Смерть и бессмертие

Последние годы представители философской мысли уделяют особое внимание изучению проблем смерти и бессмертия, хотя смерть и бессмертие как две противоположности волновали человеческую мысль всех эпох. Этот своеобразный сегодняшний интерес к танатологической проблематике неслучаен. Длительное время объясняемая риторически или вообще замалчиваемая тема смерти и бессмертия всегда была актуальной для человека. Нравственное значение философской этики как науки неизбежно приводило и приводит к изучению "вечных тем", одна из которых — тема смерти и бессмертия — органично связана с проблемой цели и смысла человеческой существования вообще.

В прошлом человечество имело профессиональных утешителей, которые стремились подготовить индивида к встрече со смертью. Поэты, философы, религиозные деятели, наконец, ученые пытались разгадать тайну смерти, смягчить ужас перед ней или внушить идею потустороннего мира, куда переселяется вечная душа. Мудрые мысли, суждения, сентенции на тему о смерти и бессмертии можно объединить в многотомную энциклопедию, однако научный, философско-психологический подход к изучению темы насчитывает всего несколько столетий.

Проблема смерти и бессмертия имеет многообразные философские, социальные, нравственные, психологические и другие аспекты, которые настолько тесно переплетены, взаимосвязаны и взаимопроникают, что строгое их обособление даже не всегда возможно. Застывая в почтении перед тайной мироздания, человечество, писал еще А. Шопенгауэр, живет в беспокойстве, которое не может унять, что природа безразлична к мечтам и идеалам человечества, имеет место никакой скептицизм или критицизм. Космический пессимизм, выражающийся в убеждение и в XXI столетии. В прошлом веке Б. Рассел называл природу бессильной и слепой в ее вековом круговороте. Исходя из натуралистической логики, Рассел утверждал, что люди — это музыканты, исполняющие мировую симфонию по заранее написанным нотам, но не видящие, как их партия сливается в целостной партитуре.

Проблема смерти потому и является фундаментальной для человеческого существования, что она не может быть полностью разрешена. Земной человек, независимо от того, что он исповедует — религию или атеизм, — никогда не получит окончательного подтверждения своей правоты, покуда в нем теплится жизнь. Эта тема никогда, как можно полагать, не утратит своей загадочности. Она составляет тайну человеческого бытия.

Выживание человека предполагает, что в его психике закрепляются символические образы, которые позволяют наполнить земное существование смыслом. Это психологическое равновесие приходится все время поддерживать и подкреплять. Такая потребность присуща не только отдельному человеку. Культура в целом тоже может войти в состояние разлада и сумятицы, разрушить присущее ей философско-гармоническое восприятие жизни и смерти. Когда возникает опасность для жизни отдельного человека или целого народа, образы символического бессмертия становятся более четко выраженными, обостренными, интенсивными.

В разделе была предпринята попытка каким-то образом типологизировать различное отношение к смерти в древних культурах. Восприятие смерти в культурах, где еще индивид не выделился из племени, из рода, естественно, отличается от истолкования этого феномена там, где господствует идея личности. В тех же обществах, в которых процесс индивидуального существования не рассматривается как проблема, поскольку слабо развито само ощущение индивидуального существования, смерть еще не воспринимается как нечто радикально отличное от жизни.

Совсем иначе оценивается смерть в тех культурах, где осознается ценность, суверенность и уникальность личности. Здесь хрупкость земного бытия воспринимается трагически, пронизывает всю человеческую субъективность, т.е. мир переживаний и внутренних состояний людей. Однако на Востоке, где личность не воспринималась как некая обособленность и персоналистская идея отсутствовала, тем не менее существует глубокая медитация, предельное духовное сосредоточение на проблеме смерти.

Взгляды Фрейда на Эрос и Танатос завершают основательную философскую традицию, которая формировалась в новейшей философии под воздействием А. Шопенгауэра. Как видно из проведенного анализа, концепция З. Фрейда осмысливается не только как учение об инстинктах, которое разрабатывалось группой видных психоаналитиков (Э. Вейсс, М. Кляйн, П. Федерн, С. Шпильрейн, В. Штекель. А. Штерке и др.), но и как своеобразное философско-антрополическое исследование, которое раскрывает неожиданный ракурс связи жизни и смерти. Заслуга австрийского психиатра заключается в том, что не рассматривает проблему смерти как самостоятельную, автономную. Он связывает с целостным образом человека. В трагическом противостоянии двух полярных онтологических устремлений выстраивается контроверза жизни и смерти.

Концепция классического психоанализа является радикальным поворотом в осмыслении феномена смерти. Он показал, что одним из глубинных, трудно насыщаемых влечений человека является тяга к смерти. Фрейд отверг просветительский образ человека и внес в философское постижение смерти трагические коннотации.

Идеи Фрейда, касающиеся феномена смерти, нашли отражение в неофрейдизме, однако наиболее полно они проработаны в современной трансперсональной психологии. Современная наука, например, всерьез относится к проблеме перевоплощения. Понятно, что накопленного материала мало. Процесс перевоплощения невозможно зафиксировать на уровне лабораторного эксперимента. Но, с другой стороны, собранная информация требует научного анализа всех версий.

Цикл смерти и возрождения на протяжении всей истории признавали и отмечали многие традиции. К счастью для нас, предки создали карты, которые описывают этот процесс и служат путеводителями по взлетам и падениям нашей жизни. Эта полуциклическая модель смерти и возрождения является обнадеживающей, особенно для тех людей, которым свойственно проходить через темную ночь внутреннего умирания. Она дает надежду на возрождение, находящееся по другую сторону пропасти страданий.

Мифолог Джозеф Кэмпбелл, изучая мифы и религии всего мира, пришел к выводу, что большинство из них содержит в себе универсальную формулу, которая, как он считает, отражает глубинную сторону коллективной человеческой психики. Кэмпбелл обнаружил, что мотив смерти и возрождения служит основной канвой всех мифов и религий.

Кэмпбелл в книге "Герой с тысячью лицами" описывает одну из форм мифов о смерти и возрождении как путешествие героя. Мужской или женский героический персонаж оставляет свое привычное существование либо намеренно, либо по "зову к приключению", исходящему от некой внешней силы. Следуя этому зову к приключению, герой входит в круг неведомых и трудных испытаний. Там он встречается лицом к лицу с непреодолимыми силами и трудностями, и, в конце концов, предстает самое главное испытание. Выйдя победителем, герой встречается со своим духовным Я. Эта встреча может принимать различные формы. Последняя и зачастую самая трудная задача героя — вернуться преображенным и принести новые дары.

Благодаря мощным преобразующим методам, используемым в обряде, посвящаемые также имеют возможность переживать свои творческие способности, источник внутренней силы, любовь и духовный потенциал. Зачастую, через символическую встречу со смертью и возрождением посвящаемые превосходят свои беспощадные ограничения. Они переживают мистические или духовные сферы, которые руководят ими, дают им вдохновение и расширенное чувство своего я. Чтобы запустить процесс исцеления, необходим контакт с этими духовными состояниями. Смысл нашей жизни, возможно, непостижимым образом связан с общей судьбой человечества, со сменой бесчисленных поколений и их участью.

Проблема смерти охватывает широкий спектр философских вопросов. Она перестает быть сферой узких специалистов. Накопленные сведения, опыт сравнительно-культурологических исследований, современные эксперименты танатологов позволяют судить о том, что границы между жизнью и смертью весьма подвижны, что смерть так же многолика, как и земное бытие.

Образы смерти проникают в массовое сознание, порождая специфические духовные феномены. В эпоху общественных сдвигов, культурных нововведений происходит переосмысление тех символов, с помощью которых человек пытается увековечить себя. Потребность в выработке образов вечного существования неизбывна. Сама способность к сотворению и присвоению таких символов — необходимое условие поддержания жизни.

Современная культура, судя по всему, стоит на пороге грандиозных открытий, связанных с тайнами бытия и смерти. Огромный этнографический, философский, естественнонаучный материал, который накоплен учеными, позволяет значительно расширить рамки обсуждения этой темы.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >