Дискуссия о повышении активности народных заседателей в рассмотрении уголовных дел

Активное участие народных заседателей в рассмотрении уголовных дел служило важной гарантией полного, всестороннего и объективного выяснения обстоятельств судебных дел и принятия по ним законных, обоснованных и справедливых решений, охраны прав и законных интересов граждан и организаций, выявления и устранения причин, порождающих правонарушения, способствовало расширению гласности, повышению авторитета суда и воспитательного воздействия судебных процессов (постановление Пленума Верховного Суда СССР от 3 апреля 1987 г. № 1 «О соблюдении законодательства, регламентирующего участие народных заседателей в осуществлении правосудия»1).

Однако с первых лет существования в советском государстве суда, представлявшего собой единую коллегию профессионального судьи и очередных сменяемых народных заседателей, выявился его недостаток в виде несамостоятельности, недостаточной активности, конформности непрофессиональных судей внутри самой коллегии[1] [2], из-за чего их порой называли «судебными статистами»[3] и «кивалами»: «Как часто мы встречаем заседателей, которые говорят, что мы решаем так, как нам судья скажет»; «тем заседателям, которые всецело полагаются при разрешении дел на волю председательствующего и говорят ему: “Как вы, так и мы, вам лучше знать”, — не место в суде»[4]. Процессуально равноправные, в действительности заседатели всегда играли второстепенную по сравнению с профессиональным судьей роль, о чем свидетельствовало, например, незначительное число особых мнений[5]. В обществе укоренилось мнение о том, что вся ответственность за постановленный приговор лежала па профессиональном судье. Этот недостаток сохранялся все время существования института народных заседателей, что отмечалось не только в процессуальной литературе, но и в постановлениях Пленума Верховного Суда СССР[6].

Причина подчинения воли заседателей мнению профессионального судьи — глубинная, обусловленная структурой единой судейской коллегии, в которой народные заседатели невольно уступают авторитету судьи, доверяя его знаниям и опыту. II. В. Радутная писала: «Естественно, что в условиях единой коллегии, совместно разрешающей правовые и процессуальные вопросы, мнение судьи-специалиста будет неизбежно оказывать влияние на профессиональных судей. Знание права, чувство законности, осознание ответственности и судейский опыт не могут не способствовать особой авторитетности мнения судьи»[7]. И. Л. Петрухин считал, что главна я причина недостаточной активности непрофессиональных судей - меньший объем знаний и навыков — «никогда не позволит народному заседателю встать вровень с судьей»1. Такой вывод, по его мнению, вытекал из психологии малых групп, где есть свой лидер, отличительной особенностью которого является владение гораздо большим объемом информации, необходимой для разрешения проблемы (в суде с участием народных заседателей таким лидером являлся профессиональный судья)[8] [9].

Для преодоления этой особенности единой коллегии, обеспечения свободы внутреннего убеждения заседателей закон устанавливал ряд мер, направленных на активизацию участия народных заседателей в судебном разбирательстве и обеспечение их независимости от мнения профессионального судьи как процессуального, так и организационного характера. К первой группе следует отнести положения о численном большинстве заседателей в составе коллегии; недопустимости отведения председательствующим судьей ни одного вопроса заседателя, принятии решений в судебном заседании судьей и народными заседателями простым большинством голосов, причем председательствующий голосовал последним, наделении народных заседателей правом особого мнения. Ко второй - выборность и сменяемость (очередность) народных заседателей, возможность досрочного прекращения их полномочий только вследствие отзыва избирателями, некоторые социальные и трудовые гарантии и др.

Однако этих мер было недостаточно. В разное время высказывались предложения, направленные на повышение активности и самостоятельности народных заседателей, одни из которых были реализованы, другие - нет:

1) ознакомление народных заседателей с основами права в разных организационных формах — на специальных собраниях[10], занятиях[11] по специально разработанным программам и конспектам с контрольными вопросами и списками рекомендованной литературы1, лекциях народных университетов правовых знаний Всесоюзного общества «Знание»[12] [13], юридических кружках[14], путем вручения им специальной литературы (справочника-памятки, брошюр), разъяснения профессиональным судьей правовых вопросов (квалификацию преступления, смягчающие и отягчающие обстоятельства, меру наказания, предусмотренную санкцией материального закона) перед началом судебного разбирательства с тем, чтобы достаточная информированность их в вопросах правового характера позволяла преодолеть «вялость» процессов и обеспечить независимость заседателей в совещательной комнате в условиях единой судейской коллегии[15]. На необходимость улучшения работы по повышению правовых знаний народных заседателей неоднократно обращал внимание Пленум Верховного Суда СССР[16]. Неоднократно высказывались предложения об установлении минимума правовых знаний, которыми должны были овладевать заседатели[17], о разработке единой программы для учебы народных заседателей на краткосрочных курсах[18].

Для реализации данного предложения Юридическим издательством НКЮ СССР был осуществлен выпуск «Библиотеки народного судьи и народного заседателя», состоявшей из серии выпусков по отдельным вопросам различных отраслей права и организации народного суда, призванной «в значительной мере восполнить пробел в популярной юридической литературе для органов юстиции и оказать существенную помощь народному судье и народному заседателю в его практической работе»[19]. Регулярно публиковались иные издания для народных заседателей: «В помощь народному заседателю»1, «Руководство для народных заседателей...»[20] [21], «Пособие для народных заседателей» (М. : Госюриздат, 1949, 1950, 1955, 1963), «Настольная книга народного заседателя»[22], «Беседы с народными заседателями»[23], «Книга народного заседателя»[24], статьи в периодических изданиях (серии «В помощь народных заседателям»[25], «В помощь впервые избранным народным заседателям»[26] и «Беседы с народными заседателями»[27]) и др., цель которых заключалась в ознакомлении заседателей с их полномочиями, с основами судоустройства и судопроизводства в СССР;

2) ознакомление народных заседателей с их правами и обязанностями, в том числе на собраниях народных заседателей[28], а также получение подписки, что их обязанности и права им разъяснены, и они обязуются решать дела по своему убеждению, по своей совести, подчиняясь только закону и независимо от каких-либо посторонних влияний[29] [30] либо введение в качестве процессуального документа специального бланка с перечнем прав и обязанностей заседателей, под которым они должны расписываться перед началом процесса11;

В законе данные предложения закреплены не были, однако Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 3 апреля 1987 г. № 1 «О соблюдении законодательства, регламентирующего участие народных заседателей в осуществлении правосудия» (и. 12) обратил внимание судей на необходимость разъяснения впервые избранным народным заседателям целей и задач правосудия, его демократических принципов, специфики исполнения заседателями своих обязанностей, принадлежащие им права, требования, предъявляемые к судьям (п. 8 и 12);

3) ознакомление народных заседателей с материалами дел, которые им предстояло рассматривать в судебном заседании1.

Заметим, что ознакомление народных заседателей с материалами уголовного дела и с законодательством признавалось необходимым для обеспечения их активности с первых лет советской власти: «судья сразу должен поставить заседателя на верную дорогу, познакомить его с делом, его правами и обязанностями... Ведь если народный заседатель заранее не ознакомится с делом, он не сможет быть помощником судьи в его работе, он не может сам разобраться в деле и будет действовать так, как ему подскажет судья, который ранее ознакомился с делом и у которого по делу могло сложиться совершенно иное мнение, чем у нарзаседателя, принесшего в суд настроения и наболевшие вопросы трудящихся масс рабочих или крестьян. Каждый судья обязательно до начала слушания дела (утром или накануне вечером) должен познакомить народного заседателя с делами, назначенными к слушанию, обсудить непонятные для заседателя вопросы, познакомить его с теми законами, которые могут иметь отношение к разбираемым делам. Только таким путем судья может вызвать интерес и участие народного заседателя в работе суда»[31] [32].

На необходимость изучения народными заседателями материалов уголовных дел, которые им предстояло рассматривать, обращалось внимание и позднее[33]. Высказывались предложения об установлении в УПК сроков, которые давали бы полную возможность народным заседателям изучить материалы предварительного следствия до начала распорядительного заседания[34], а также до начала судебного разбирательства, даже в том случае, если они участвовали в распорядительном заседании по уголовному делу[35].

В этом заключалось одно из отличий народных заседателей от присяжных: последние, напротив, не должны ничего заранее знать о деле, в рассмотрении которого они участвуют;

4) установление правила о том, что народные заседатели, участвовавшие в распорядительном заседании при решении вопроса о предании суду, не могли участвовать в составе суда, рассматривавшего это же дело по существу в судебном заседании1.

Данное предложение не было принято. Однако следует признать, что в целом вопрос о том, оказывают ли негативное влияние на беспристрастность судьи ранее вынесенные им по делу решения, остается дискуссионным и в наши дни.

Ярким примером является вопрос о допустимости участия в рассмотрении дела по существу, а также в вышестоящих судах судьи, осуществлявшего судебный контроль за действиями и решениями органов предварительного расследования в досудебном производстве.

В 1992 г. такой запрет был установлен для судьи, проверявшего на стадии предварительного расследования законность и обоснованность ареста или продления срока содержания под стражей (ч. 1 ст. 60 УПК 1960 г. в ред. от 23.05.1992[36] [37]), а в 2001 г. — для судьи, принимавшего решение о применении к подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу либо продлении срока содержания обвиняемого под стражей, а равно проверявшего законность и обоснованность применения в отношении подозреваемого или обвиняемого задержания, заключения под стражу, а также продления срока его содержания под стражей (ч. 2 ст. 63 УПК РФ). По справедливому замечанию И. Б. Михайловской, «вряд ли даже на уровне здравого смысла можно предположить, что, лишая лицо свободы либо ограничивая иным образом его конституционные права, судья сохраняет свою внутреннюю свободу и беспристрастность, не оказывается под влиянием им же самим принятого решения»[38].

Однако Конституционный Суд РФ занял иную правовую позицию, указав, что «принятие судьей решения по результатам проверки законности и обоснованности ареста само по себе не является свидетельством возникновения у него предвзятого подхода к разрешению уголовного дела в целом. Фактическую основу для такой судебной проверки составляют материалы, подтверждающие лишь законность и обоснованность применения указанной меры пресечения, но никак не виновность лица в совершении инкриминируемого ему преступления, в связи с чем принятым по результатам проверки решением не предопределяются выводы суда о виновности подсудимого и его наказании»1. Поэтому в 2002 г. рассматриваемая норма была исключена[39] [40];

5) ознакомление народных заседателей с определениями вышестоящих судов в случае отмены или изменения приговора, что «повысило бы чувство ответственности народных заседателей и явилось для них хорошей школой приобретения необходимого опыта и навыков»[41].

Данное предложение нашло закрепление в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 3 апреля 1987 г. № 1 «О соблюдении законодательства, регламентирующего участие народных заседателей в осуществлении правосудия»[1], в котором судам, постановившим решение (приговор), определение, предлагалось сообщать народным заседателям об отмене либо изменении судебных решений, постановленных с их участием (п. 12);

6) установление дополнительных требований к народным заседателям.

Чаще всего предлагалось установить для народных заседателей требование наличия определенного уровня образования.

Например, в первые годы советской власти Народный комиссариат юстиции РСФСР рекомендовал избирать в народные заседатели по преимуществу грамотных, так как «большое количество дел, проходящих в нарсудах,... требует ознакомления со стороны всего состава суда с производством по делу и с имеющимися в нем документами и пр. Неграмотный же народный заседатель не имеет возможности сам непосредственно рассмотреть эти материалы, что крайне затрудняет его работу и может весьма неблагоприятно отразиться на правильности разрешаемых им вопросов»[43].

Для участия в судебных заседаниях губернского суда призывались народные заседатели по особому списку из граждан, имевших не менее двухгодового стажа работы в общественных и профессиональных организациях. Это дополнительное требование объяснялось «характером (большею сложностью и большей серьезностью)» дел, рассматриваемых в губернских (областных, краевых и окружных) судах[44].

В более поздние годы предлагалось ввести требование к народным заседателям в виде определенного уровня образования (не ниже 8 классов)[45].

Кроме того, высказывались предложения о разработке социальной характеристики личности народного заседателя, которая учитывала бы определенные профессиональные, психологические, этические критерии подбора народных заседателей с тем, чтобы очередными судьями избирались лучшие представители трудящихся, способные с полной ответственностью отнестись к выполнению своего общественного долга1;

7) введение присяги народных заседателей[46] [47].

В целом институту народных заседателей не был присущ такой элемент как принесение ими присяги, однако из этого правила существовали два исключения: а) с 1922 по 1926 г. по прибытии в суд избранные народные заседатели давали обещание судить по совести (ст. 16 Положения о судоустройстве 1922 г.); б) в 1989 г. была введена присяга народных заседателей[48]. В отличие от присяжных заседателей, народные заседатели (впервые избранные) приводились к присяге не в ходе судебного разбирательства, а перед избравшим их коллективом либо в присутствии народных депутатов соответствующего Совета. Представляется, что дача обещания или принесение присяги в указанные периоды являлось необходимым условием приобретения полномочий народного заседателя (хотя в отношении народных заседателей закон не содержал положений, аналогичных п. 5 ст. 11 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации»[49], о том, что судья считается вступившим в должность с момента принесения им присяги, а при вступлении в должность судьи лица, ранее приносившего присягу, — со дня его назначения (избрания) па должность судьи), а участие в составе суда народного заседателя, которые не дал обещания или не принес присягу приводило к незаконному составу суда[50];

  • 8) более последовательное обеспечение принципа сменяемости народных заседателей: несмотря на то, что народные заседатели избирались на достаточно короткий срок, не существовало ограничений на повторное переизбрание одного и того же лица, поэтому многие из них выполняли свои обязанности в течение 15—20 лет[51]; на практике допускались разнообразные нарушения призыва народных заседателей к осуществлению правосудия в порядке, установленном законом1. Постоянное участие одних и тех же граждан в осуществлении правосудия особенно усугубилось в 90-е гг. прошлого века, что стало одной из причин отказа от института народных заседателей;
  • 9) более частое участие общественных обвинителей и общественных защитников.

В. Самсонов полагал, что «институт общественной защиты и обвинения может многое сделать для поднятия активности нарзаседателя, ибо нарза- седатель в таковом будет видеть лиц, пришедших от производства для участия в процессе, показывающих, что вопросы права не могут быть уделом лишь немногих»[52] [53]. Такое же мнение высказывал и Н. Лаговиер[54].

Однако участие в конкретном деле общественных обвинителей и (или) общественных защитников не устанавливалось законом императивно, а было обусловлено очень многими факторами: в большинстве случаев участие представителей общественности зависело не от решения государственных органов и должностных лиц (по решению прокурора общественные обвинители поддерживали обвинение лишь непродолжительное время в 20—30-е годы прошлого века), а осуществлялось по инициативе либо самих граждан (в первые годы советской власти), либо трудовых коллективов, общественных организаций и иных коллективных образований, наделенных правом выдвигать из своих рядов общественного обвинителя или общественного защитника;

10) поручение народным заседателям руководство допросом отдельных подсудимых или свидетелей[55] или первоначальным допросом отдельных лиц[56].

В Циркулярном письме Московского губернского суда 1926 г. всем народным судам города Москвы и губернии предписывалось «в целях привлечения нарзаседателей к более активному участию в процессе до начала процесса распределить ведение процесса между составом суда с тем, чтобы заседателю поручалось (когда это возможно) доложить дело, или допросить отдельных свидетелей, выяснить вопрос о размерах иска, отдельные моменты из показаний обвиняемого или свидетелей и т.д.» с тем, чтобы было изжито, распространенное представление о том, что судит судья, а не суд[57].

Реализация этого предложения была ограничена положением ст. 286 УПК 1923 г. о том, что по общему правилу первыми свидетеля допрашивали стороны, хотя председатель и члены суда могли задавать вопросы свидетелю как до, так и по окончании его допроса сторонами.

В период действия УПК I960 г. некоторые судьи поручали народным заседателям проводить допросы свидетелей, потерпевших в ходе судебного разбирательства1;

11) установление правила о том, чтобы первым при обсуждении вопросов в совещательной комнате высказывал свое мнение младший по возрасту либо трудовому стажу народный заседатель[58] [59].

Заметим, что схожее правило имелось в параграфе 93 УПК ГДР: при постановлении приговора более молодые судьи голосуют перед старшими, заседатели — перед профессиональными судьями, председатель — последним[60];

  • 12) поручение народным заседателям составлять отдельные части приговора «особенно по большим и сложным делам»[41] либо полный текст приговора[59]. Реализация данного предложения представляется весьма затруднительной ввиду отсутствия у народных заседателей навыков составления правовых документов;
  • 13) ведение председательствующим в совещательной комнате протокола, в который должны были заноситься устно заявленные особые мнения[9]. Реализация данного предложения безусловно повлекла бы необоснованное увеличение процессуальных сроков.

Несмотря на определенную конформность народных заседателей, эта особенность единой судейской коллегии вовсе не поглощала ее достоинства. Недаром в течение очень длительного времени (при очевидности этого недостатка) не ставилось под сомнение то, что суд должен быть коллегиальным и содержать в своем составе (при рассмотрении дел по первой инстанции) народных заседателей.

Помимо указанных направлений совершенствования института народных заседателей в периоды изменения общественных отношений и принятия нового законодательства (первые годы советской власти, процессуальная реформа 1950—1960-х гг., конец 80-х — начало 90-х гг. прошлого века) шла дискуссия о реорганизации суда с участием народных заседателей (увеличение их числа в составе коллегии, разделение функций профессионального судьи и заседателей, полный отказ от постоянных судей, введение их в состав суда кассационной инстанции).

  • [1] Бюллетень Верховного Суда СССР. 1987. № 3. С. 4—8.
  • [2] Демократические основы советского социалистического правосудия. С. 18; Петрухин И. Л. Правосудие: время реформ. М.: Наука, 1991. С. 174.
  • [3] См.: Кельман Е. Тайна совещательной комнаты не нужна. К вопросу о реконструкциисудебного процесса // Советская юстиция. 1930. № 29. С. 12—20.
  • [4] Народный суд и народные заседатели // Еженедельник советской юстиции. 1923.№ 47. С. 1089.
  • [5] См., напр.: Лаговиер II. Право судьи на особое мнение // Советская юстиция. 1936.№ 32. С. 7.
  • [6] В постановлении Пленума Верховного Суда СССР 18 марта 1963 г. № 2 «О строгом соблюдении законов при рассмотрении судами уголовных дел» обращалось вниманиена то, что «при рассмотрении дел не всегда соблюдается требуемая законом коллегиальность.Вопреки ст. 9 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, предусматривающей равные права народных заседателей и председательствующего по делу, недостаточно учитывается мнение народных заседателей по вопросам, возникающим в процессерассмотрения дела, а иногда и при постановлении приговора» // Советская юстиция. 1963.№ 9. С. 26-28.
  • [7] Радутная II. Судьи-профессионалы и народные заседатели. С. 16.
  • [8] Петрухин И. Л. Правосудие: время реформ. С. 173.
  • [9] Петрухин И. Л. Непрофессиональные судьи в СССР. С. 17.
  • [10] Коблов Г. Подготовка народных заседателей к рассмотрению уголовных дел // Советская юстиция. 1969. № 9. С. 12—13; Народный суд и народные заседатели. С. 1089; Радут-ная II. Народные заседатели областных (краевых) судов // Советская юстиция. 1969. № 21.С. 9—10; Собрание заседателей губсуда // Еженедельник советской юстиции. 1923. № 6.С. 136.
  • [11] Волков П. Как вести работу с народными заседателями. С. 890; Проходящее С. Каквести работу с народными заседателями // Еженедельник советской юстиции. 1929. № 38.С. 892; С. М. Договоры социалистического соревнования // Еженедельник советской юстиции. 1929. № 38. С. 897; Народный судья и народные заседатели // Советская юстиция. 1970.№ 13. С. 1 и др. Например, в 1920-х гг. в Сокольническом районе Москвы для проведения с народнымизаседателями регулярных занятий по различным отраслям права были устроены восемь базпри крупных фабрично-заводских предприятиях района (Московско-Казанская, Севернаяи Октябрьская железная дорога, Вагоноремонтный завод «СВАРЗ», Русаковский Трампарк,фабрика «Большевичка», Северная железная дорога, завод «Богатырь», завод «Буревестник», Дроболитейный завод). Всего за 1926 г. с народными заседателями была проработана41 тема но вопросам правового характера, что «дало весьма благоприятные результаты,о чем можно судить по поднявшейся активности народных заседателей при рассмотренииотдельных дел». См.: Работа Сокольнического совета Р., К. и Кр. Д. за время с 1 октября1925 по 1 октября 1926 г. М.: Издание Президиума Сокольнического Совета, 1927. С. 77.
  • [12] Программы и конспекты занятой с иарзаседателями // Пролетарский суд. 1926.№ 15—16. С. 19—23; № 19—20. С. 23 и сл.; № 23—24. С. 32. См. также: Постановление Президиума Верховного Суда РСФСР от 23—25 сентября 1935 г. «Об итогах перевыборов нарза-седателей 1935 г. и о работе нарзаседателей в суде» // Советская юстиция. 1935. № 32. С. 22. С 1 января 1940 г. занятия с народными заседателями должны были проводитьсяв соответствии с разработанной НКЮ СССР программой-конспектом при каждом судебном участке, как правило, народными судьями. См.: Приказ НКЮ СССР от 11 декабря1939 г. № 125 «Об организации занятий с народными заседателями» // Сборник приказови инструкций Народного комиссариата юстиции Союза ССР. М.: Юрид. изд-во НКЮ СССР,1940. Вып. 1. С. 131-132.
  • [13] Улучшить пропаганду юридических знаний // Социалистическая законность. 1957.№ 2. С. 71; В Башкирской организации обществе «Знание» // Социалистическая законность.1971. № 8. С. 61; Высший судебный орган СССР / под ред. Л. Н. Смирнова. М.: Юрид. лит.,1984. С. 145-146.
  • [14] Сайгин. Как нужно вести работу с иарзаседателями в юридических кружках // Еженедельник советской юстиции. 1929. № 34. С. 795—796.
  • [15] Законность и обоснованность приговоров // Советская юстиция. 1968. № 14. С. 1;Николаев В. Судебное разбирательство уголовного дела // Советская юстиция. 1961. № 5.С. 20; Радушная Н. В. Судьи-профессионалы и народные заседатели. С. 16.
  • [16] Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 14 мая 1962 г. № 7 «О задачахпо устранению недостатков и дальнейшему улучшению деятельности судов по борьбе с преступностью». Пункт 6 // Советская юстиция. 1962. № 13. С. 29—30.
  • [17] Островский А. К перевыборам народных заседателей // Еженедельник советскойюстиции. 1928. № 40—41. С. 1071; Радушная Н. В. Судьи-профессионалы и народные заседатели. С. 16 и др.
  • [18] ' Пронякин А. Активность народных заседателей в рассмотрении уголовных дел //Советская юстиция. 1986. № 10. С. 21.
  • [19] Арсеньев Б. Я. Судебное заседание по уголовным делам / под ред. И. Т. Голякова. М.:Юрид. изд-во НКЮ СССР, 1939. С. 3.
  • [20] Волъфсон Ф. И., Сегал Г. М. В помощь народному заседателю. М., 1926.
  • [21] Волъфсон Ф. И., Сегал Г. М. Руководство для народных заседателей. М., 1926; Руководство для народных заседателей, общественных обвинителей и юридических кружков. Пособиедля членов административно-правовых секций Советов, работников низового советского аппарата, женделегаток и пр. / под общ. ред. Ф. В. Шумятского. М. : Юрид. изд-во НКЮ СССР,1929. 184 с.
  • [22] Анашкин Г. 3., Горкин А. Ф., Панюгин В. Е. Настольная книга народного заседателя.Пособие для слушателей. М.: Знание, 1974. 224 с.
  • [23] Савицкий В. М. Что такое уголовный процесс (беседы с народными заседателями) /под ред. В. И. Теребилова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Знание, 1987. 240 с.
  • [24] э Книга народного заседателя / иод ред. А. А. Здановича. Минск : Беларусь, 1974. 320 с.;2-е изд., перераб. и доп. Минск : Беларусь, 1984. 256 с.
  • [25] Понеделков М. Народные заседатели контролируют исполнение судебных решений //Советская юстиция. 1970. N° 10. С. 13—14; Понеделков М. Приговор суда и убеждение народных заседателей // Социалистическая законность. 1970. № 2. С. 33—34.
  • [26] Понеделков М. Народный заседатель в судебном процессе // Советская юстиция. 1971.№ 6. С. 19—20; Радушная II. Проведение судебного заседания по уголовным делам // Советская юстиция. 1971. № 11. С. 24—26.
  • [27] Участие народных заседателей в судебном рассмотрении дел // Советская юстиция.1958. № 1. С. 54-56.
  • [28] Народный суд и народные заседатели. С. 1089; Сводный отчет о деятельности губернских и областных судов РСФСР за 1-е полугодие 1923 г. (Отчет составлен I Отделом НКЮпо докладам с мест и материалам произведенных НКЮ ревизий) // Еженедельник советскойюстиции. 1923. № 51—52. С. 1181.
  • [29] Строгович М. С. Развитие законодательства о судоустройстве и судопроизводстве //Советская юстиция. 1961. № 22. С. 4.
  • [30] Это предложение было сформулировано В. И. Майсурадзе на состоявшемся в мае1969 г. в Баку очередного расширенного заседания Бюро но координации научных исследований в области советского уголовного процесса и судоустройства. См.: Бойков А. Д. О новыхнаправлениях советского уголовного процесса // Советское государство и право. 1969. №11.С. 147.
  • [31] Арсеньев Б. Я., Кожевников М. В. Рассмотрение уголовных дел (судебное заседаниеи приговор) / под ред. И. Т. Голякова. 2-е изд. М. : Юрид. изд-во НКЮ СССР, 1944. С. 14;Коблов Г. Подготовка народных заседателей к рассмотрению уголовных дел. С. 12—13; Корнеев. Как проводить работу с нарзаседателями // Еженедельник советской юстиции. 1929.№ 15. С. 334; Проходящее С. Как вести работу с народными заседателями. С. 892.
  • [32] Левшинская Л. Как вести работу с народными заседателями. С. 1057. См. также:Ростовский И. А. О праве народных заседателей знакомиться с материалами предварительного следствия. С. 1064.
  • [33] Например, в постановлениях Пленума Верховного Суда СССР от 5 декабря 1986 г.№ 15 «О дальнейшем укреплении законности при осуществлении правосудия» (п. 10)и от 3 апреля 1987 г. № 1 «О соблюдении законодательства, регламентирующего участиенародных заседателей в осуществлении правосудия» (п. 8) говорилось о том, что в целяхполного осуществления указанных прав и повышения активности народных заседателейв судебном разбирательстве надлежит создавать им условия для заблаговременного изучения материалов дел и соответствующего законодательства.
  • [34] Ефимов М., Митрохин II. Рецензия на книгу Лукашевича Г. 3. «Гарантии прав обвиняемого в стадии предания суду» // Социалистическая законность. 1968. № 9. С. 93; Лукашевич Г. 3. Гарантии нрав обвиняемого в стадии предания суду. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1966.
  • [35] Заровнева Г. С. Проблема повышения социальной активности народных заседателей //Совершенствование правовых мер борьбы с преступностью. Межвузовский тематическийсборник. Владивосток : Изд-во Дальневост. ун-та, 1986. С. 176.
  • [36] Полянский Н. Н. Тезисы доклада на объединенном заседании сектора судебного нраваИнститута права АН СССР и криминалистической секции Московской коллегии адвокатовна тему «Вопросы предания суду в связи с проектом УПК СССР» // Советское государствои право. 1947. № 6. С. 46.
  • [37] Закон РФ от 23 мая 1992 г. № 2825-1 «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР» // Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. № 25. Ст. 1389.
  • [38] Михайловская И. Б. Суды и судьи: независимость и управляемость. М. : Проспект,2010. С. 105. 128 с.
  • [39] Определение Конституционного Суда РФ от 13 июня 2002 г. № 171-0 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Соловьева Михаила Викторовича на нарушениеего конституционных прав пунктами «а», «в» части второй статьи 127 УК Российской Федерации, частью первой статьи 60 и статьей 223 УПК РСФСР // СПС «КонсультантПлюс».
  • [40] См.: Федеральный закон от 29 мая 2002 г. № 58-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» // СЗ РФ. 2002. № 22.Ст. 2027.
  • [41] Похмелкин В. О путях повышения активности народных заседателей. С. 13.
  • [42] Бюллетень Верховного Суда СССР. 1987. № 3. С. 4—8.
  • [43] Циркуляр № 216 от 8 декабря 1926 г. «О перевыборах народных судей и народныхзаседателей на 1927 год» // Еженедельник советской юстиции. 1926. № 50. С. 1412—1413.
  • [44] Андреев МБахров Г., Лозинский С. Уголовный процесс РСФСР / под рсд.А. Я. Эстрина. Л.: Рабочий суд, 1927. С. 29.
  • [45] Радушная II. Народные заседатели областных (краевых) судов. С. 9.
  • [46] Гравина Л. Институт народных заседателей и повышение эффективности правосудия // Советская юстиция. 1987. № 17. С. 7.
  • [47] Похмелкин В. О путях повышения активности народных заседателей. С. 12; Раху-нов Р. Д. Независимость судей в советском уголовном процессе (Правовые вопросы). М. :Всесоюз. ин-т но изучению причин и разработке мер предупреждения преступности, 1972.С. 130-136.
  • [48] Закон о статусе судей 1989 г. (ст. 11); Постановление Верховного Совета СССРот 2 ноября 1989 г. «О присяге судей и народных заседателей судов Союза ССР» // Ведомости СНД СССР. 1989. № 22. Ст. 420.
  • [49] Закон РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации»(ред. от 3 июля 2016 г.) // СПС «КонсультантПлюс».
  • [50] э В судебной практике имеется заявление лица, осужденного в 1997 г. к смертной казни(Указом Президента РФ о помиловании наказание заменено на пожизненное лишениесвободы), о признании неисполненной народными заседателями обязанности по принесению присяги, что, по его мнению, повлекло постановление в 1997 г. обвинительного приговора незаконным составом суда (Апелляционное определение Красноярского краевогосуда от 12 января 2015 г. № 33-129/2015, А-63 //СПС «КонсультантПлюс»). Заявителюбыло отказано в принятии заявления к рассмотрению (оно было подано в ненадлежащемпорядке), однако поставленный вопрос сам но себе представляется нс лишенным оснований.
  • [51] Рахунов Р. Д. О юридических гарантиях независимости судей в советском уголовномпроцессе // Советское государство и право. 1968. № 4. С. 56.
  • [52] Смирнов Л. Больное место в практике нарсудов // Еженедельник советской юстиции.1923. №46. С. 1067.
  • [53] Самсонов В. За институт общественной защиты и обвинения // Еженедельник советской юстиции. 1929. № 39. С. 911.
  • [54] Лаговиер Н. Об обязательности участия обвинителя в уголовном процессе // Еженедельник советской юстиции. 1923. № 6. С. 123.
  • [55] Похмелкин В. О путях повышения активности народных заседателей. С. 12.
  • [56] э Радушная Н. Народные заседатели областных (краевых) судов. С. 10.
  • [57] Пролетарский суд. 1926. № 6—7. С. 19.
  • [58] Понеделков М. Взаимоотношения председательствующего с народными заседателямив уголовном процессе. С. 17.
  • [59] Пронякин А. Активность народных заседателей в рассмотрении уголовных дел. С. 22.
  • [60] Гробовенко Я. В. Уголовно-процессуальный кодекс Германской ДемократическойРеспублики // Советское государство и право. 1954. № 3. С. 117.
  • [61] Похмелкин В. О путях повышения активности народных заседателей. С. 13.
  • [62] Пронякин А. Активность народных заседателей в рассмотрении уголовных дел. С. 22.
  • [63] Петрухин И. Л. Непрофессиональные судьи в СССР. С. 17.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >