Экономические, социальные и политические основы конституционного строя

В последние десятилетия отмечается тенденция к включению в число объектов конституционно-правового регулирования основ политической, социальной, экономической и духовной жизни общества. Принципиально важно, что правовым регулированием вообще и конституционноправовым регулированием в частности должны охватываться именно основы указанных сфер общественных отношений, поскольку чрезмерное вмешательство государства в дела гражданского общества свидетельствует о недемократическом, неправовом характере такого государства. Конституция РФ (гл. 1) содержит и некоторые базовые принципы, которые могут быть отнесены к экономическим и политическим основам конституционного строя России.

В подходе к государственному регулированию экономической деятельности в России в 1990-х гг. произошли принципиальные изменения: сегодня государство не учреждает экономический строй и не осуществляет детальную регламентацию всех сторон экономической деятельности, а лишь обеспечивает правовыми средствами функционирование рыночной экономики. Именно такой подход закреплен в Конституции РФ.

К конституционным принципам рыночной экономики в России можно отнести единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, свободу экономической деятельности и государственную поддержку конкуренции, многообразие и равенство форм собственности (ст. 8, 9 Конституции РФ).

Указанным конституционным положениям корреспондируют нормы ст. 71 и 72 Конституции РФ, в соответствии с которыми установление правовых основ единого рынка, финансовое, валютное, кредитное, таможенное регулирование, денежная эмиссия, основы ценовой политики, гражданское, земельное и природоохранное законодательство, установление налоговой системы и общих принципов налогообложения и сборов в России отнесено либо к исключительному ведению Российской Федерации, либо к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов (при безусловном приоритете федеральных норм). Таким образом, ни в одной составной части России не может осуществляться собственное, отличное от общегосударственного, правовое регулирование отмеченных важных принципов экономической системы.

Базовые принципы рыночной экономики, закрепленные в гл. 1 Конституции РФ, раскрываются в других конституционных положениях. Так, в развитие нормы о поддержке конкуренции (ч. 1 ст. 8) ч. 2 ст. 34 Конституции РФ запрещает экономическую деятельность, направленную на монополизацию и недобросовестную конкуренцию. Одним из первых рыночных российских законов стал Закон РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», который, сыграв свою положительную роль, был заменен новым антимонопольным законом — Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

Отношения собственности — отношения гражданско- правовые, хотя институт права собственности, вне всякого сомнения, является комплексным, межотраслевым. Здесь можно вычленить, помимо правового, философский, экономический, социальный, этический, нравственный, психологический и иные аспекты. Именно собственность определяет политическую, экономическую, социальную системы, духовную сферу жизни общества. Существуют вполне обоснованные взгляды на право собственности как на политическое право. Именно поэтому как принципиально важные (во многом революционные) следует рассматривать положения ч. 2 ст. 8 Конституции РФ о признании и равной защите частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности. Принцип равенства всех форм собственности означает, что в России устранен приоритет государственной (общенародной) собственности, но не провозглашен и приоритет частной собственности — все формы собственности признаются и защищаются равным образом.

Принцип пеприкосповепиости собствеиности в Российской Федерации нельзя трактовать как абсолютный: право собственности (и частной, и публичной) в любом современном цивилизованном государстве уже не рассматривается как «священное и неприкосновенное», как и всякое право, оно может быть ограничено. Однако в соответствии с ч. 3 ст. 35 Конституции РФ никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда, а принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть осуществлено только при условии предварительного и равноценного возмещения. Это положение требует разъяснения.

Во-первых, речь здесь идет не о собственности в узком смысле слова, а об имуществе вообще, включая и имущественные права (например, заключенные в ценных бумагах и т.п.).

Во-вторых, понятие «решение суда» следует толковать расширительно, понимая под ним решение как таковое, т.е. процессуальный акт суда, рассматривающего гражданские дела, и приговор суда, рассматривающего дела уголовные (в частности, при применении конфискации имущества или штрафа).

В-третьих, данному конституционному положению не соответствует ряд норм отраслевого (налогового, таможенного, административного, процессуального) законодательства, допускающих лишение частных лиц имущества без судебного решения, в частности о бесспорном списании с банковских счетов налогоплательщиков — юридических лиц недоимок по налогам, об изъятии в административном порядке имущества, составляющего предмет контрабанды, не прошедшего надлежащего таможенного оформления, орудий совершения преступления, незаконного промысла, улова и т.п. При оценке и разрешении подобных юридических коллизий нельзя обойтись без учета правовой позиции КС РФ, неоднократно высказывавшейся в ряде постановлений и определений[1], в которых КС РФ подтвердил незыблемость конституционного положения о невозможности лишения кого-либо права на имущество (прежде всего права собственности) без судебного решения, признав неконституционность соответствующих положений оспариваемых нормативных актов. Однако КС РФ пояснил, что не исключено временное изъятие имущества у частных лиц в административном порядке в целях реализации публичных интересов (в частности, при совершении частными лицами таможенных и иных административных правонарушений). Такие меры превентивного характера направлены на обеспечение сохранности имущества, которое подлежит конфискации, и сами по себе не влекут прекращения права собственности на это имущество. Моментом же прекращения права собственности на конфискованное имущество у частных лиц и, соответственно, возникновения права государственной собственности на это имущество является вступление в законную силу решения суда либо истечение срока на обжалование решения о конфискации. Кроме того, судебного решения не требуется для изъятия имущества (в частности, денежных средств) у частных лиц за совершенные правонарушения в случаях, когда гражданин или юридическое лицо добровольно соглашается заплатить определенную сумму (например, штраф).

В-четвертых, несмотря на то, что принцип неприкосновенности собственности закреплен в ст. 35 Конституции РФ, находящейся в гл. 2 («Права и свободы человека и гражданина»), его следует рассматривать в качестве универсального конституционного принципа, поскольку ст. 8 Конституции РФ (находящаяся в гл. 1 («Основы конституционного строя») предписывает равное признание и равную защиту всех форм собственности и, следовательно, в одинаковой степени неприкосновенно имущество, находящееся как в частной, так и в государственной или муниципальной собственности. Из этого, в частности, исходит и КС РФ, запрещая лишать субъекты РФ и муниципальные образования принадлежащего им имущества в принудительном порядке без решения суда.

В Постановлении от 20.12.2010 № 22-П «По делу о проверке конституционности части 8 статьи 4 и частей 2, 3 и 4 статьи 9 Федерального закона “Об особенностях отчуждения недвижимого имущества, находящегося в государственной собственности субъектов Российской Федерации или в муниципальной собственности и арендуемого субъектами малого и среднего предпринимательства, и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации” в связи с жалобой администрации города Благовещенска» КС РФ воспроизвел и конкретизировал высказанные ранее правовые позиции относительно универсального характера конституционного принципа неприкосновенности собственности, подчеркнув, что обеспечение права частной собственности не должно вести к отказу от публичных начал в развитии отношений собственности; в силу конституционного требования о равной защите всех форм собственности не только право частной собственности, но и право собственности субъектов РФ и муниципальных образований может быть ограничено федеральным законом, если такое ограничение является соразмерным тем конституционно защищаемым целям, ради которых оно вводится (в частности, передача в хозяйственное ведение находящегося в региональной или муниципальной собственности имущества без согласия собственника, если она осуществляется без разумной компенсации, выходит за рамки требований ч. 3 ст. 55 Конституции РФ и корреспондирующих ей положений ст. 1 Протокола № 1 к Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод).

Чрезмерное вмешательство государства недопустимо не только в сферу экономики, но и в сферу идеологии и политики. Конституция РФ не закрепляет политическую систему общества, исходя из того, что эта система в конечном счете создается инициативой свободных личностей. В качестве одной из основ конституционного строя ст. 13 Конституции РФ провозглашает идеологическое и политическое многообразие (плюрализм). Данные положения непосредственно связаны с такими конституционными правами и свободами, как свобода совести и вероисповедания, свобода выражения мнений и убеждений, свобода мысли и слова, свобода информации, свобода творчества, право на объединение, свобода собраний, митингов и демонстраций и др. В России никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Недопустимо идеологическое преследование официально не одобряемых направлений в науке, искусстве, религиозной деятельности и т.п.

На идеологическом многообразии основывается многообразие политическое, проявляющееся в наличии разнообразных направлений практической политической деятельности. Важнейшая роль в этой деятельности принадлежит политическим партиям и иным общественным объединениям, преследующим те или иные политические цели. Статус различных видов общественных объединений (общественных организаций, движений, фондов, учреждений, органов общественной самодеятельности, профсоюзов, религиозных организаций и др.) закреплен в Федеральном законе от 19.05.1995 № 82-ФЗ «Об общественных объединениях», а также в других законах и иных правовых актах.

В ряду общественных объединений особое место принадлежит политическим партиям. Если общественная организация (или объединение) может быть создана для реализации любых некоммерческих целей, то политической партией организация, не преследующая политических целей, быть не может. Конституция РФ практически ничего не говорит о деятельности политических партий, подробное же регулирование статуса этого вида общественных объединений осуществляется Федеральным законом от 11.07.2001 № 95-ФЗ «О политических партиях».

Под политической партией понимается общественное объединение, созданное в целях участия граждан Российской Федерации в политической жизни общества посредством формирования и выражения их политической воли, участия в общественных и политических акциях, в выборах и референдумах, а также в целях представления интересов граждан в органах государственной власти и местного самоуправления.

Политическая партия может создаваться и функционировать только на какой-либо идеологической платформе (запрещено создание партий по признакам профессиональной, расовой, национальной, религиозной принадлежности, а также отражение указанных признаков в названии партии; политическая партия не должна состоять из лиц одной профессии). Политическая партия, в отличие от иных общественных объединений, должна быть достаточно массовой организацией с развитой внутренней структурой.

В апреле 2012 г. были реализованы широко обсуждавшиеся инициативы Президента РФ, направленные на существенную либерализацию процесса создания политических партий (Федеральный закон от 02.04.2012 № 28-ФЗ): если по состоянию на 1 января 2012 г. в соответствии с законом политическая партия могла быть создана, если число ее членов составляло не менее 40 тыс. человек (ранее предусматривались и более высокие требования — 45 тыс., 50 тыс. членов), то в настоящее время политическая партия может быть создана при наличии в ее составе не менее 500 человек. При этом российское законодательство не предполагает возможность создания региональных политических партий — партия может быть только общероссийской, имея региональные отделения более чем в половине субъектов РФ (после внесения отмеченных изменений в Федеральный закон «О политических партиях» законодатель не регламентировал минимальную численность региональных отделений, оставляя это на усмотрение самих партий, которые могут закрепить соответствующие требования в своих уставах; ранее подобная регламентация имела место. Так, с 1 января 2012 г. в более чем половине созданных региональных отделениях партий численность этих отделений должна была быть не менее 400 членов, а в остальных — не менее 150 членов).

В настоящее время значительно облегчены процедурные правила создания и государственной регистрации политических партий, а также смягчены требования по осуществлению государственного контроля за их деятельностью. Государство оказывает политическим партиям поддержку, в том числе финансовую (она проявляется, в частности, в том, что политические партии получают денежные средства из федерального бюджета в устанавливаемом законом размере пропорционально количеству голосов, поданных избирателями за кандидата или список кандидатов на прошедших президентских или парламентских выборах). Принципиальную значимость имеет то, что указанная поддержка оказывается всем партиям на равных условиях.

Закрепленные федеральным законодательством требования к политическим партиям неоднократно оспаривались в судебном порядке, в том числе были предметом рассмотрения КС РФ. В Постановлении от 15.12.2004 № 18-П «По делу о проверке конституционности пункта 3 статьи 9 Федерального закона “О политических партиях” в связи с запросом Коптевского районного суда города Москвы, жалобами общероссийской общественной политической организации “Православная партия России” и граждан И. В. Артемова и Д. А. Савина» КС РФ подтвердил конституционность установленного Федеральным законом «О политических партиях» запрета на создание политических партий по признакам расовой, национальной или религиозной принадлежности (заявителями в Суд были, в частности, общероссийская политическая организация «Православная партия России», а также представители других общественных организаций — «Российской Христианско-Демократической партии» и «Русского Общенационального Союза»). Конституционный Суд РФ подчеркнул, что в Российской Федерации как демократическом и светском государстве религиозное объединение не может подменять политическую партию, оно надпартийно и внеполитично, партия же в силу своей политической природы не может быть религиозной организацией: она надконфессиональна, внеконфессиональна. Партия, исходя из своего политического предназначения, создается не для выражения и защиты тех или иных религиозных или национальных (этнических) интересов, поэтому конституционный принцип демократического и светского государства (Конституция РФ принята именем многонационального народа России, как совокупности граждан различных национальностей и вероисповеданий, соединенных общей судьбой и сохраняющих исторически сложившееся государственное единство) применительно к конкретно-историческим реалиям, сложившимся в Российской Федерации как многонациональной и многоконфессиональной стране, не допускает создание политических партий по признакам национальной или религиозной принадлежности.

В Постановлении от 01.02.2005 № 1-П «По делу о проверке конституционности абзацев второго и третьего пункта 2 статьи 3 и пункта 6 статьи 47 Федерального закона “О политических партиях” в связи с жалобой общественно- политической организации “Балтийская республиканская партия”» КС РФ отказал в удовлетворении жалобы общественно-политической организации Калининградской области «Балтийская республиканская партия» и подтвердил конституционность оспариваемых заявителем положений Федерального закона «О политических партиях», устанавливающих только общероссийский статус политических партий в Российской Федерации. При этом, однако, КС РФ отметил, что запрет создания региональных и местных политических партий носит временный характер, обусловлен конкретно-историческими условиями становления демократии и правового государства в России (с учетом сложносоставного характера РФ образование множества региональных партийных систем чревато превращением в фактор ослабления развивающейся российской демократии, народовластия, федерализма, единства страны, конституционных прав и свобод граждан), и с отпадением породивших его обстоятельств должен быть отменен.

В Постановлении от 16.07.2007 № 11-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 3, 18 и 41 Федерального закона “О политических партиях” в связи с жалобой политической партии “Российская коммунистическая рабочая партия — Российская партия коммунистов”» КС РФ подтвердил конституционность установленного федеральным законодателем требования к минимальной численности политической партии и ее региональных отделений, подчеркнув, что установленные количественные критерии могут приобрести неконституционный характер только в случае их чрезмерности, если результатом их применения окажется невозможность реального осуществления конституционного права граждан на объединение в политические партии (кроме того, установленные законодательно требования к численности политической партии и ее региональных отделений могут меняться, исходя из конкретно-исторических условий развития РФ).

Основным отличительным признаком политической партии и основной целью ее деятельности является легальная борьба за политическую власть и участие в осуществлении этой власти. В соответствии с российским законодательством политическая партия является единственным видом общественных объединений, обладающим правом выдвижения кандидатов на выборные должности в системе государственной власти. При этом, если политическая партия в течение семи лет подряд не участвует в выборах в органы государственной власти или органы местного самоуправления, она подлежит ликвидации.

Конституция РФ и действующее законодательство формально-юридически закрепляют в России многопартийную систему. Именно многопартийность является внешним выражением политического плюрализма. Закрепляя равенство политических партий и общественных объединений перед законом, ч. 5 ст. 13 Конституции РФ определяет пределы идеологического и политического плюрализма. Демократическое государство не должно допускать деятельность политизированных институтов гражданского общества, стремящихся изменить основы конституционного строя неконституционным, насильственным путем. Правовая государственность несовместима с распространением в обществе фашистской, расистской, антисемитской, анти- исламской и иных подобных идеологий. Поэтому в России установлен ряд запретов на создание и деятельность таких общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя; нарушение целостности РФ; подрыв безопасности государства; создание вооруженных формирований; разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни. Вопрос ликвидации общественных объединений и политических партий (в том числе в связи с нарушением ими Конституции РФ) в России отнесен к компетенции судов общей юрисдикции (есть государства, в которых конституционность политических партий проверяют конституционные суды (Турция, Азербайджан и др.)). Деятельность политических партий может быть приостановлена также решением ВС РФ, а приостановление деятельности иных общественных объединений может быть осуществлено и во внесудебном порядке — решением органа прокуратуры или регистрирующего органа (Минюста России) соответствующего уровня.

  • [1] См.: постановления КС РФ от 20.05.1997 № 8-П «По делу о проверке конституционности пунктов 4 и 6 статьи 242 и статьи 280 Таможенного кодекса Российской Федерации в связи с запросом Новгородскогообластного суда», от 11.03.1998 № 8-П «По делу о проверке конституционности статьи 266 Таможенного кодекса Российской Федерации,части второй статьи 85 и статьи 222 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях в связи с жалобами граждан М. М. Гаглоевойи А. Б. Пестрякова», от 14.05.1999 № 8-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 131 и части первой статьи 380Таможенного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой закрытого акционерного общества “Сибирское агентство “Экспресс”» и гражданина С. И. Тененева, а также жалобой фирмы “Y. & g. Reliable Services,Inc.”»; определения от 06.07.2001 № 144-0 «По жалобе гражданинаКлапши Дениса Валерьевича на нарушение его конституционных правпунктом 5 статьи 242 и частью первой статьи 254 Таможенного кодексаРоссийской Федерации», от 27.11.2001 № 202-0 «Об официальном разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерацииот 14 мая 1999 года но делу о проверке конституционности положенийчасти первой статьи 131 и части первой статьи 380 Таможенного кодексаРоссийской Федерации» и др.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >