказалась неразрывно связанной с техникой, и эта связь имела устойчивую тенденцию к дальнейшему укреплению и развитию.

Возникшая в ходе научной революции новая наука обнаружила существенные отличия как от античной любви к мудрости, так и от средневековой схоластической учености. Античная любовь к мудрости, то есть философия, искала субстанциальную основу мира, такие универсальные причины, с помощью которых можно, как представлялось, объяснить все явления видимого мира. Средневековая схоластическая ученость делала основной акцент на изучение письменных источников, их интерпретацию и получение на основе различных интерпретаций новых знаний. В качестве таких источников выступали Библия, труды Отцов и Учителей Церкви, а также произведения античных авторов, прежде всего Аристотеля. В отличие от античной, новая наука переносит основную задачу исследования с вопроса «что?», то есть какая субстанция лежит в основе того или иного явления, на вопрос «как?». Это означает, что теперь в центре внимания оказывается отыскание не субстанциональных зависимостей, а зависимостей функциональных. В отличие от носителя средневековой схоластической учености, для представителя новой науки первоочередное значение имеет не авторитет, а данные, полученные посредством точного метода, наблюдения и эксперимента.

Сказанное выше объясняет тот факт, что новая наука возникала вне рамок университетов. Дело в том, что средневековые университеты создавались и функционировали в качестве учебных заведений при Римско-католической Церкви. Они были призваны готовить кадры квалифицированных богословов. В их состав, как правило, входили два факультета: факультет свободных искусств и факультет теологии. На первом из них преподавались логика, риторика, математика, грамматика. Обучение строилось на основе изучения древних источников, прежде всего античных авторов — таких, как Платон, Аристотель, Евклид, Эпикур, Цицерон и др. После завершения обучения на факультете свободных искусств студент допускался к прохождению курсов теологии на богословском (теологическом) факультете. Система университетского образования начала складываться с XI в., когда были созданы первые университеты в Париже и Болонье.

Вполне очевидно, что наука, возникшая в ходе научной революции XVI—XVII вв., никак не укладывалась в рамки сложившейся системы. Поэтому первые ученые нового типа — это, как правило, одиночки, на свой страх и риск занимающиеся изучением природы. Они общаются между собой посредством издания книг и личной переписки. Вскоре складываются первые научные сообщества — такие, как Лондонское королевское общество ученых (1662) и Парижская академия наук (1666). По их образу и подобию возникают научные сообщества и учреждения в других странах Европы.

Научная революция открыла перспективу для стремительного развития науки и техники. В XIX в. на основе научно-технических достижений в передовых странах была осуществлена индустриализация. Мускульная энергия человека и животных все более заменялась энергией пара и электричества. С философской точки зрения важно подчеркнуть, что научная революция открыла новую эру в представлениях о месте и роли человека во Вселенной: из существа, лишь приспосабливающегося к природе, человек возвысился до могучего преобразователя природы. Именно научно- технические достижения явились тем рычагом, заполучив который человек реально стал способен изменять природу в соответствии с собственными потребностями. Он практически стал центром мироздания. Однако как мысль, как желание и как проект идея господствующего положения человека в Космосе зародилась на самой начальной фазе научной революции, на самых первых этапах становления новой науки.

Лишив Землю статуса центра Вселенной, Коперник отнюдь не принизил человека. Философ XX в. Макс Шелер справедливо полагает, что, в отличие от взглядов противников новой науки, мироощущению ее сторонников было присуще понимание того, что принижение человека коперниканской революцией лишь кажущееся. М. Шелер, в частности, отмечал: «Джордано Бруно, величайший миссионер и философ новой астрономической картины мира, высказывает прямо противоположное ощущение: Коперник всего лишь открыл на небе новую звезду — Землю. “Итак, мы уже находимся на небе!” — считает возможным в ликовании воскликнуть Бруно».

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >