Геополитика и политическая география России

Важной составляющей частью политической географии является геополитика. В. А. Колосов определяет ее как научное направление, изучающее зависимость внешней политики государств и международных отношений от системы политических, экономических, экологических, военно-стратегических и иных взаимосвязей, обусловленных географическим положением страны и другими физико- и экономико-географическими факторами.

Еще конкретнее о роли окружающей природной среды в вопросах геополитики высказывался немецкий ученый Ф. Ратцель, считавший, что государство — это своего рода живое существо, и его жизнь также определяется окружающей средой, как и жизнь живых организмов. Данной идеей он не ограничивался, и полагал вполне оправданной мировую экспансию Германии, «как молодого и сильного организма». Перед Второй мировой войной в работах ряда зарубежных авторов сформировались такие понятия, как «жизненное пространство», «сфера влияния», «страна сателлит» и др., с помощью которых оправдывались территориальные захваты. Как отмечает В. П. Максаковский, все перечисленное в значительной степени скомпрометировало в общественном сознании сам термин «геополитика», и особенно в СССР.

В настоящее время изучение геополитических проблем в основном опирается на новые принципы, в том числе не упоминается концепция мировой классовой борьбы. Но иногда слышатся и старые, «довоенные» мотивы, в новой редакции употребляются знакомые термины («сфера жизненных интересов США», «непреложные ценности западной цивилизации», «восточная угроза» и др.).

Решение многих геополитических задач строится на долгосрочном прогнозировании глобального общественного развития. Научно обоснованные прогнозы помогают предвидеть ход мировых событий и оптимизировать вопросы государственного управления. В основе выполняемого при этом стратегического анализа общественных процессов лежит выявление мегатенденций и трендов, которые предположительно формируют проектируемое будущее.

Комплексные долговременные прогнозы с перспективой на начало XXI в. были представлены в известных трудах Дж. Нэс- битта и П. Эбурдин, а позднее в проектах Т. Гордон, Дж. Дьюар, Дж. Дэвис и др.

В частности, указываются следующие мегатенденции, сгруппированные по направлениям:

  • 1) мегатенденции постиндустриального развития:
    • • от индустриального общества — к информационному;
    • • от форсированного технологического развития — к передовым технологиям;
    • • от национальных экономик — к мировой экономике;
  • 2) управленческие мегатенденции:
    • • от централизации — к децентрализации и от институциональной помощи — к своим силам;
    • • от представительной демократии — к демократии соучастия; от иерархических структур — к сетевым структурам;
    • • от узкого выбора из двух возможностей (либо-либо) — к множественному выбору;
    • • от краткосрочных тенденций — к долгосрочным;
    • • приватизация государственного благосостояния;
  • 3) мегатенденции глобализации:
    • • от безусловного примата Севера — к выравниванию Юга; рост влияния государств Азиатско-Тихоокеанского региона;
    • • развитие социализма со свободными рыночными отношениями;
    • • глобальный стиль жизни и культурно-языковой национализм;
    • • расширение вероятности конфликтов и повышения возможности их урегулирования;
  • 4) мегатенденции развития личности, социума, духовности:
    • • возрастание роли личности во всех сферах общественной жизни, принципа индивидуальной ответственности;
    • • широкий приход женщин на руководящие посты;
    • • религиозное возрождение;
    • • ренессанс искусств.

В свою очередь, известный норвежский ученый Йохан Гальтунг указывает па следующие 10 основных трендов (тенденций), ответственных за изменение мира в XXI в.:

  • 1) глобальные тенденции:
    • • закат и падение империи США;
    • • закат Запада;
    • • ослабление государств и усиление регионов;
    • • подъем ряда развивающихся стран;
    • • рост КНР;
  • 2) социальные тенденции:
    • • укрепление наций;
    • • укрепление гражданского общества;
    • • рост активности молодежи;
    • • повышение роли женщин;
    • • усугубление неравенства и мятежи.

В Российской Федерации разработана Стратегия развития «Россия 2020»[1], проводятся исследования в национальных аналитических центрах С. А. Караганова, А. А. Дынкина. За рубежом проблема изучается такими выдающимися прогнозистами, как 36. Бжезинский, Дж. Фридман и др.

Известный отечественный политолог профессор Ю. В. Ирхин определяет предстоящую фазу развития человечества как «глобально-космический полдень XXI века». При этом им разработан проект глобального развития на период 2012—2024 гг., в котором описаны следующие мегатенденции.

  • 1. Перенос богатства и влияния с Запада на Восток (и Россию), возрастание роли восточных политик, культур, религий, экономик, цивилизаций, народов.
  • 2. Перестройка мирового управления в цивилизационно-сопряженной картине мира.
  • 3. Всемирное «электронное правительство» и новая глобальная реинтеграция.
  • 4. Отставание международных институтов от быстрых перемен.
  • 5. Возможные глобальные финансовые кризисы в связи с новыми этапами НТР, увеличением числа людей пенсионного возраста, снижением производительности труда, покупательной способности и неэффективным управлением.
  • 6. Увеличение численности явных и латентных субъектов и кластеров противоречивого глобального развития.
  • 7. Формирование транснациональных информационно-сетевых миров при доминантной роли мировых элит.
  • 8. Всемирная тенденция к формальным демократическим структурам, управляемая демократия в крупных странах, повышение роли государства.
  • 9. Замедляющаяся демократизация и усиление корпоративных структур.
  • 10. Повышение роли низовых самоуправляющихся организаций.
  • 11. Средний класс — рост в Азии и «стабилизация» на Западе при увеличении бедности.
  • 12. Взлет пропаганды, новых глобальных информационных средств и «конец идеологии».
  • 13. Фабрики мысли как факторы мировой политики.
  • 14. Увеличение присутствия женщин и молодежи в ключевых сферах.
  • 15. Рост миграции и «цветного» населения.
  • 16. Растущий конфликтный потенциал, повышение роли иррегулярных сил в региональных и локальных конфликтах, вспышки сепаратизма и терроризма.
  • 17. Новые движения и войны за ресурсы, включая космос.
  • 18. Борьба за лидерство в освоении возможностей VI технологического уклада.
  • 19. Новые возможности человека в связи с использованием нано- и биотехнологий.
  • 20. Социокультурный национализм на фоне глобализации и деглобализационные тренды.
  • 21. Технологии, знания и управление как факторы, меняющие правила глобальной игры.
  • 22. Рост продолжительности жизни.
  • 23. Широкое освоение ближнего космоса.
  • 24. Восстановление Россией статуса в ареале евразийской цивилизации.
  • 25. Стремление этносов к повышению государственного и международного статуса.

В современной России наблюдается большой интерес к изучению проблем геополитики. Однако пока нельзя считать официальную геополитику в нашей стране сформировавшейся. Тому есть ряд причин: от процесса становления российской государственности до формирования в стране гражданского общества.

Констатируется положение, что Россия является мостом между Западом и Востоком. Но реально этот мост не работает. По Транссибу проходит всего 1—2% евразийского товарооборота. Мировые коммуникации по-прежнему проложены через Суэцкий канал. Из-за нынешних транспортных тарифов и недостатков государственной политики регионального развития наблюдается разбиение всероссийского рынка на отдельные фрагменты. Некоторые из восточных регионов страны превратились, скорее, в часть рынков соседних государств, а не нашего собственного.

По мнению академика РАН И. Д. Иванова, геополитика вырастает из внутренней политики, базируется на ней, и только потом становится внешней. Поэтому Россию надо позиционировать не как некий «узкогорлый мост», но как соединительную ткань, прорастающую в экономику обеих частей Евразии. Кроме того, предстоит скорректировать сложившийся у нас перекос в направлении европоцентризма в торговле, инвестициях и социальных предпочтениях. Как следует из статистических данных по структуре внешней торговли РФ, преобладающую роль в отечественных внешнеэкономических связях по-прежнему играют европейские страны.

Данные о торговом обмене с отдельными государствами представлены в табл. 1.2 и 1.3[2].

Статистика внешней торговли России в 2013 г.: цифры и ключевые показатели

Таблица 1.2

Торговля со странами СНГ

Страна

Внешнеторговый оборот

Экспорт

Импорт

Динамика к январю — августу 2013 г., %

Азербайджан

2000,4

1697,1

303,1

+ 18,5

Армения

707,4

538,5

168,8

+ 10,3

Белоруссия

25 628,1

17 410,6

8217,5

-16,8

Казахстан

15 490,2

9921,4

5568,9

+ 15,8

Киргизия

1142,0

1008,0

134,0

+30,4

Молдова

1272,4

1012,7

259,8

-11,3

Таджикистан

483,4

442,4

41,0

+3,4

Узбекистан

2438,8

1402,0

1036,8

-0,7

У краина

29 577,0

17 639,5

11 937,5

-16,8

Примечание. Украина не ратифицировала соглашение о создании СНГ, однако ее обычно рассматривают именно в группе этих стран.

Таблица 13

Торговля со странами Дальнего зарубежья

Страна

Внешнеторговый оборот

Экспорт

Импорт

Динамика к январю — августу 2013,

%

Китай

57 614,0

24 225,9

33 388,2

-0,6

Нидерланды

55 647,2

51 744,0

3903,3

-9,3

Германия

48 175,6

23 685,1

3903,3

-9,3

Италия

27 859,3

19 477,0

8382,4

+26,2

Япония

20 149,6

9448,2

10 701,3

+5,1

Турция

22 457,4

18 135,6

4321,8

-7,2

Польша

17 973,0

13 295,6

4677,5

-1,7

США

18 917,7

9148,2

9769,5

-7,5

Франция

15 904,5

7033,6

8870,9

-2,2

Южная

Корея

16 175,4

8939,3

7236,1

-1,7

В современном мире страны Западной Европы уже не являются лидерами в производстве. Так, на долю Европейского Союза (ЕС) приходится 20% мирового ВВП, США — 25%, а Азии — 45%. Между тем 55% товарооборота РФ осуществляется именно с ЕС, а на всю Азию отводится всего 22%. Следует учитывать, что кроме Азии к России примыкает и Азиатско-Тихоокеанский регион, чей экономический потенциал составляет уже 57% мирового ВВП, 48% мировой торговли и 40% прямых иностранных инвестиций мира. Не случайно многие европейские компании переводят свою деятельность на рынки Азии и Азиатско-Тихоокеанского региона. Сегодня нужно внимательно отнестись к прогнозу некоторых политологов об образовании в будущем «треугольника» США — КНР — РФ и определить место России в нем.

За прошедшее после «перестройки» время российская экономика фактически распалась на два сектора: внутренний, находившийся в системном кризисе, и экспортноориентированный (в основном сырьевой), который по механизмам воспроизводства обретал анклавные черты и переходил на финансирование за счет зарубежных источников. В результате отечественная экономика, специализирующаяся на экспорте сырьевых товаров в обмен на готовые изделия, приобретала колониальный характер, что вело к неэквивалентному внешнеэкономическому обмену и лишало ее способности к самостоятельному воспроизводству и развитию. Это отражается в показателях доли сырьевых товаров в экспорте, которые существенно превышают предельное критическое значение, оцениваемое в 40%. Высокая доля экспорта энергоносителей относительно объема их производства, равная 2/3, указывает на происходившую деградацию обрабатывающей промышленности. Вследствие этого, а также переориентации на иностранную технологическую базу и высокого уровня импорта потребительских товаров, российская экономика оказалась в жестких тисках внешней зависимости, которые определяли ее эволюцию в соответствии с потребностями внешнего рынка, а не внутреннего развития.

В табл. 1.4 представлены некоторые показатели российской экономики относительно уровня развитых стран, который принимается в качестве стартового (предельно-критического). В анализе также отражается потребление природных энергоресурсов и расходы на экологию[3].

Сравнительные оценки российской экономики

Таблица 1.4

Показатель

Предельное критическое значение

Фактическое состояние, 2010 г.

Фактическое значение к предельно критическому

Доля инновационно-активных предприятий (%)

40

9,3

В 4,3 раза меньше

Доля продукции обрабатывающей промышленности в экспорте (%)

50

23

В 2,17 раза меньше

Отгруженная инновационная продукция (% ко всей промышленной продукции)

15-20

1,7

В 8,82- 11,76 раза меньше

Доля инноваций (% к ВВП)

3,2

0,9

В 3,6 раза меньше

Доля новых видов продукции в общем объеме машиностроительной продукции (%)

7

2,6

В 3,7 раза меньше

Расходы на научные исследования (% к ВВП)

3

1,5

В 2 раза меньше

Удельные показатели энергопотребления (тонн нефти па тыс. долл. ВВП):

Общие затраты энергоресурсов Затраты электроэнергии Затраты нефти и газа

0,15

1,65

В 11 раз больше

0,02

0,17

В 8,5 раза больше

0,10

1,16

В 11,6 раза больше

Потери полезных ископаемых в процессе добычи (% к общему объему)

3-8

10-65

В 3,3-8,1 раза больше

Среднегодовой темп прироста производительности труда (%)

6

1

В 6 раз ниже

Удельный вес российских высоких наукоемких технологий в мире (%)

12

0,3

В 40 раз меньше

Доля интеллектуальной собственности в стоимости бизнеса (%)

25

10

В 2,5 раза меньше

Доля государственных расходов на экологию (% к ВВП)

5

0,8

В 6,3 раза меньше

Как следует из приведенных табличных данных, по доле инновационно-активных предприятий, проценту новой продукции в общем объеме машиностроительного производства и отношению расходов на научно-исследовательские и онытно-конструк- торские разработки (НИОКР) к ВВП российская экономика пока примерно в три раза уступает уровню развитых стран. Несмотря на имеющиеся внушительные накопления Стабилизационного фонда, хранящегося в США под 3% годовых, и гигантские средства от продажи углеводородов, они неохотно инвестируются в технологическое развитие страны. Участие государства в реализации экологических программ также относительно невелико. Все перечисленное указывает на необходимость структурных макроэкономических перемен и модернизации отечественного хозяйства, учитывающих реальности сегодняшнего времени, а именно, грядущий переход мировых производителей на VI технологический уклад (перспективный) с прогнозируемым бурным развитием науки и техники.

На конференции НП НАЭН «Принятие инвестиционных решений в недропользовании. Оценка рудных месторождений и их активов» советник Президента РФ С. Ю. Глазьев провел анализ нашей внутренней экономической ситуации[4]. Он выделил два прогнозных варианта развития.

Низкие темпы роста ВВП в ближайшие годы (ниже темпов роста мировой экономики) не только резко снизят инвестиционную привлекательность России, но и ограничат возможности государства при выборе направлений экономической политики. Наблюдающиеся темпы роста менее 2% являются критическими.

Оценки показывают, что наибольший потенциал роста имеется в период до 2020 г., когда еще будет возможно использовать «советское наследие». Мы пока движемся по траектории инерционного развития с низкими темпами роста, которое не требует повышения внутреннего спроса на сырье. Известно, что в настоящее время большая часть сырьевых ресурсов экспортируется: 3/4 нефти и нефтепродуктов, 49% газа и до 90% цветных металлов. Если внутренний рынок не дает спроса, то мы оказываемся сильно зависимыми от внешней конъюнктуры, которая подвержена резким колебаниям. Переход на другую траекторию, связанную с полной реализацией наших возможностей, заключенных в производственных мощностях, в наличии сбережений и имеющихся природных ресурсах, требует определенных мер в сфере макроэкономической политики. Если эти меры будут реализованы, то можно рассчитывать на устойчивую траекторию роста с темпом до 7% прироста валового продукта в год. Основную долю прироста должна обеспечить обрабатывающая промышленность. В свою очередь, рост обрабатывающей промышленности создаст спрос на продукцию добывающей промышленности и обеспечит стабилизацию макроэкономических условий для этой отрасли.

Для перехода на траекторию устойчивого роста, необходимо снять ограничения макроэкономической политики. В первую очередь мешает отсутствие долгосрочного кредита. Цена кредита в Центральном банке РФ должна быть не 8%, как сейчас, а около 3%. Тогда все отрасли экономики смогут получить доступ к долгосрочному кредиту. В настоящее время у нас почти весь инвестиционный сектор машиностроения и строительства отрезан от кредитной системы. Ведущие страны мира, напротив, дают экономике гигантские ресурсы на долгосрочной основе. Например, англичане — до 10 лет, американцы — свыше 5 лет, а китайцы — даже до 30 лет.

В периоды финансовой нестабильности увеличивается потребность в золоте. Ожидается, что нижняя точка падения экономической конъюнктуры будет пройдена примерно в 2014—2015 гг., а с 2017 г. начнется устойчивый подъем. Именно золото в этот период станет наиболее важным инструментом сбережений. Центральному банку РФ необходимо наращивать долю золота в валютных резервах и эмитировать деньги не под покупку долларов, а под покупку золота, производимого в стране.

По мере выхода из кризиса Россия войдет в фазу устойчивого роста экономики. Специфика этой фазы заключается в переходе с одного технологического уклада на другой. Как известно, движителями предыдущего пятого технологического уклада (с конца 1970-х гг.) являлись компьютеризация, телекоммуникация и Интернет. Сейчас уже имеется понимание того, что ядро нового, шестого технологического уклада составит комплекс нано-, био-, роботоинформационных технологий, которое растет с темпом 35% в год. Среди высоких гуманитарных технологий возможно создание систем нового природопользования на базе «умной» экономики и практики.

Помимо чисто экономических и технологических требований для модернизации хозяйства и включения в гонку за мировое лидерство важен и такой фактор, как «прозрачность» ведения бизнеса. По данным издания «Коммерсант.™» от 28 декабря 2013 г. Международная неправительственная организация Transparency International опубликовала рейтинг наименее коррумпированных стран. Он ранжирует страны по восприятию степени коррупции в государственном секторе по шкале от 0 (самый высокий уровень коррупции) до 100 (самый низкий уровень). Список возглавили Дания и Новая Зеландия (91 балл у каждой). Третье место с показателем 89 баллов делят Финляндия и Швеция. Далее следуют Норвегия и Сингапур: у них по 86 баллов. Россия оказалась на 127-м месте, набрав 28 баллов — столько же, сколько и год назад.

После развала СССР для Российской Федерации помимо вопросов глобальных отношений большое значение имеет решение политико-географических проблем с бывшими союзными республиками. Изменились границы, а вместе с ними — обеспеченность частью сырьевых ресурсов. Территориальные потери выдвинули задачи функционирования отдельных стратегических объектов в Казахстане, Белоруссии, Армении, Киргизии, Таджикистане, Абхазии и Южной Осетии.

Очевидно, что на последующих этапах международного взаимодействия одним из ключевых станет вопрос о принципах совместного использования областей окружающей природной среды (Арктического шельфа, дна Каспийского моря, района Южно- Курильских островов и т.д.). По оценкам Института нефтегазовой геологии и геофизики им. А. А. Трофимука РАН, потенциальные ресурсы нефти и газа только арктических морей, особенно Баренцева и Карского, суммарно превышают все мировые. Тот, кто будет владеть нефтегазовыми ресурсами Арктики, станет определять энергетическую политику на планете примерно до 2050 гг. У России здесь сложившийся приоритет и его необходимо сохранить.

Известно, что геополитика — прерогатива успешных стран. Имея жизненно важные интересы и в Европе, и в Азии, мы пока находимся в изоляции от интеграционных процессов на Западе и на Востоке. По оптимистическим прогнозам доля нашей страны в мировом ВВП в ближайшие годы может приблизиться к 3%. Но для России уже настало время уделять своим геополитическим интересам постоянное внимание, включая проблемы экополитики, чтобы не утратить ключевых позиций на международной арене на дальнейшую перспективу[5].

По мнению Института мировой безопасности (Вашингтон) остается острым вопрос о легитимности разных сил, действующих в Афганистане. Сейчас эта страна находится под контролем войск НАТО. Что именно международное право должно защищать и оберегать в условиях перехода от одного миропорядка к другому? Безопасность чего международное право должно защищать: государств, правительств, людей, бизнеса, власти? От ответа на эти вопросы зависит не только роль права в современном мире, но и легитимность происходящего, в том числе в Афганистане, включая легитимность методов разрешения региональных конфликтов и приходящих к власти политических группировок. Примеров тому достаточно — Ирак, Ливия, Египет, Сирия и т.д.

Для России перечисленные вопросы первостепенны. Не последнюю роль в их изучении играет политическая география. Сегодня влияние больших государств в нарастающей степени зависит не от их военных возможностей, а от умения строить отношения с малыми и средними странами, от вовлеченности в региональные проблемы. На уровне экспертных оценок отмечается, что нынешний мир — мир доминирования небольших стран, время их триумфа и реванша. Вашингтон осознал данную тенденцию и активно заигрывает с региональными державами, выдавливая другие большие державы из регионов, не входя при этом в прямой конфликт с ними — «перезагрузочный» вариант геополитической конкуренции. Россия также вовлечена в региональные проблемы. Но, в отличие от США, очаги напряженности находятся не за тысячи километров, а непосредственно у границ РФ. Среди многих заинтересованных сторон идет откровенная борьба за влияние на постсоветском пространстве. Это зона политической нестабильности, подогреваемой извне. На России лежит трудная миссия выстраивания добрососедских отношений с Украиной, Молдовой, Грузией и т.д.

Важнейшая политико-географическая тема последнего времени — осуществившееся мирное воссоединение Автономной республики Крым и г. Севастополя, принадлежавших Украине, с Российской Федерацией. Законность вхождения территории Крыма в Российскую Федерацию основана на решении состоявшегося 16 марта 2014 г. референдума жителей Крымского полуострова о вхождении в состав России и Нрава наций на самоопределение, закрепленного в Уставе ООП. Территория Крыма, веками принадлежавшая России, была утрачена ею в результате распада СССР. Теперь она снова вошла в состав Российской Федерации. Российское внешнеполитическое ведомство выступает также за рассмотрение вопроса о переходе Украины к федеративной форме государственного устройства для обеспечения прав и свобод всех ее народов, в том числе русско-говорящего населения восточных областей страны.

В настоящее время формируется новая конфигурация мира. Державы, не участвующие в ее формировании, рискуют оказаться на политической обочине. Важное место в этой мировой конфигурации отводится России.

По мнению известного политического обозревателя Николая Злобина, сейчас, как и раньше, становление новой политической географии напрямую связано с изменяющейся ролью России в мире и ее внутренней эволюцией. В третий раз за последние 100 лет Россия оказывается не только в центре глобального процесса складывания нового миропорядка и новой политическом географии, нс только становится одной из инициирующих этот процесс стран, но и выступает в качестве его важной движущей силы.

Во-первых, Россия была и остается одной из ключевых стран мира, которая способна своими действиями вызвать начало пересмотра всей системы международных отношений. В этом смысле она, безусловно, продолжает оставаться сверхдержавой.

Во-вторых, у России большая, чем у многих других стран, ответственность в международных делах, что требует от ее действий максимум взвешенности, деликатности и осторожности не только во внешней, по и во внутренней политике.

В-третьих, национальные интересы России как глобальной державы объективно могут быть представлены в разных регионах мира.

В-четвертых, все это дает России возможность и право использовать идущий процесс формирования нового мирового порядка на пользу себе, своему внутреннему развитию и собственным долгосрочным национальным интересам.

В-пятых, тот факт, что Россия является очевидным региональным лидером, сверхдержавой на евразийском пространстве, ставит другие страны региона на пути в глобальный мир в определенную зависимость от России и от их двусторонних отношений с ней. Однако это же делает саму Российскую Федерацию заложником ситуации на постсоветском пространстве, уровня и качества ее отношений с расположенными там странами. Война с Грузией 2008 г., когда Россия была поставлена в ситуацию необходимости решать проблему Абхазии и Южной Осетии, вооруженный государственный переворот на Украине в феврале 2014 г., побудивший Российскую Федерацию принять в свой состав Автономную республику Крым, стали яркими примерами такой зависимости.

Постсоветское пространство продолжает оставаться крайне динамичной, нестабильной и конфликтной территорией. Процесс распада на пространстве СССР, произошедший в результате событий августа — декабря 1991 г., приобретает все новые формы. Центробежные силы, запущенные тогда, продолжают являться одним из важнейших факторов, определяющих геополитические перспективы Евразии. Это не может оставить Россию равнодушной, ибо ставит под угрозу ее национальные интересы и уменьшает возможности и влияние в качестве одного из глобальных лидеров. Последние события на Украине, в Молдове, Грузии, а также Сербии показывают, что эти страны буквальным образом раздираются на части силами, влекущими их в «новую жизнь» на окраине западноевропейской цивилизации, и на восток — «к православным братьям».

Мощь России в значительной степени базируется на прочности ее объединительных традиций. От действий России, ее стратегического мышления сильно зависит ситуация на всем Евразийском пространстве. Оцениваются перспективы преодоления депрессивного положения, в котором оказались многие страны после распада СССР. В значительной степени возможности региона определяются тем, как Российская Федерация будет исполнять роль международного лидера. Для осуществления этой ответственной миссии у России есть все основания.

Вопросы для самоконтроля

  • 1. Какие периоды можно выделить в развитии политической географии?
  • 2. Каковы основные научные направления исследований политической географии?
  • 3. Какие формы государственной власти вам известны?
  • 4. Каковы основные виды типологии стран?
  • 5. Как можно классифицировать государства но уровню их социально- экономического развития?
  • 6. Как классифицируют государства по размеру их территории?
  • 7. Какие количественные и качественные изменения описываются в страноведении?
  • 8. В чем состоят причины глобализации мировой экономики?
  • 9. Какие черты глобализации прослеживаются в социально-экономической жизни России?
  • 10. В чем вы видите геополитическое значение Российской Федерации?
  • 11. Как можно охарактеризовать государственные интересы России на Евразийском пространстве?

  • [1] См.: URL: http://putin2012.ru
  • [2] Информация взята с сайта http://npoB3a^/analytics/research/10888-statistika
  • [3] Глазьев С. Ю., Локосов В. В. Оценка предельно критических значений показателей состояния российского общества и их использование в управлении социально-экономическим развитием // Вестник Российской Академии Наук. Т. 82.№ 7. М.: Наука, 2012. С. 587-605.
  • [4] См.: Недропользование. 2013. Декабрь. № 6.
  • [5] Иванов И. Д. Геополитика России в Евразии // Вестник Российской Академии наук. Т. 81. № 12. М.: Наука, 2011. С. 1071 — 1073.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >