Петровское и послепетровское время.

Существовала значительная необходимость, к концу XVII в. во внедрении в русских землях самой разной мануфактурной промышленности, в придании гражданской администрации более регулярного характера, в построении значительной сухопутной армии для завоевания выхода к морям[1], а далее и военно-морского флота, «политически» обеспечивающего заморскую торговлю. Лишь отчасти эта проблема решалась правительством, которое существовало до Петра Великого.

Большинство мер Петра I были направлены именно на войну и реформу администрации, меры по предпринимательству были нередко, прямо сказать, приказными и запретительными. Часть этих запретов носила технический характер и способствовала слому ремесла — укажем, в частности, на запреты узких холстоткацких станков и строительства широких северных судов. Часть указов предписывала переброску ресурсов — таков был временный запрет на кирпичное строительство в ряде местностей. Известно также немало указов Петра I, каравших конкретных лиц за упущения. Не стеснялся царь-преобразователь и самостоятельно телесно наказывать за имущественные и производственные нарушения.

Рядом законоположений все сословия и классы государства были так или иначе закрепощены: дворянство — через обязательность службы государству и ответственность за несение крестьянами повинностей, крестьянство — через рост повинностей и превращение массы деревень в наследственную собственность дворянства, ответственного за крестьян перед властями, духовенство — через превращение в служителей государства, массу повинностей, налагаемых на епархиальные дома и монастыри и т.д. Купцов и ремесленников это коснулось, правда, менее прочего.

Петру I удалось насадить как немало промышленных предприятий[2], так и новые объединения купечества, так называемые кумпанства, носившие отчасти принудительный характер. Вводились элементы цеховой организации и для ремесленников, особенно этому послужил указ 1722 г. Посадское население, то есть горожане не из дворян или духовных, прикреплялись к местам жительства с помощью паспортной системы. Именно в царствование Петра I купцы перестали быть членами изолированных сотен: в новосо- зданные гильдии мог записываться любой свободный человек, заявлявший капитал, но на купцов иной раз возлагались очень крупные обязательства перед казной. Впрочем, немало государственных производств и промыслов стало постепенно переходить в руки купечества, в частности через долгосрочную аренду. Особо значимые купцы продолжали выступать и как агенты царского двора. Сохранился и институт купцов-откупщиков, его сфера деятельности только расширилась по мере налоговых реформ Петра Великого.

Среди явно освободительных мер Петра I можно отметить освобождение купечества от опеки воеводской власти (вводились более регулярные органы — ратуши) в 1699 г. и указ 1700 г. о горной свободе, позволявший производить розыск полезных ископаемых невзирая на их владельцев.

Также дозволена была деятельность банкирских контор. Биржевая же торговля скорее насаждалась, чем дозволялась.

Для управления многими аспектами производства, консолидации и стандартизации, петровские ведомства-коллегии будут включать и ряд производственных (Берг-, Манфактур- и Коммерц-коллегии), ведавших распределением разрешений на производство, отводом ресурсов, заказами от казны, надзором за качеством, кадровыми вопросами.

В 1721 г. с особого царского указа оформился статус крепостной промышленности: посессионных мануфактур — частнособственных и казенных, на базе труда прикрепленных крепостных крестьян[3]. Именно так поднималась металлургия Урала и Сибири (30 заводов создано при Петре I), текстильная промышленность Средней России и многое другое. К концу XVIII в. порядка 35% промышленных рабочих были именно посессионными крепостными, но по мере развития обычной капиталистической промышленности и в силу запретов на покупку крестьян без земли, эта форма производства к Крымской войне почти исчезнет (их станет около 10% от общего числа промышленных рабочих). Посессионные мануфактуры были в основном крупными производствами, в поместьях же и вотчинах имелись так называемые вотчинные заводы и фабрики, как бы продолжающие обычную барщину, без привилегии прикрепления крепостных к производству. При введении определенной оплаты труда, они могли быть достаточно эффективными[4].

На оптовую скупку внутри страны и экспорт-импорт ряда товаров при Петре I устанавливалась государственная монополия. В 1710—1714 гг. были введены запреты на вывоз ряда сырьевых товаров, устанавливались вывозные, усиливались ввозные пошлины. Насаждались царской волей и импортозамещающие производства, в том числе военного снаряжения, модных товаров для знати.

Громадным импульсом отечественному предпринимательству стало отвоевание царем-преобразователем выхода к Балтийскому морю и ряда новых областей с развитой коммерцией (и соответствующим населением) по Балтике и Каспию. Также важно, что при Петре I государство приступило к строительству многочисленных судоходных каналов (Вышневолоцкая водная система, старый Ладожский канал, обводные каналы в городах и т.п.), портов и все новых конных трактов.

В петровское время окончательно отошел от господствующей Церкви, перешедшей под полный контроль государства, значительный слой верующих — сторонники старых церковных обрядов. Среди старообрядцев служилых людей довольно быстро не станет, и творческая энергия этих общин обратится на бытоустроение, включая, разумеется, предпринимательство.

В истории русского предпринимательства будет немало промышленников и купцов именно из старообрядцев. С другой стороны, старообрядцы станут и проблемой для властей, которые будут принимать против них различные меры.

Если Пётр Великий запрещал и предписывал, то его преемники достаточно часто разрешали. Следует указать на значительное снятие правительственной (и коррупционной) опеки над предпринимательством в царствование как Анны Иоановны, так и Елизаветы Петровны.

Ряд надзорных функций в промышленности был упразднен уже в 1730 г. В 1729 г. был введен Вексельный устав, и вексель постепенно (к 1770-м гг.) вошел в деловую жизнь России, сначала только во внутрисословном купеческом обороте. Прикрепление посадских жителей (свободных горожан вне дворянства и духовенства и гильдий) к посадам, к городской общине, введенное было Петром I, ослаблялось указом 1744 г. с правом перехода в другие посады.

При императрице Анне Иоановне (между 1730 и 1739 г.) произошло сокращение духовного сословия и было репрессировано немало дворян, много образованных людей пополнили войска и посадское население. С 1752 г. производились эксперименты по созданию государственного банка для кредитования как дворян, так и купцов, впрочем, поначалу неудачные. Поощрялись от казны новые производства в промышленности (шелк, фаянс, фарфор, смальта, картон и т.п.) и даже сельском хозяйстве (коневодство).

Возросшая роскошь царского двора и следующей модам знати означала все новые возможности для предприимчивости поставщиков и подрядчиков. При этом система привилегий крупным предпринимателям (прежде всего знатным и сановным) продолжалась, зачастую доходя до форменных монополий. Привилегированный статус также получали колонисты-иноземцы, приглашаемые для поселения целыми селами и городками, в основном в южных районах. Продолжалась начатая Петром 1 раздача крестьян с землей как в собственность помещиков, так и в посессию при заводах, что, по представлениям того времени, означало создание властью новых «стоимостей». Это приводило к определенной слабости купечества как сословия, вытесняемого порой из мелкой торговли крестьянами, казаками и даже бродячими инородцами, а из крупной торговли и промышленности — дворянами и иноземцами, что фиксируется в челобитных и опросах[5].

В 1754 г. были упразднены внутренние таможни и ряд налоговых сборов, а также снят ряд ограничений на межрегиональную торговлю. Многочисленные остатки от этих ограничений были ликвидированы последующими (1775—1786 гг.) губернской и муниципальной реформами.

В свою очередь, Пётр III провозгласил вольность дворянства, т.е. возможность дворянину выбирать род занятий, причем не обязательно на службе государству, что вызвало более внимательное отношение дворян к их поместьям. Также им было спроектировано изъятие земельной собственности монастырей. Эти меры будут вполне проведены при Екатерине И. Кроме того, именно эта государыня пожелала выслушать по всем вопросам государственной жизни мнение всех свободных разрядов населения, созвав подобие земского собора в 1766 г.

При Екатерине II на первых порах был принят ряд частных актов в русле политики ликвидации монополий, начатой было Петром III. Так, в 1764 г. было подтверждено разрешение заводить фабрики всем без исключения. В 1767 г. Екатерина II высказалась против казенных и частных монополий и некоторые упразднила. Указом 1775 г. разрешалось «всем и каждому» заводить производство, что перечеркивало прежние запреты крестьянам и посадским заводить заводы и промыслы. Позднее Мануфактур-коллегия была вообще упразднена. Существенные изменения произошли в 1775— 1785 гг. в ходе городских реформ, прикрепление посадских (мещан и купцов) к городам было ослаблено.

Снижение ввозных таможенных пошлин (в сочетании с рутинной техникой посессионных мануфактур и тяготами военной экономики) приводило в 1766—1782 гг. к замедлению роста отечественной промышленности и падению экспорта продукции высокой степени переработки. После этого пошлины снова стали расти.

В ключе политики создания «стоимостей» и ликвидации внутренних «налоговых убежищ» надо воспринимать ликвидацию монастырского землевладения и сокращение числа монастырей Екатериной II с раздачей немалого числа крестьян помещикам. В том же ключе надо рассматривать привилегии торговым городам, основание все новых и новых городов, особенно на осваиваемых землях, перепланировку многих уже существующих городов[6], продолжение строительства сети каналов, массовое заселение новых земель приглашаемыми колонисгами-иноземцами.

Не меньшим созданием «стоимостей» были внедрение бумажного рубля в 1769 г. и некоторая либерализация вексельного права в 1770-х гг. Вместе с тем, колоссальные военные и административные расходы привели к дефициту бюджета и инфляционной вспышке в 1790-х гг.

Притом создаются не только «стоимости» — выращиваются люди: значительная часть старых семей промышленников, известных в XIX в., происходят от выходцев из простого народа, приступивших к предпринимательству именно в царствование Екатерины II. Часть этих семей были старообрядческими (например, текстильщики Морозовы)[7].

В ходе правления Павла I были несколько сокращены повинности крестьян и посадских людей (мещан), приостановлено преследование старообрядцев, а для еврейского народа была введена черта оседлости, препятствовавшая прежде всего предприимчивым людям. Произошла определенная корректировка таможенной политики в пользу протекционизма. Понятно, что в связи с войнами времен Екатерины II и Павла I внешняя торговля империи часто была вынужденно ограничена.

  • [1] В XVII в., как и ранее, было обыкновением всех государств ограничивать иностранцамправо проезжать для коммерции сквозь свою территорию и торговать с местными жителями;потому-то долгое время Российское государство не могло вести через своих купцов торговлюс иностранцами иначе как через замерзающий порт Архангельск, ряд городов на западемосковских владений и Каспийском море, а также форпосты на дальней китайской границе.
  • [2] Мануфактур можно насчитать около 30 в начале царствования Петра I (1682 г.)и 200 к 1725 г. В 1767 г. насчитывалось 663, в 1799 г. — не менее 1200 мануфактур (Чунту-лов В. Т. Экономическая история СССР : учебник. М.: Высшая школа, 1987. С. 54). Относительно последующего времени, Н. А. Рожков приводит данные, что к 1820 г. в Российскойимперии насчитывалось не менее 3000 только фабрик, в 1830 г. их было уже около 4000(Рожков II. Л. Экономическое развитие России в первой половине XIX века // История России в XIX веке. Т. 1. СПб.: А. и И. Гранат и К”, 1907. С. 141).
  • [3] Труд таких крестьян обычно оплачивался ниже, чем вольнонаемный труд, но им, какправило, при заводах предоставлялась земля для сельского хозяйства, право охоты, рубкилеса для себя и т.п. Это дало возможность некоторым авторам говорить об «индустриализации без урбанизации».
  • [4] Например, немало предприятий легкой промышленности Рузского уезда Московскойгубернии были именно вотчинными (См: Тцган-Барановский М. И. Русская фабрика. 6-е изд.М.; Л.: Соцэкгиз, 1934, С. 82-84).
  • [5] См.: Кулигиер И. М. История русской торговли и промышленности. С. 296—308.
  • [6] В царствование Екатерины Великой (с 1762 по 1796 гг.) было основано более 200 городов, в том числе 10 черноморских портов. Несколько десятков крупных городов были перепланированы, в частности Москва, Ярославль, Кострома, Калуга, Смоленск, Владимир,Вятка.
  • [7] Матвеева Л. Д., Алексеев В. В., Кабанова Е. Е. История предпринимательства в России.С. 32-33.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >