ФЕНОМЕН СОЦИАЛЬНОЙ КОММУНИКАЦИИ И СИНЕРГЕТИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ ОБЩЕСТВА В РАЗРЕШЕНИИ ПРОТИВОРЕЧИЙ И КОНФЛИКТОВ

Основные исследовательские программы изучения общества в социокоммуникативном измерении

Исследование общества в различных его социокоммуникативных и философских измерениях всегда было одним из приоритетных направлений философско-гуманитарного знания. В рамках философско-гуманитарного знания описывается качественное своеобразие общества, его отличие от природы, отношение к государству, религии, морали, системе ценностей, духовной культуре. Выявляются основные стратегии интерпретации общества в истории философской мысли, его цели, общественные идеалы, генезис, развитие и смысл социальной истории, направленность общественных процессов, основные типы культурот- ворчества (искусство, религия, мораль), традиции и новации, судьбы и перспективы общества в социокультурной динамике.

Стремление эксплицировать закономерности развития и взаимодействия социальной философии, теоретической социологии, социальной коммуникации позволяет раскрыть истоки социологии как науки и показать, что социология как наука возникла в XIX в. в результате конкретизации проблематики традиционной социальной философии, спецификации и дифференциации социальных наук и развития эмпирических социологических исследований. По мере становления и институционализации социальной коммуникации, формирования ее эмпирического базиса, категориального аппарата и специфических законов в орбиту исследования все в большей мере попадают проблемы коммуникативного взаимодействия различных феноменов общества.

Оставляя конкретный анализ социальных структур за социологией, форм и видов общения за социальной коммуникацией, социальная философия исходит из плюрализма и альтернативных подходов при выявлении статуса и закономерностей социального процесса, объективных сущностных законов в социальном процессе, творимом свободной волей человека. Это касается и ответов на вопрос об источниках социальной динамики, и разнообразия при интерпретации проблемы роли личности в истории, взаимоотношений героя и толпы, массы и элиты, эволюции и революции, прогресса и регресса, вечности и повседневности и т. д. Социальная коммуникация как наука, акцентирует внимание на роли коммуникации в обществе, ее содержании, структуре коммуникационных процессов, использовании определенных средств коммуникации, исследовании смысловых аспектов социального взаимодействия и тем самым представляет богатый материал для построения обобщенных моделей социальной философии по изучению процессуальных коммуникативных практик в экономике, политике, науке, культуре.

Философское осмысление социального бытия, динамики общественных процессов в рамках социально-философского подхода позволяют социальной философии выполнять мировоззренческую и методологическую функцию, причем, не только по отношению к социально-гуманитарному, но и к естественнонаучному знанию, обосновывая идеалы моральной ответственности ученых при решении научных проблем, критерии периодизации истории соответствующей науки, поиска новых мировоззренческих ориентиров при решении глобальных проблем современности, анализа социокультурных предпосылок научного знания. В тоже время открытия современного естествознания, его обновление, открытость, отход от концепции жесткого детерминизма и независимого субъекта, господствующего над миром, фиксация необратимости, вероятности, свободы выбора, альтернативы, обогащают и трансформируют само понимание наук о духе, о человеке, об обществе. Те идеи, которые получили физико-математическое обоснование в естествознании, с необходимостью входят в социальную философию, социально-гуманитарное знание, в результате чего человек и общество уже не могут рассматриваться с позиций жесткого детерминизма, единой модели развития, однолинейности, отказа от выбора, альтернативы, случайности, непредсказуемости. Система же ценностей, наработанная в рамках социальной философии и социально-гуманитарного знания, становится неотъемлемой шкалой и точкой отсчета в естественнонаучном поиске.

По мере развития социальной философии сформировались ее различные исследовательские программы, по-разному объясняющие развитие общества:

  • • натуралистическая программа (ее версии: методологический редукционизм, этноцентризм, органицизм);
  • • культурно-историческая (культурно-центристская) программа;
  • • психологическая и социопсихологическая исследовательские программы;
  • • исследовательские программы классического и постклассического марксизма;
  • • концепция социального действия М. Вебера;
  • • программа социальной реальности как феномена символической интеракции (Дж. Г. Мид);
  • • программа структурного функционализма (Т. Парсонс, Р. К. Мертон);
  • • программа общественной рациональности и коммуникативного действия, «системы» и «жизненного мира» (Ю. Хабермас) и др.

Исторически первой исследовательской программой обществозна- ния Нового времени была натуралистическая программа, рассматривающая общество по аналогии с природой как естественное продолжение закономерностей природы, как «венец» природы, хотя и не самое совершенное ее образование. Натуралистическая программа допускала правомерность экстраполяции методологических особенностей естествознания на социально-гуманитарное знание и формировала идеалы и нормы научности по образу естественных наук. Перенесение центра тяжести с одной науки на другую в натуралистической программе отражало степень зрелости естествознания, науки в целом и появление в ней все новых лидирующих дисциплин, с помощью которых и объяснялись закономерности развития общества (механики, географии, биологии, экономики и др.).

Натуралистическая программа в социальной философии представлена тремя основными версиями: редукционистской, этноцентристской и органицистской.

С точки зрения редукционизма (от лат. reductio — отодвигание назад) — методологический принцип, согласно которому высшие формы материи могут быть полностью объяснены на основе закономерностей, свойственных низшим формам, общество и тип общественного устройства определяется силовыми взаимодействиями (вариант классического механицизма — Т. Гоббс, П. Гольбах), особенностями географической и природоклиматической среды (географизм — Ш. Монтескье, И. И. Мечников), процессами ассоциации и диссоциации (химизм — Шевроль).

В роли ведущего фактора социальной динамики с точки зрения этноцентризма выступают природно-национальные особенности. Так, Л. Н. Гумилев в своей этногенетической концепции этнос рассматривает не столько в социокультурном контексте, сколько в связи с событиями космического характера и общими процессами биосферы Земли. Подобные методологические подходы характерны и для евразийства — социально-философского учения, сформировавшегося в 1920—1930-х гг. (Флоровский, Карсавин, Трубецкой и др.) в среде российской эмиграции и до сих пор сохраняющего свой идейно-политический потенциал. По мнению представителей евразийства Евразия как географическое понятие ассоциируется с местоположением особой евразийской культуры, ядром которой выступает культура восточнославянских народов — русских, украинцев, белорусов. Россия-Евразия с этой точки зрения характеризуется как общностью исторических судеб населяющих ее народов и родственных культур, так и единым экономическо-политическим будущим.

В начале XXI в. вызывают интерес идеи евразийства о глобализации человечества, мечты о «всеедином» человечестве, о едином «богочеловеке», о русской идее земного братства, противостоящие концепциям ранжирования государств по различным основаниям.

Органицистская версия натуралистической программы восходит к трудам Г. Спенсера, уподоблявшего общество организму и пытающегося объяснить социальную жизнь биологическими закономерностями. По аналогии с живым организмом в рамках органицистской версии обществу приписывались все черты организма — единство, целесообразность, специализация органов. Роль кровообращения, например, выполняет торговля, функции головного мозга — правительство (Лилиенфельнд), обмена веществ в организме — экономическая жизнь общества (Шеффле).

Формирование второй из основных исследовательских программ — культурно-исторической (культурно-центристской) и кризис натуралистической программы были связаны с осознанием различий природы и культуры, социальной реальности и реальности природной; развитием таких наук о человеке и обществе, как антропология, история, искусство, культурология, этнология, психология и др. Произошло открытие другой (по сравнению с природой) онтологической реальности — культуры во всем ее многообразии, понимание ее не как деятельности, направленной на реализацию природной сущности человека, а как феномена, обеспечивающего формирование человека и социальных связей, как продукта истории и самой истории, в ходе которой меняется человек. Культура, социальные связи в данной исследовательской программе занимают центральное место, в противоположность натуралистической программе, где точкой отсчета были различные проявления природной зависимости и взаимодействий человека и человеческого общества. Подобно натуралистической программе, опирающейся на частные естественные науки, культурно-центристская программа также находила опору в ориентации на формирующиеся новые социально-гуманитарные науки — историю, антропологию, психологию, науки об искусстве и др., указывая тем самым границы натуралистической программы.

В рамках культурно-центристской исследовательской программы общество рассматривается как сверхиндивидуальная реальность, в которой воплощен мир моральных, эстетических, духовных ценностей, культурных смыслов и образцов, обусловливающих ход всемирной истории и деятельности отдельных индивидов (Кант, Гегель, Гердер, Риккерт, Дильтей, Тейлор и др.). При всем многообразии выделяемых в данной программе теоретических оснований, ее представители исходят из того, что, во-первых, «...общественная жизнь по самому существу духовна, а не материальна» (С. Л. Франк), во-вторых, «...природу мы объясняем, душевную жизнь мы постигаем» (В. Дильтей), в-третьих, «...при объяснении действительной закономерности социальной жизни» необходимо учитывать символический характер социальных взаимодействий (П. Сорокин).

В рамках психологической и социопсихологической исследовательских программ (третья программа) предпринимаются попытки объяснить социальную жизнь на основе влияния на человеческое поведение психологических факторов. Психологический подход и предполагает объяснение общества и общественных отношений с точки зрения определяющей роли психологии индивида, его эмоциональных и волевых компонентов, сферы бессознательного, психологии групп, социальной психологии межиндивидуальных отношений (Уорд, Тард, Фрейд и др.).

В 1840-х гг. создавалась марксистская исследовательская программа социального развития (четвертая программа). Несмотря на скептическое или резко критическое отношение к марксизму, наблюдающееся в современной отечественной философской мысли, необходимо все же взвешенно и без свойственной долгое время канонизации марксистской идеологии выделить основные положения данной исследовательской программы. При этом следует иметь в виду, что существуют разные ее версии. Это и классический марксизм, представленный его основоположниками, и разработка марксистской программы с ленинской и сталинской его версиями, и различные неомарксистские концепции (Грамши, Лукач, Хабермас, Маркузе, Фромм и др.).

Марксистская концепция социального развития прежде всего основывалась на выявлении тенденций к усилению общественного характера труда. Кардинальная идея социально-философских исследований состояла в том, что научно-технический прогресс и превращение науки в производительную силу общества взломает узкие рамки классовых и национальных отношений, создаст условия для раскрепощения человека, превратит историю человечества во всемирный процесс, который обозначается данной программой как социализм и коммунизм. Для К. Маркса идея переустройства общества, гуманистического освобождения человечества от власти чуждых ему структур представлялась вполне обоснованной, следующей из его философской системы. Продолжая линию теоретического обсуждения реализации своего гуманистического проекта освобождения человечества от власти ими же порожденных, но чуждых им структур мышления и бытия, Маркс связывает решение проблемы осуществления политических прав и свобод человека с переосмыслением вопроса о соотношении гражданского общества и государства. Продолжая традицию немецкой классической философии и «переворачивая» Г. В. Ф. Гегеля, К. Маркс рассматривает исторический прогресс уже не как «развитие понятия свободы», а как практическое движение и освобождение человечества. В работах 1840-х гг. К. Маркса и Ф. Энгельса обосновывается принципиальная возможность перехода человечества к новому свободному типу исторического развития.

Бесспорно и то, что идея классового конфликта и революционного изменения обстоятельств могла много объяснить в истории второй половины XIX — первой половины XX в. Становление идей марксистской программы происходило в контексте культуры, в которой провозглашалось деятельностное отношение к миру как к природному, так и к сакральному. Поэтому марксистская концепция классовой борьбы, социальной революции и диктатуры как способа решения социальных проблем возникла в контексте ценностей техногенной культуры. Вопрос состоит сегодня в том, насколько продуктивна идея насилия сейчас. Перед лицом глобальных опасностей человечество с необходимостью должно перейти к стратегии ненасилия, к необходимости диалога культур, наций, религий. Особое место в марксистской программе социального развития занимает учение об общественно-экономических формациях, которое также в современных условиях переосмысливается, сопоставляется с концепцией цивилизационного развития. Особого внимания заслуживает рассмотрение различных версий неомарксизма.

Пятой исследовательской программой является концепция социального действия М. Вебера. Свою концепцию Вебер называет понимающей социологией. Социология анализирует социальное действие и тем самым объясняет его причину. Понимание означает познание действия через его субъективно подразумеваемый и переживаемый смысл. Вместе с субъективным смыслом в социальном познании оказывается представленным все многообразие человеческой культуры: идеи, идеологии, мировоззрения, представления и т. п. К основным категориям понимающей социологии относятся: поведение, действие и социальное действие.

Поведение — всеобщая категория деятельности. Оно считается действием тогда, когда действующий связывает с ним субъективный смысл. Вебер выделяет четыре типа социального действия:

  • • целерациональное действие — когда предметы внешнего мира и другие люди трактуются как условия или средства действия, рационально ориентированного на достижение собственных целей;
  • • ценностно-рациональное действие — которое определяется социальной верой в ценность определенного способа поведения как такового независимо от конечного успеха деятельности;
  • • аффективное действие — определяющееся непосредственно чувствами, эмоциями;
  • • традиционное действие — которое побуждается усвоенной привычкой, традицией.

В соответствии с членением социальных действий выделяются четыре типа легитимного порядка: 1) традиционный, 2) аффективный,

3) ценностно-рациональный, 4) легальный (традиционный).

По признанию М. Вебера, большое воздействие на него имели работы К. Маркса. Свои работы по социологии религии и методологии социальных наук он рассматривает как направленные против марксистской концепции общества и истории. Однако это утверждение неоднозначно. М. Вебер относил идеи К. Маркса к числу тех, что определили горизонт социально-исторической мысли XX в. «Мир, в котором мы духовно существуем, говорит он, это мир, несущий идеи Ф. Ницше и К. Маркса». Назвать же М. Вебера последователем К. Маркса несправедливо. Построение нового социалистического типа общества, в корне отличного от капиталистического, М. Вебер считал невозможным. С этой точки зрения он оценивал Октябрьскую революцию.

Следующая исследовательская программа (шестая программа) — это теория социальной реальности как феномена символической интеракции Дж. Г. Мида. Данная методологическая ориентация сводила содержание социальных процессов к взаимодействию индивидов в группе и обществе, тем самым содействуя становлению и развитию социальной коммуникации как науки. Отрицая изначальную данность людям разума и сознания, Дж. Г. Мид подчеркивал, что социальный мир индивида и человечества формируется в результате процессов социальных взаимодействий, в которых большую роль играет «символическое окружение».

Согласно Дж. Г. Миду, общение между людьми осуществляется при помощи особых средств — символов, к которым относятся жест и язык. Анализу «символического окружения» человека философ придавал особое значение, поскольку оно оказывает решающее значение на формирование сознания личности и человеческого Я. Существенное значение имеет ролевая концепция личности Дж. Г. Мида. Многомерное поведение человека можно представить в виде определенного набора устойчивых шаблонов поведения — ролей, которые человек играет в обществе. Анализ ролей человека дает основания для суждения не только о его поведении, но и о его личности, поскольку его внутренний импульс и нормативная противоречивость выражаются в любых поведенческих актах.

Следующая исследовательская программа (седьмая) — программа структурного функционализма. Структурно-функциональная теория (для краткости именуемая функциональный подход) — одно из наиболее важных и сложнейших направлений современной социологической мысли. Для него характерно сознательное стремление построить законченную систему социального действия как наиболее полную систему объяснения эмпирических фактов социальной деятельности. Основателями данной программы являются Т Парсонс и Р. К. Мертон.

Социальная система, с точки зрения Парсонса, предполагает наличие трех подсистем:

  • 1) личностная система (действующие акторы);
  • 2) система культуры (разделяемые ценности, которые обеспечивают преемственность и последовательность норм и предписанных им статусных ролей);
  • 3) физическое окружение, на которое общество должно ориентироваться.

Для того чтобы выжить, каждая система должна соответствовать четырем требованиям: 1) адаптации (к физическому окружению — экономика); 2) достижению целей (средства организации ресурсов для достижения целей и получения удовлетворения — политика); 3) интеграцию (форма внутренней и внешней координации системы и пути ее соотнесения с существующими отличиями); 4) латентности, поддержанию образцов (средства достижения относительной стабильности — социализация).

Данная концепция известна под названием AGIL: адаптация — цель — интеграция — латентность. Все подсистемы связаны между собой средствами обмена, которые представляют собой: деньги (А), власть (G), влияние (I), латентность (L). Равновесие социальной системы зависит от этих сложных процессов обмена между разными подсистемами.

Одна из привлекательных исследовательских программ социального развития (восьмая программа) — это теория коммуникативного действия Ю. Хабермаса. Центральным ядром концепции выступает проблема преодоления неадекватного (отчужденного) статуса общественности (как проявление общего кризиса европейской установки на вертикальную структуру субъект-объектного отношения).

Целевой вектор социальной концепции Ю. Хабермаса — возможность установления принципиально ненасильственных (невертикальных) способов социального бытия как «универсального примирения». Фундаментальным условием осуществления этой программы считают радикальную трансформацию европейской рациональности, моделирующей насилие в жестких формах логического дедуктивизма и технологического операционализма. Переориентация с субъектно-объектных на субъект-субъектную структуру, моделируемую межличностным общением — интеракцию, понимаемую Ю. Хабермасом не только как социальное воздействие, но и как содержание коммуникации. Если стратегическое поведение ориентировано на достижение цели, что неизбежно предполагает субъект-объектную процедуру и прагматическое использование другого в качестве объекта (средства), то коммуникативное поведение принципиально субъект-субъектно, предполагая принятие другого в качестве самодостаточной ценности. Необходима смена «научно-технологической рациональности» субъект-объектной на новую, коммуникативную рациональность субъект-субъектную. В своей концепции коммуникативного действия Ю. Хабермас рассматривает коммуникацию в качестве основы социального процесса и считает, что подлинная общественная интеграция обеспечивается благодаря коммуникативному пониманию. Когда поведение ориентировано на коммуникацию, считает Хабермас, складываются устойчивые личностные структуры, способные к самоосуществлению и развертыванию. В основе современного общества должны лежать коммуникативные практики и коммуникативная рационализация, а не отношения производства. Противопоставляя коммуникативное действие, ориентированное на взаимопонимание, консенсус, инструментальному, с установкой на успех, коммуникативную рациональность — инструментальной рациональности, Ю. Хабермас дает мощный импульс развитию социальной коммуникации.

Формирование каждой из перечисленных исследовательских программ было исторически детерминировано развитием социальной философии в целом, проблемным полем развивающейся культуры, выявляющим вновь открываемые срезы многоликой социальной реальности.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >