Жиль Делёз и Феликс Гваттари: шизоанализ в действии

Философская деятельность Жиля Делёза (1925-1995 гг.) и Феликса Гваттари (1930-1992 гг.) является, без сомнения, одной из самых зрелых форм постмодернистской мысли. Их двухтомник «Капитализм и шизофрения» (первый том, «Анти-Эдип», вышел в 1972 г., второй, «Тысяча плато», - в 1980 г.) стал своего рода Библией постмодерна, где были осмыслены все основные наработки постмодернистской мысли. «Сложностное» мышление, борьба с иерархией, власть, интерпретация, дискурс, текст, смерть автора, критика потребительского сознания, экономика, сексуальность - все это нашло свое отражение и место в единой философской системе. Ж. Делёз и Ф. Гваттари стали систематизаторами идей постмодерна подобно Аристотелю и неоплатоникам - систематизаторам идей античной философии. Вместе с тем они смогли принести в постмодерн и весьма оригинальную систему концептов.

В самом начале книги «Анти-Эдип» ее авторы заявляют о двух главных источниках, двух отправных точках своего исследования. Эти источники - фрейдизм и марксизм. Нужно не противопоставлять их друг другу, полагают Ж. Делёз и Ф. Гваттари, но рассматривать в единстве, как индивидуальное нельзя рассматривать в отрыве от общественного и наоборот. Фрейдизм с его приоритетом сексуального удовольствия и желаний должен объяснить нам природу человека, марксизм с его фокусом на средствах производства, производственных отношениях, технике, машинах должен объяснить природу общественных процессов. Нетрудно заметить, что оба исходных философских направления, объединившись в таком грубоватом, редуцированном виде, теряют часть своих важных свойств. Но вместе с тем они приобретают новые качества, не свойственные их прототипам. Что же получается в результате подобного «скрещивания»?

Исходная посылка, с которой начинается «Анти-Эдип», - объединение идеи либидо с идеей производства. Возникает образ желающего производства, желающих машин. Современный человек - не просто вместилище бессознательного. Он и вместилище производства. Одно не существует без другого: «Повсюду - машины, и вовсе не метафорически: машины машин, с их стыковками, соединениями. Одна машина-орган подключена к другой машине- источнику: одна испускает поток, другая его срезает»[1].

Обозначив человека как желающую машину, а общество и культуру - как желающее производство, авторы вышли за рамки традиционной антропологии со строгой иерархией духа - души - тела. В контексте желаний и производства человеческое существо стало пониматься как тело, органы которого являют собой патрубки для соединения с другими машинами. Эти патрубки-органы можно соединять как с другими людьми-машинами, так и с общественными механизмами и природными системами. Этот феномен Ж. Делёз и Ф. Гваттари назвали феноменом коннективных синтезов. То есть все в современном мире так или иначе соединяется со всем (как в прямом, так и в переносном смысле). Мы не можем воспринимать мир иначе как через патрубки органов. Природа (как ее понимают в Новое время) - тоже машина, мир - тоже механизм. Посредством коннективных синтезов все машины связываются и взаимодействуют. Так работает машина мира. Выйти за ее пределы - значит выйти в ничто.

Мир, таким образом, представлен авторами как единый работающий цех, где взаимодействуют желающие машины. Они осуществляют практики и техники, производят высказывания и слова. Однако го, к чему присоединены патрубки-органы, оказывается чем-то иным, более нежным, более ранимым. Это так называемое тело вез органов, трудно уловимая для сознания чувствующая, реагирующая субстанция. Органы, с одной стороны, доставляют ей боль, а с другой - подпитывают ее жизнью. Идеал деятельности человека - перейти от актуализации органов-патрубков к ощущению себя телом без органов, т. е. оказаться в глянцевом, гладком вакууме, сделаться незаметным, невидимым, подобным умному домашнему животному. Это позволит обрести искомую гармонию с миром, а само мировое производство будет похоже на стильный косметический салон, клумбу, а не на цех.

Разумеется, реализации этого идеала в новоевропейской науке и культуре мешает многое. Прежде всего - классический психоанализ с его проблемой эдипова комплекса. Ж. Дслёз и Ф. Гваттари на большом количестве примеров стараются доказать, что проблема взаимоотношений отца и сына из-за их отношения к матери неправильно интерпретирована 3. Фрейдом, оказавшимся в ловушке мифологического, патриархального сознания. В реальной жизни ребенок нс испытывает подобной ревности, и, вообще, эдипов комплекс - проблема, скорее, отца, нежели ребенка. Устраняя момент страха ребенка перед отцом, философы провозглашают новую, основанную на ненасилии этику семейных отношений - на основе (как им кажется) равноправия и подлинного братства.

Далее Ж. Делёз и Ф. Гваттари, утверждая, что сознание Эдипа в целом является имперским, стараются переосмыслить и концепцию государственного устройства, и традиционный взгляд на культуру и цивилизацию. И они приходят к выводу, что современное общество нуждается в существенном обновлении.

Это обновление видится им в проекте шизоанализа. Если отказаться от вечного осмысления проблемы Эдипа, а соответственно - от анализа неврозов, психозов и параноидального сознания, то центральным типажом культуры можно будет сделать типаж шизофреника, который, не зацикливаясь на вещах и связях, легко скользит от одной вещи к другой, не испытывая страданий. Если таким образом, по мысли Ж. Делёза и Ф. Гваттари, создать новый человеческий идеал, в котором удастся «шизофренировать» смерть, т. е. лишить ее устрашающих атрибутов власти, превратить умирание в исполненную осторожного экспериментаторства практику творческих актов, многие глобальные проблемы, стоящие перед человечеством, можно будет разрешить.

При реализации этого проекта философы предлагают смотреть на мир и историю не как на корневую систему, уходящую вглубь, систему, которую нужно мучительно переживать, помнить и стараться исправить в будущем, а как на ризому - корневую систему, располагающуюся близко к поверхности земли и постоянно дающую все новые всходы. По такому миру-ризоме можно быстро передвигаться в стороны без погружения в выяснение ненужных вопросов, создающих проблемы и неврозы. Понятие мира-ризомы существенно пересекается с представлением о мире как тексте у Ж. Деррида.

Вопросы для самопроверки

  • 1. Что представляет собой постмодерн как социально-философское явление?
  • 2. Как М. Фуко понимает историю, знание и власть?
  • 3. Почему постмодернисты считают текст более богатым, чем речь?
  • 4. Как Ж. Деррида понимает деконструкцию?
  • 5. Раскройте понятия «желающее производство» и «шизоанализ» в философии Ж. Делёза и Ф. Гваттари.

  • [1] Делез Ж., Гваттари Ф. Анти-Эдип : Капитализм и шизофрения. Екатеринбург, 2008. С. 13.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >