Гуманитарное направление в философии науки XX в.

Важным направлением современной философии науки, претендующим на универсальность, является герменевтика. Сначала она развивалась только как философия и методология гуманитарного познания, не затрагивая естествознание и математику. Она существовала как своеобразное дополнение неопозитивизму и постпозитивизму, для которых эмпирическим материалом при построении философии науки служило в основном естествознание, преимущественно физика. Однако к концу XX в., когда позитивизм обнаружил свою несостоятельность как философия естествознания и математики, сторонники герменевтики попытались рассматривать ее не только в качестве методологии гуманитарных и социальных наук, но и как имеющую универсальное значение для всех наук, в том числе естественных и математических. Однако претензию на универсальность заявила в конце XX - начале XXI в. не только герменевтика, но также постструктурализм, постмодернизм и диалектическая концепция философии науки.

Герменевтика возникла еще в античной философии и филологии как искусство истолкования изречений жрецов, оракулов и мудрецов. В Средние века ее главной задачей стало истинное истолкование религиозных текстов, особенно завещанных Богом. В философии Нового времени и в XVIII-XIX вв. герменевтика уже разрабатывалась как общая теория понимания любых текстов, а также взаимопонимания людей в процессе общения (X. Вольф, Ф. Шлейермахер, В. Дильтей и др.). В современной философии науки она разрабатывается как теория понимания, интерпретации и поиска смысла любых научных понятий, суждений, концепций как теоретического, так и эмпирического характера (X. Г. Гадамер, М. Хайдеггер, П. Сцонди, Е. Д. Хирш, Э. Ротхакер, К. Апель, П. Рикер и др.).

Главными категориями герменевтики являются текст, понимание, смысл, интерпретация, герменевтический круг, когнитивная коммуникация. Претендуя на универсальность разрабатываемой концепции философии науки, ее применимость к процессу познания во всех науках, а не только в гуманитарных, представители герменевтики выступили против неокантианского разделения всех наук на науки о природе и науки о духе, как якобы принципиально различающихся между собой по своим методам и целям. Согласно неокантианцам, если главной целью наук о природе является объяснение явлений и процессов с помощью объективных законов, то в гуманитарных науках их главная цель - понимание социальных и гуманитарных фактов, событий, процессов. Последнее достигается путем приписывания им определенного смысла и ценности с позиций познающего субъекта.

Современные же герменевтики справедливо подчеркивают: как объяснение, так и понимание познаваемых явлений имеют место во всех науках. И с этим следует согласиться. Степень использования методов объяснения и понимания существенно различна в естествознании и социально-гуманитарных науках. Если в естественных науках приписывание познаваемым объектам их социально значимого смысла и значения занимает явно подчиненное место по отношению к их объяснению на основе безличного и всеобщего объективного закона, то в гуманитарных науках все обстоит с точностью до наоборот. Объяснение изучаемых там процессов на основе некоего объективного закона является либо бессмысленным, либо контрпродуктивным по отношению к целям этих наук, главная из которых - познание человеком самого себя и результатов собственной деятельности, основанной на свободе и выборе людей.

Герменевтическая философия науки не может иметь универсального характера по отношению ко всем наукам, поскольку реальные количественные различия в средствах, объектах и методах естественных и социальных наук настолько велики, что представляется более эффективным и адаптивным говорить скорее об их качественном, нежели о чисто степенном различии в пределах некоего абстрактного тождества науки вообще. По крайней мере, процесс познания в социально-гуманитарных науках испытывает значительно более существенное и непосредственное влияние ценностно-смысловых взглядов, которые разделяет субъект научного познания в этих науках, нежели в естествознании и математических науках.

Одним из важнейших направлений гуманитарной парадигмы в философии науки XX в. явился постструктурализм, ставший теоретической основой такого мощного направления философской рефлексии современной культуры, как постмодернизм. Сам по себе постструктурализм возник в 70-х гг. XX в. как одно из течений лингвистической философии, связанное с переосмыслением и радикальной критикой основных идей и понятий структуралистской парадигмы в языкознании. Лидерами постструктурализма были Ж. Деррида, Ж. Лакан, Р. Барт, Ю. Кристева и др. Они подвергли систематической критике такие концепты структурализма, как текст, объективная структура текста, автор текста, стабильность знака, понимание текста, объективная истина и объективный смысл и др. Если с точки зрении структурализма истина и смысл находятся внутри текста, являясь его собственными, имманентными свойствами, то с позиций постструктурализма истина и смысл находятся вне текста и принадлежат автору или интерпретатору (читателю текста). Истина и смысл текста порождаются в акте взаимодействия читателя с текстом, как и вообще взаимодействия субъекта с любым познаваемым им объектом, в качестве которого в данном случае выступает текст.

Истина и смысл всегда порождаются в ходе межсубъектного взаимодействия одного субъекта (читателя) с другим (автором). Вне подобного взаимодействия истина и смысл не существуют. Естественно, что с этих позиций любая истина не только относительна, но и субъективно-личностна. Идея же чисто объективной, а тем более абсолютной истины является, по мнению постструктуралистов, не чем иным, как идеологическим порождением тоталитарного сознания, важнейшим элементом технологии власти и рычагом ее осуществления в традиционном классовом обществе.

Претендуя на наиболее адекватную форму осмысления современной культуры, постструктурализм и постмодернизм выступили критиками ценностей, сформировавшихся в западноевропейской культуре Нового времени (модернистская культура) - период становления классического капитализма и индустриальной европейской цивилизации. Очевидно, что модернистская культура могла сформироваться и выдержать конкуренцию со стороны прежней средневековой христианской культуры Европы, создав новую, более привлекательную идеологию. Как известно, окончательно формирование этой новой идеологии произошло в эпоху Просвещения. Были выведены следующие ценности: Разум, Истина, Прогресс, Свобода, Человек. С одной стороны, это были антиподы ценностей религиозной средневековой культуры: Бог, Вера, Традиция, Вечность, Мировая Гармония. С другой стороны, как и всякие новые ценности они могли утвердиться в культуре и обществе только путем их абсолютизации, бескомпромиссного внедрения в массовое сознание на основе безусловной веры в их реализуемость. В сфере науки они стали основой идеологии классической науки, породив соответствующую ей философию.

Основными идеями модернистской (классической) философии науки были следующие.

В области онтологии:

  • а) предмет науки - объективная реальность, функционирующая по присущим ей объективным законам; имеющим однозначный, необходимый характер;
  • б) пространство и время также объективны и представляют собой самостоятельные субстанции, независимые как друг от друга, так и от свойств объектов;
  • в) в природе все однозначно детерминировано и причинно обусловлено, там нет места ни вмешательству Бога в естественный ход событий, ни случайности, ни целей.

В области гносеологии:

  • а) субъект науки - носитель трансцендентального сознания (трансцендентальный субъект), способный постигнуть в предмете познания всеобщую, необходимую и объективную истину;
  • б) возможна только одна истинная теория об одном и том же объекте;
  • в) основа науки - объективные факты, получаемые в ходе наблюдений и эксперимента над познаваемыми объектами;
  • г) чувственное познание гарантирует абсолютно адекватное восприятие свойств и отношений познаваемых объектов;
  • д) научные законы и теории суть обобщения объективных фактов; существует логика открытия и доказательства научных законов и теорий. Последние однозначно детерминированы лежащими в их основе фактами;
  • е) научное познание - абсолютно объективно и ценностно нейтрально, его процесс направляется исключительно идеей достижения Истины, оно полностью бескорыстно;
  • ж) научная теория - это логически доказательная система знания; факты способны доказать или как минимум подтвердить истинность научной теории.

Аксиология модернистской (классической) философии науки:

  • а) наука - абсолютное благо для общества и человека;
  • б) все социальные проблемы могут и должны решаться исключительно на основе научного знания (сциентизм);
  • в) наука и научное знание развиваются только прогрессивно, путем накопления новых истинных фактов и построения новых теорий, обобщающих старые (прогрессизм).

Неуниверсальность и даже ложность почти всех отмеченных выше философских оснований классической науки станет ясной уже к концу XIX - началу XX в., когда во всех областях классической (модернистской) науки разразится кризис. Этот кризис будет тотальным и затронет все области научного знания:

  • а) естествознание (прежде всего его основу - классическую физику и биологию);
  • б) математику (прежде всего геометрию, теорию множеств и математическую логику);
  • в) социально-гуманитарные науки (экономику, право, политические концепции, геополитику, философию).

Эта глобальная революция в науке ознаменуется не только созданием принципиально новых парадигмальных теорий во всех областях науки (теории относительности и квантовой механики в физике; генетики и молекулярной биологии в науках о живом; конструктивной и вычислительной математики и т.д.), но и осознанием несостоятельности прежней идеологии и философии науки, а также необходимости создания новой философии науки, более адекватной реальной науке и ее истории.

Одновременно с кризисом классической науки и ее идеологии в XX в. произошли мощные социальные потрясения европейской и мировой цивилизации (две мировые войны, экономические кризисы в развитых странах Европы и США, социальные революции в странах Европы, Азии, Америки и Африки). Все это в конечном счете подорвало веру в модернистскую идеологию Просвещения и потребовало разработки новой идеологии для современной цивилизации. Постмодернизм стал определенным ответом на кризис модернистской, просвещенческой, наивно-прогрессистской идеологий европейской цивилизации XVII - XX вв. Именно в этом контексте следует рассматривать востребованность постмодернизма, его популярность в философском сообществе и интеллектуальной элите, быстрое распространение во всем мире идей французского постструктурализма, который составил эпистемологическое ядро постмодернизма. Именно постструктурализм если и не развенчал окончательно, то, по крайней мере, основательно подорвал модернистскую эпистемологическую веру в возможность достижения однозначного и абсолютно определенного знания в любой сфере, в том числе и в науке. Эпистемологический антифундаментализм - вот главное кредо и основной вывод постструктуралистского анализа языка и законов его функционирования.

Постмодернисты (Ф. Лиотар, Ю. Кристева и др.) сделали из этого анализа последовательные и решительные выводы для понимания бытия всей современной культуры, которая "насквозь" во всех своих проявлениях и ответвлениях пронизана различного рода текстами и дискурсами, опутана сверхсложной и глобальной сетью когнитивных коммуникаций.

Именно к современной культуре в наибольшей степени применима характеристика постмодернистов: культура - это текст, поскольку уже почти невозможно различить текст как репрезентацию явлений культуры от самой культуры. Среди фундаментальных и вместе с тем универсальных характеристик любого дискурса, независимо от его содержания (обыденное познание, философия, поэзия, художественная литература, наука), постструктуралисты открыли его повествовательность и сюжетность (любой текст, в том числе и научные статьи и монографии, есть всегда рассказ). Это означает, во-первых, телеологический способ организации любого текста, а отнюдь не объективно-описательный. Во-вторых, любой научный текст самой своей структурой всегда предполагает коммуникативность, обращение к другому субъекту как необхолимому соучастнику познавательного акта. Таким образом, с точки зрения постмодернистов, основное направление познавательного акта проходит не по оси "объект - субъект", а по линии "субъект 1 - субъект 2 -...".

Любой текст, в том числе и научный, всегда опирается на большой массив бессознательно принятого автором текста неявного знания (интуитивной информации), являясь частью более обширного целого - некоторого контекста, границы которого уже нельзя определить полностью и однозначно. В этом отношении, утверждают постмодернистские философы науки (В. Велын, Ф. Джеймисон и др.), наука качественно ничем не отличается от других видов дискурса: мифологии, художественной литературы, философии и др. Везде - принципиальная многозначность, недоговоренность, открытость для новой интерпретации. Различие лишь в степени этих характеристик, т.е. количестве, но отнюдь не в их присутствии или отсутствии.

Постмодернисты полагают, что "никто до конца не знает ни что он точно сказал (или написал), ни о чем именно". С их точки зрения, в полной мере это относится и к научным текстам, хотя наука, в отличие от других видов дискурса, прилагает сознательные и огромные усилия, чтобы максимально минимизировать присущую любому языку неопределенность. Исходя из этого, само представление о научном знании как о чем-то объективно-истинном, доказательном и однозначном постмодернистские философы считают одним из самых больших социокультурных мифов. Они утверждают, что весь ход истории науки (с XVII по XX в.), основанной на этом мифе, убедительно продемонстрировал явное несоответствие реальной науке. Природа языка, основанная на нем человеческая культура и все ее проявления (в том числе и наука) таковы, что человек вынужден жить в созданном им плюралистическом и всегда не до конца определенном мире. Но это же является и необходимым условием человеческого творчества как естественной для него и одновременно специфической формы бытия, отличающей человека от всех других живых и неживых существ. Человек - существо не просто творческое, но и творящее свое бытие.

Условие и следствие творческой деятельности людей - постоянное поддержание в обществе необходимого уровня разнообразия и плюрализма. Одновременно это требует от людей в качестве компенсаторного механизма их поведения необходимости соблюдения таких норм и ценностей, как толерантность, гуманизм, консенсуальность, ответственность, в том числе и персональная.

Однако насколько оправдано распространение эпистемологических и культурологических идей постструктурализма и постмодернизма на область научного знания? Насколько правомерны их претензии на создание новой, постмодернистской философии науки как наиболее полно отвечающей современному ее состоянию? С нашей точки зрения, однозначного положительного или отрицательного ответа на эти вопросы пока дать нельзя. С одной стороны, в своем антифундаментализме по отношению к любому дискурсу, в том числе и научному, они, безусловно, правы. История науки и ее современное состояние убедительно свидетельствует в пользу отсутствия абсолютной определенности, однозначности и истинности любого дискурса, любого текста, в том числе и научного. Однако отсюда не следует, что различные виды и единицы знания обладают одинаковой степенью неопределенности и неоднозначности. Это относится как к отличию научного знания от различных видов вненаучного знания, так и к различию степеней неопределенности и неоднозначности знания внутри самой науки и различных ее видов. Очевидно, что научный дискурс и научные тексты обладают гораздо большей определенностью, однозначностью и доказательностью, чем, скажем, обыденное знание или философские концепции, а тем более мифологический или поэтический дискурсы. Столь же очевидно, что среди научных текстов имеется различие, что, например, наибольшую степень определенности и однозначности и, как следствие, общезначимости среди всех научных текстов имеют математические, затем естественнонаучные и технические тексты и, наконец, социально-гуманитарные. Даже в пределах любой из областей научного знания строгость и однозначность ее высказываний существенно различна. Так, аналитические истины любой науки в этом отношении явно превосходят ее синтетические истины, а теоретическое научное знание является более строгим и однозначным, чем эмпирическое. Вот почему попытки постмодернистов применить свои концепции науки к анализу, например, развитого естествознания (особенно, современной теоретической физики), а тем более математики, выглядят неубедительно. Дело в том, что степень неопределенности и субъективности дискурса в математике и теоретическом естествознании настолько мала (по сравнению с текстами из других наук, а тем более вненаучными текстами), что с практической точки зрения ею можно смело пренебречь. Конечно, совсем по-другому дело обстоит в гуманитарных науках, а тем более в гуманитарном познании в целом. Диалогическая природа гуманитарного знания, его ценностная и социальная "нагруженность" настолько велики, что всякие попытки абстрагироваться от них или приблизить гуманитарные тексты к стандартам естественнонаучного знания неминуемо приводят к полному искажению природы и функций гуманитарного знания и фактически к уничтожению их реального смысла. Полисемантичность, многослойность и большая степень открытости гуманитарного знания к его различным интерпретациям и творческому прочтению - отнюдь не недостаток, а скорее особенность и даже достоинство. Это связано с тем, что любой гуманитарный текст всегда обращен к другому как приглашение к мировоззренческому диалогу автора текста с читателем, к интеракции и обмену их ценностным опытом. В этом отношении постструктуралистская и постмодернистская философия науки может быть оценена как весьма развитая, зрелая и современная форма философско-методологической рефлексии гуманитарного познания. Вместе с тем претензии постмодернизма на универсальность, эффективное применение ко всем наукам и, в частности, к математике, естественным и техническим наукам вряд ли можно считать достаточно обоснованными.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >