Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Культурология arrow СОЦИАЛЬНАЯ И КУЛЬТУРНАЯ АНТРОПОЛОГИЯ
Посмотреть оригинал

ПОРОЖДЕНИЕ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ СИСТЕМ СОЦИАЛЬНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

Основания структурно-функционального анализа

В рамках социальной и культурной антропологии исследователь имеет дело не только с описанием уникальных явлений, специфичных культурных характеристик, но и с выявлением универсалий, родовых свойств человека, регулярно повторяющихся событий. В этом случае возникают следующие вопросы: как формируются и воспроизводятся социальные отношения; каковы механизмы их поддержания; как они работают. Чтобы найти соответствующие ответы, следует обратиться к функционализму (структурному функционализму), социальнонаучному направлению, позволяющему изучать порождение форм социальной активности. В этих рамках основное внимание уделяется способам и структурам процессов удовлетворения потребностей, реализации желаний, интересов людей.

Функционализм как способ познания существовал на протяжении всей истории культуры. Тело и его жизненные проявления были постоянным источником метафор, аналогий, моделей для различных аспектов совместной жизни людей. Корни функционального изучения общества и культуры, специфичного для XX в., прослеживаются в работах французов О. Конта и Э. Дюркгейма, англичан Б. Малиновского и А. Радклифф-Брауна. Эти авторы равно причисляются к классикам как социологии, так и социальной и культурной антропологии, поскольку в их время границы между двумя науками только начали устанавливаться. Позже дань функционализму отдали такие ученые, как М. Мид, Э. Мейо, Л. Уорнер, Р. Фирт, И. Иванс- Причард, М. Уилсон, С. Нейдел, М. Глюкоман и другие.

Возникновение функционализма побуждалось стремлением установить «общие социологические законы». Соответственно еще Малиновский проводил различие между «этнографией как наукой, связанной с простым коллекционированием, описанием и классификацией (данных), и этнологией, целью которой может быть построение законов и объяснение феноменов»[1], применение абстрактных теорий к различным типам обществ. Ключевые концепты функции и структуры были прямо заимствованы у Спенсера, который часто использовал их и выводил из органических аналогий, связанных с его идеей социальной системы. Он предполагал, что в обществе, как и у индивида, «различие функций предопределяет дифференциацию и разделение выполняющих их частей», а также «взаимную зависимость частей», которую считал источником организации вообще, общим законом социальности[2].

Начиная с работ Малиновского и Радклифф-Брауна, функционалистская трактовка прочно закрепилась в изучении общества и культуры. И с самого начала обоснование функциональных социокультурных единиц — норм, институтов, ролей — имело двойную природу. С одной стороны, такие единицы выводились из удовлетворения врожденных человеческих потребностей. С другой стороны — из необходимости поддерживать социальные связи и отношения. Истоки первого направления обнаруживаются в работах Малиновского, второго — в работах Радклифф-Брауна.

Оба ученых преуспели в том, чтобы создать теоретические рамки для анализа и обобщений данных, полученных в ходе полевых исследований. Они сформировали адекватную базу как для изучения конкретных обществ, так и для построения социальной (а нередко и психологической) теории. Благодаря успешности их работ концепты социальной системы, структуры, функции, общего закона, института вошли в словарь (тезаурус) социальных наук в качестве устойчивых категорий. Влияние Малиновского на формирование функционализма как исследовательского направления сказалось на двух уровнях познания. Во-первых, интерес к систематическим связям, в частности, ролевым, как внутри общества (функциональная связь), так и между обществами (сравнительная связь). Во-вторых, попытка продвинуть компаративные исследования, стимулировать систематическое сравнение социальных и культурных переменных в различных обществах (социальных системах).

В функционалистской трактовке социальных и культурных явлений сама концепция функции подразумевает биологические и психические предпосылки действий людей, направленных на окружение. Последнее включает в себя не только экологическое измерение, но и созданные человеком объекты. Кроме того, значительное место в концепции функции занимают технологии, в том числе машинные, как продукты и посредники социокультурного взаимодействия и коммуникации, инструменты трансляции культурного опыта, которые делают возможным обусловливающий удовлетворение потребностей и запросов людей взаимообмен между компонентами социальных и культурных систем.

Таким образом, считается, что «в жизни определенной общности каждый культурный элемент занимает свое место и выполняет особую функцию. Обнаружение этих функций является задачей науки, которую можно назвать “социальной физиологией”. Исходный постулат функционального метода состоит в том, что существуют общие “физиологические”, или функциональные, законы одинаковые для всех обществ и культур. Целью функцонального метода является обнаружение этих общих законов и объяснение с их помощью любого элемента любой культуры»[3].

Наиболее развитая форма структурного функционализма выражена в концепции общества и культуры как системы. Она широко представлена в социологии такими фигурами, как Т. Парсонс, Р. Мертон, Э. Шиллз, М. Леви, Д. Белл и другими. Но соответствующие теоретические принципы использовались и в культурной антропологии (в рамках неоэволюционизма для интерпретации адаптационных структур, в рамках психологической антропологии как основания для психоаналитической трактовки социализации и инкультурации). Более того, начиная с 60-х гг. XX в. структурный функционализм стал одной из ведущих общих теорий для изучения общества и культуры.

Существенным исходным допущением структурного функционализма остается классическая идея «единства мира», т.е. представление о том, что любое явление имеет значение только в связи с его целостностью. Концептуальное различение функций и элементов представляет собой познавательный инструмент для понимания и описания порождения, существования, изменения социальной системы, которая трактуется как воплощение такой целостности в функционально значимой взаимозависимости людей.

Следует подчеркнуть, что само по себе понятие «система» формально и не имеет эмпирического содержания. Применение этого концепта к определенной предметной области, а именно к социокультурным феноменам, означает его интерпретацию. Вопрос заключается в том, какой «позиции наблюдателя» она соответствует в каждом конкретном случае. Например, такие характеристики системы, как равновесие и взаимосвязь, могут приниматься как измерения, т.е. как имеющие варьирующееся значение. Тогда изучается ее динамика, смена состояний, и акцент помещается на механизмах, действие которых обусловливает изменение значений этих переменных. Однако же эти характеристики могут считаться инвариантными, т.е. свойствами системы. Тогда она рассматривается в одном из возможных состояний — равновесном, — и предметом интереса становятся механизмы его поддержания. В первом случае исследователь имеет дело с системностью как качеством, во втором — с сохранением самотождественности целого.

С развитием концептуального аппарата и утверждением системы в качестве интегрирующей познавательной категории структурный функционализм как теоретическое направление установился благодаря трем основным причинам. Во-первых, он сложился как обобщенная интеллектуальная позиция, базирующаяся на концептах функции, действия, структуры и ассоциирующихся с ними идеях. Во-вторых, на такой основе можно строить специфичные гипотезы о значении процессов и результатов совместной активности людей. В-третьих, в его рамках есть метод проверки таких гипотез. Эта теоретическая позиция породила важные для понимани я общества и культуры концептуальные построения, многие из которых нашли убедительное эмпирическое подтверждение. И хотя такое направление исследований отнюдь не универсально, имеет свои ограничения и несовершенства, оно оказывается необходимой современной составляющей в области познания динамики социокультурной жизни.

В качестве исходных порождающих компонент, на которых строится концепция социальной системы, будут рассмотрены: потребности как универсальные побуждения человеческой активности; социальное действие как ее функциональная организация.

  • [1] Malinowski В. Review of G. С. Wheeler. «The tribal and intertribal relations in Australia».Man, 11 (15), 1911. P. 25-26.
  • [2] GoodyJ. British functionalism. Main Currents in Cultural Anthropology / ed. by Naroll R.,Naroll F. N. Y., 1973. P. 190.
  • [3] Radclijf-Brown A. R. Method in social Anthropology. L., 1968. P. 41.
 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы