Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow История arrow ИСТОРИЯ ИНКВИЗИЦИИ
Посмотреть оригинал

Е. Тарле

Иннокентий III. Гонорий III. Григорий IX. Учреждение общей инквизиции; ее установление во Франции и в Италии

Барельеф Иннокентия III.

Палата представителей США, Вашингтон

Согласно поэтическому выражению отца Лакордера, в его “Истории о святом Доминике” — “двенадцатый век не закончил своего пути так, как он его начал, и когда при наступлении вечера он склонился к закату, собираясь перейти в вечность, церковь, казалось, склонилась вместе с ним, преисполненная тяжелых дум о будущем”.

Действительно, народы отдавшись телом и душой всемогущему, абсолютному руководительству церкви, несмотря на все свое невежество, пришли наконец к заключению, что церковь не способствует их счастью.

Придавленные гнетом какой-то невыразимой тяготы, дошедшие до последней степени бедствия и страдания — они всячески старались освободиться от цепких уз духовенства и готовились найти в реформе

ю религиозной дисциплины и существующих догматов средство от тяготевших над ними стольких непосильных страданий.

Даже по словам Лакордера, свидетельство которого в данном случае не может вызывать сомнения, “раскол и ересь, которым благоприятствовали плохое состояние духовной дисциплины и возрождение языческих наук, пошатнули на Западе дело Христово, в то время как неблагополучное окончание крестовых походов довершило его крушение на Востоке”.

У некоторых народностей, напр., на юге Франции, ненависть к духовенству достигла таких пределов, что самое слово “священник” считалось ругательством.

“Священники старались на людях скрыть свои тонзуры”.

Дворяне уже не содержали больше на свой счет духовенства, вызывавшего всеобщее презрение и пополняемого исключительно из среды крепостных. Симония, чванство и скупость подтачивали церковь, развращенную своими огромными богатствами.

В Европе происходило такое же движение умов, испытывалось такое же стремление освободиться от гнета Рима, какое проявлялось и ощущалось в той же мере тремя столетиями позже, в момент, когда наконец расцвело возрождение.

Конец двенадцатого века был неудавшимся возрождением, потопленным в крови, задушенным в дыму костров.

Ответственность за это преступление падает всецело на Иннокентия III.

Он имел в своем распоряжении все, необходимое для беспощадного применения различных способов преследования, унаследованных им от его предшественников на папском престоле и для усовершенствования и урегулирования их.

Первые его усилия были направлены против альбигойцев, ересь которых сильно укрепилась на юге Франции.

Заметив, что ересь эта не поддается никаким увещеваниям и пренебрегает папскими буллами, недовольный, к тому же, способом борьбы, применяемым против нее епископами, он принял решение послать в зараженные местности особых комиссаров, уполномоченных искоренить то зло, против которого епископы оказались бессильными.

Это было весьма важное нововведение, в том смысле, что одни лишь епископы издавна имели власть подавлять ересь.

Поэтому папа не осмелился с места и бесповоротно лишить епископство участия в разрешении вопросов веры, но он сумел свести их власть почти к нулю и избавиться от их вмешательства.

Таким образом он, в сущности, учредил инквизицию, однако, еще не придал ей явного облика и прочной организации постоянного учреждения, а удовольствовался назначением “Особой комиссии”, не без основания уверенный в том, что время довершит и упрочит начатое дело.

С этой целью он, в 1203 году, поручил Пьеру де Кастельно и Раулю, монаху из Сито в Нарбонской Галлии, в своих проповедях вести борьбу против альбигойской ереси — что ими и было успешно исполнено. Ободренный этой первой победой, он решил наконец привести в исполнение свой проект и ввести в католическую церковь институт независимых от епископов инквизиторов, которым, как делегатам папского престола, было бы поручено преследование еретиков.

4-го июня, в седьмую годовщину своего папства (29-го мая 1204 г.), он назначил своими легатами аббата из Сито и монахов, Пьера и Рауля. Изложив в своей учредительной булле, под видом аллегории, все несчастья, вызванные небрежностью епископов, и осведомившись, что в монастыре Сито имеется несколько образованных и ревностных монахов, он объявил аббату, что в полном согласии с кардиналами он поручает ему работу разрушения ереси, повелевает ему обратить к вере еретиков, а неподчиняющихся выдавать светской власти — предварительно предав их отлучению; отбирать их имущество, а их самих подвергать изгнанию. В обязанность комиссаров входило, именем папы, Филиппа II, короля французского и его старшего сына Людовика, призывать графов, виконтов и баронов всего королевства к преследованию еретиков и, в награду за их заслуги, давать им индульгенции.

Для того, чтобы дать трем монахам возможность успешно выполнить возложенное на них поручение, папа облекал их всею необходимою властью в провинциях Экс, Арль, Нарбонны и во всех тех епископ- ствах, где находились еретики. Он советовал им только действовать по крайней мере по двое в тех случаях, когда не было возможности работать всем вместе.

Король Франции отнесся к этому призыву весьма холодно и воздержался принять участие в этом крестовом походе, также как графы Тулузский, Фоа, Безие, Каркассон и Коммэнж, отказавшиеся изгнать из своих владений большое количество спокойных и покорных подданных, изгнание которых было бы настоящим разорением для всего края. С другой стороны, епископы, недовольные понижением своего влияния, чинили возможно больше препятствий своим новым конкурентам, которые имели в виду лишить их главной прерогативы — поддержания веры. Но фанатичные монахи, действующие в интересах самого неба, не так-то легко унывают.

Аббат из Сито, Пьер и Рауль взяли себе в помощники двенадцать других монахов, затем двух испанцев, ставших впоследствии знаменитыми, епископа д’Осма и святого Доминика де Гюсман, основателя ордена доминиканцев.

Тем временем папский легат Пьер де Кастельно был убит, и папа организовал второй крестовый поход против еретиков, главным образом против Раймонда VI, графа Тулузского, решительного покровителя альбигойцев. В течение этой-то войны, жестокость которой ужаснула мир, окончательно возникла инквизиция, начало которой положил, за несколько лет перед тем, Иннокентий III, разослав своих миссионеров.

Действительно, в это время эти миссионеры, к числу которых прибавились святой Доминик и несколько других священников, получили от нового легата Арно не только разрешение проповедывать крестовый поход, но и право отмечать тех, кто отказывался уничтожить еретиков; осведомляться о верованьи частных лиц; разрешать от проклятия обращенных еретиков, а упорствующих предавать в руки Симона де Мон- фор, командующего армией, — иными словами, предавать их смерти, после самых неслыханных мучений.

Итак, инквизиция, в своих главных чертах, была учреждена во Франции в 1208 году, в царствование Филиппа II и при папе Иннокентии III. Могущество этой новой организации скоро дало себя почувствовать: число жертв немедленно умножилось во сто крат, и несчастных альбигойцев, погибших в пламени костров или в иных ужасающих мучениях, надо считать миллионами[1]. Даже историки того времени приходили в ужас.

Послушайте, каким образом один непогрешимый папа, на одном непогрешимом соборе толковал сущность христианства:

“В 1215 году Иннокентий III созвал десятый вселенский собор, четвертый в Латеране[2], на котором были приняты следующие постановления относительно лангедокских еретиков: 1) что те из них, которых епископы обвинят в ереси, будут преданы судебной власти, для несения заслуженного наказания, предварительно лишившись сана, если они были священниками; 2) что имущество осужденных мирян должно быть конфисковано, равно как и имущество священников их приходов;

3) что подозреваемые в ереси жители должны подвергнуть себя церковному покаянию, а те, которые этому воспротивятся, будут отлучены от церкви, и если в течении года они, находясь под анафемой, не обратятся к церковному помилованию, то в дальнейшем с ними будет посту- плено так же, как с еретиками; 4) что феодалы будут предупреждены и даже принуждены через духовных цензоров дать клятвенное обещание изгнать из их владений всех обвиняемых в ереси жителей; 5) что все феодалы, уличенные в нерадении, будут отлучены от церкви; и что если по прошествии года они не исполнят возложенных на них обязанностей, то об этом будет сообщено папе, дабы его святейшество могло освободить их подданных от клятвы верности, а земли их раздать тем католикам, которые пожелают ими воспользоваться; 6) что те католики, которые примут участие в крестовых походах против еретиков, получат такие же индульгенции, как и те, которые отправились в святую землю; 7) что отлучение от церкви, постановленное собором, касается не только еретиков, но и всех тех, которые их принимали или укрывали в своих домах; что они будут считаться зловредными, если в течение года не выполнят своих обязанностей и, как таковые, будут устранены от всех общественных должностей, лишены всех прав в выборах магистратуры, объявлены неправомочными свидетельствовать на суде, составлять завещания, наследовать, подавать на кого-либо иски; священники будут присуждены к лишению сана и к потере их доходов; все те, которые будут иметь сношения с этими отлученными церковью, будут преданы анафеме; они будут лишены таинств церкви, даже перед смертью, и т.д. 8) что никто без разрешения папы не имеет права проповеди; 9) что ежегодно каждый епископ будет лично объезжать свою епархию или посылать доверенное лицо, с целью нахождения еретиков; что призвав трех наиболее уважаемых граждан, он обязует их обнаружить ему всех еретиков кантона и тех людей, которые устраивают тайные сборища; что он потребует к себе всех выданных ему лиц и, если они не смогут оправдаться или вновь впадут в ересь, то подвергнет их церковному наказанию; если кто-нибудь откажется повиноваться епископу, то будет считаться еретиком; наконец, что епископы, уличенные в нерадении, будут лишены епископства”.

Как раз в это самое время святой Доминик получил от папы разрешение основать свой знаменитый орден доминиканцев, давший инквизиции большинство ее судей, а вскоре после того “Христову милицию”, члены которой, исполняя обязанности “друзей” инквизиции, внушали всем трепет. Преемник Иннокентия III, Гонорий III так же принял все меры к процветанию этого ценного ордена, и в скором времени его можно было найти во всех христианских государствах, главным образом в Италии, ибо надо заметить, что в Испании инквизиция появилась лишь несколько лет спустя, примерно в 1232 году, несмотря на то, что доминиканцы упрочились в стране раньше этого времени.

В 1224 году она уже действовала в Риме, куда проникла ересь, и император Фридрих И, вследствие увещеваний папы, объявил в Падуе конституцию, пункты которой мало отличались от постановлений, принятых на четвертом соборе в Латране, под председательством Иннокентия III. Я приведу только один пункт, а именно: “Так как оскорбление небесного величества считается более крупным преступлением, чем оскорбление земного величества, и так как бог наказует в детях грехи отцов, дабы они не следовали их примеру, то дети еретиков до второго поколения будут объявлены не имеющими право занимать какую бы то ни было общественную должность и пользоваться какими бы то ни было правами, за исключением тех детей, которые предадут своего отца“.

Тем не менее, когда вступил на папский престол Григорий IX, инквизиция, в принципе уже учрежденная и действующая с большим успехом, не приобрела еще облика постоянного трибунала.

Григорий IX первый придал ей этот определенный облик. Он сохранил за доминиканскими монахами должность инквизиторов и дал им в сотрудники францисканцев. Тем временем новые соборы, созванные в Тулузе, Мелене и в Бозье, были заняты наделением своих судей всеми им необходимыми полномочиями и снабжением их всеми средствами для удачного выполнения их священных обязанностей.

Новые меры строгости прибавились к тем, которые были уже перечислены мною.

Сущность этих мер заключалась в следующем:

“Все жители, в возрасте — для мальчиков от четырнадцати и для девочек — от двенадцати лет, должны дать клятвенное обещание, что они будут преследовать еретиков; а в случае отказа, с ними будут обращаться, как с подозреваемыми в ереси;

Те, которые не будут являться в трибунал для покаяния регулярно три раза в год, будут одинаково считаться подозреваемыми в ереси;

Все дома, служившие приютом еретикам, будут уничтожены;

Все имущество еретиков и их соучастников будет захвачено, причем дети их лишаются права получить из него хотя бы малейшую часть;

Добровольно обращенные еретики не имеют права жить в той же местности;

Они обязаны носить на своей одежде два желтых креста, один на груди, второй на спине, для отличия их от других католиков;

Наконец, ни один мирянин не имеет права читать евангелия иначе, как на латинском языке”.

Все эти меры, выполняемые под покровительством святого Людовика, узаконенные церковью, как примерное деяние христианнейших королей и императора Фридриха II окончательно придали инквизиции присущие ей характер и формы. Теперь она могла самым успешным образом орудовать с полной уверенностью.

После учреждения и укрепления во Франции и в Италии, ее оставалось только провести в Испании, что Григорий IX и не замедлил привести в исполнение.

  • [1] Явное преувеличение. Все население Зап. Европы в те времена исчисляется,по догадкам современной науки, лишь очень немногими “миллионами” — Прим, перев.
  • [2] Латеран — резиденция римских пап до 1308 г. — Прим, перев.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
     

    Популярные страницы