Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Литература arrow ИСТОРИЯ ЗАРУБЕЖНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XVII-XVIII ВЕКОВ
Посмотреть оригинал

ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА XVIII ВЕКА

ЭПОХА ПРОСВЕЩЕНИЯ

Изучив данную главу, студент будет: знать

  • • хронологические границы эпохи;
  • • идеологические предпосылки ее возникновения;
  • • главных представителей просветительского движения;
  • • как отразились новые идеи в различных сферах социальной жизни; уметь
  • • характеризовать вклад Томаса Гоббса, Рене Декарта и Бенедикта Спинозы в подготовку Просвещения;
  • • определять специфику Просвещения в различных странах;
  • • характеризовать генезис и эволюцию просветительского движения; владеть
  • • понятиями «естественный человек», «просвещенный абсолютизм», деизм;
  • • представлением об основных чертах просветительской литературы.

XVIII век вошел в историю европейской культуры как эпоха Просвещения. Есть у него еще одно название — «век Разума», которое заставляет вспомнить об определении, которое дал Просвещению немецкий мыслитель Иммануил Кант (1724—1804): «Просвещение — это выход человека из состояния своего несовершеннолетия, в котором он находится по собственной вине. Несовершеннолетие есть неспособность пользоваться своим рассудком без руководства со стороны кого-то другого. Несовершеннолетие по собственной вине — это такое, причина которого заключается не в недостатке рассудка, а в недостатке решимости и мужества пользоваться им без руководства со стороны кого-то другого. Sapere aude![1] — имей мужество пользоваться собственным умом! — таков, следовательно, девиз Просвещения»[2].

Кант видит цель Просвещения в интеллектуальной свободе личности, люди должны освободиться от гнета авторитетов и научиться мыслить самостоятельно. Любой род убеждений — религиозных, научных, политических, философских — имеет иод собой основание, причину, но которой в них верят. В эпоху Просвещения это основание начинает зависеть от самой личности, которая должна была теперь нести и большую ответственность за свои убеждения. Старые авторитеты, такие как Бог, король, Библия, традиция постепенно утрачивают свою власть, а их место занимают опыт, анализ, логика, разум. Однако такая смена была длительным и сложным процессом.

Среди историков нет единого мнения, с какой даты следует начинать отсчет эпохи Просвещения. Наиболее популярной является дата из английской истории — 1688 г., когда в стране произошла смена власти, получившая наименование «Славной революции». Конфликт между английским парламентом и королем Яковом II закончился тем, что на престол был приглашен голландец Вильгельм Оранжский, а Яков II вынужден был бежать во Францию. Это событие положило конец спорам о божественном происхождении королевской власти, и показало, что и в политике можно добиться больших успехов, если опираться на разум, а не на традицию и религиозные предрассудки. Финалом же Просвещения стала Французская революция 1789 г., когда была сделана решительная попытка воплотить просветительские идеи в реальную жизнь.

То обстоятельство, что начало Просвещения чаще связывается с датой из английской истории, вполне закономерно, так как именно Англия считается родиной этого идеологического движения. Здесь раньше, чем в других странах, новые идеи стали оказывать влияние на социальную и политическую жизнь, а деятельность английского философа Джона Локка и знаменитого ученого Исаака Ньютона стала серьезным стимулом для формирования просветительской идеологии. В английской философии и политике искали источник вдохновения просветители из других стран. Так, Монтескье и Вольтер изучали английскую конституцию, создавая свои политические теории.

Однако фундамент Просвещения был заложен гораздо раньше, и заметную роль в этом процессе сыграли такие западноевропейские мыслители, как Фрэнсис Бэкон, Рене Декарт, Томас Гоббс и Бенедикт Спиноза.

Фрэнсис Бэкон (1561 — 1626) разработал экспериментальный метод научного исследования, который нередко называют «методом Бэкона». В своем сочинении «Новый Органон» (1620) он изложил основные принципы нового метода: исследователь должен получать знание из окружающего мира с помощью наблюдения, эксперимента и проверки гипотез. Учение Бэкона стало первым шагом на пути к эпохе Просвещения именно из-за своей эмпирической[3] направленности. Его идеи получат развитие в трудах Дж. Локка, Дж. Беркли, Д. Юма, К. Гельвеция, П. Гольбаха, Д. Дидро.

Рене Декарт (1596—1650) также предвосхитил некоторые положения просветительской доктрины. Он был блестящим ученым, совершившим значительные открытия в математике и физике. Его главными философскими работами являются «Рассуждение о методе, чтобы хорошо направлять свой разум и отыскивать истину в науках» (1637) и «Размышления о первой философии, в которых доказывается существование Бога и различие между человеческой душой и телом» (1641), в которых наблюдается разрыв с традиционной метафизикой, изучавшей природу реальности, и смещение интересов в область эпистемологии, чей интерес был связан с тем, как человек познает мир. Цель его исследования также была далека от метафизики: Декарт хотел, используя разум, доказать существование Бога. Его стратегия заключалась в том, чтобы найти некую точку опоры, в которой мы совершенно уверены, и, отталкиваясь от нее, вывести доказательство наличия Бога во вселенной. В поисках самой общей и логически неопровержимой истины он приходит к следующему заключению: «Итак, отбросив все то, относительно чего мы можем каким-то образом сомневаться, и, более того, воображая все эти вещи ложными, мы с легкостью предполагаем, что никакого Бога нет и нет ни неба, ни каких-либо тел, что сами мы не имеем ни рук, ни ног, ни какого бы то ни было тела; однако не может быть, чтобы в силу всего этого мы, думающие таким образом, были ничем: ведь полагать, что мыслящая вещь в то самое время, как она мыслит, не существует, будет явным противоречием. А посему положение Я мыслю, следовательно, я существую — первичное и достовернейшее из всех, какие могут представиться кому-либо в ходе философствования»[4].

Именно из этого положения Декарт выводит существование всего мира и Бога, а его логическим следствием становится утверждение, что наш ум и тело являются в некотором смысле разделенными сущностями. Мы можем сомневаться в существовании наших тел, но не мыслительных процессов. Декарт пришел к заключению, что наш разум и физический мир (в том числе и наши тела) состоят из разных субстанций. Уникальность человека как раз и состоит в том, что он совмещает в себе эти две субстанции, а животные, например, состоят только из одной. Существование Бога проявляется и в том, что он наделил наш разум врожденными идеями, которые дают нам возможность правильно понимать мир. Опора Декарта в своей теории на разум, противопоставленный вере, нашла широкий отклик у мыслителей эпохи Просвещения.

Идеи Бенедикта Спинозы (1632—1677) и Томаса Гоббса (1588—1679) были почти не известны их современникам, но оказали значительное воздействие на следующее поколение философов. Спиноза довел до логического финала механистическую философию Декарта. Он не принял предложенное Декартом деление мира на физический и умственный. Вместо этого он постарался доказать, что вселенная должна представлять собой простое единство мысли и материи. Из этого следовало, что существует только одна субстанция, которая является Богом, а мысль, материя — атрибуты Бога, или фундаментальные свойства субстанции. В такой вселенной все должно иметь свое причинное объяснение. Единичные вещи, действуя друг на друга, связаны жесткой цепью взаимной причинной обусловленности, и в этой цепи не может быть никаких разрывов. Вся природа представляет собой бесконечный ряд причин и следствий, которые в своей совокупности составляют однозначную необходимость. Теория Спинозы не оставляет места случайности, свободе воли и чудесам. Добро и зло не существуют здесь как абсолютные понятия. Эти идеи в эпоху Просвещения получили дальнейшее развитие в трудах немецкого философа Лейбница.

Томас Гоббс попытался в своих сочинениях превратить политику в науку с ясными и логичными принципами, похожими на правила геометрии. Своим трезвым взглядом на природу политики он напоминает итальянского мыслителя эпохи Возрождения Николо Макиавелли. Но Гоббс идет дальше своего предшественника. Он не воспринимает власть как некую данность, она должна подтверждаться системой законов и должна находиться в равновесии с естественными правами человека.

В теории Гоббса были определены разумные причины подчинения граждан своим правителям и в то же время указано на то, что правление должно опираться на систему законов, и в первую очередь законов, гарантирующих жизнь подданным. Английский философ дач развернутое описание естественного состояния, т.е. того, во что превращается жизнь человека без порядка и закона, или того, что обычно называют цивилизацией. Следуя главным естественным законам, — стремление к самосохранению и удовлетворение потребностей — человек нередко вступает в конфликт с другими людьми, которые преследуют те же самые цели. Чтобы избежать взаимного уничтожения, люди вынуждены договориться о принципах отношений друг с другом. В результате этого договора и появляется государство. Человек вынужден был уступить часть своих естественных прав и свобод государству, чтобы взамен получить гарантии мира и безопасности. Гоббс не утверждал, что все государства возникли вследствие добровольного договора, были и такие, которые созданы путем насилия и подчинения. У просветителей же популярностью пользовалась именно идея общественного договора. Особенно активную поддержку она нашла у французского философа Жан-Жака Руссо.

Одной из центральных фигур в истории европейского Просвещения является Джон Локк (1632—1704), иногда его даже называют «отцом Просвещения», подчеркивая тем самым значительность его вклада в формирование новой идеологии. Основополагающими для просветительского движения стали сочинения Локка «Опыт о человеческом разумении» (1690) и «Мысли о воспитании» (1693). Принципиальной для Просвещения стала полемика Локка с «теорией врожденных идей», одним из сторонников которой был Декарт. Локк отвергает эту теорию и утверждает, что человек при рождении не имеет никакого знания, его разум подобен чистой доске (tabula rasa), и все свои идеи он получает в процессе жизни. Именно опыт заполняет своими знаками эту чистую доску: «Все идеи приходят от ощущения или рефлексии. Предположим, что ум есть, так сказать, белая бумага без всяких знаков и идей. Но каким же образом он получает их? Откуда он приобретает тот [их] обширный запас, который деятельное и беспредельное человеческое воображение нарисовало с почти бесконечным разнообразием? Откуда получает он весь материал рассуждения и знания? На это я отвечаю одним словом: из опыта»[5].

Из этих рассуждений следовал еще один важный вывод: если человек получает знания с помощью чувств из внешнего мира или через размышление, то эти процессы могут быть особым образом организованы и через них можно воздействовать на формирование человека, т.е. человека можно воспитывать. Эта мысль и стала краеугольным камнем в фундаменте Просвещения: через воспитание и образование создать не только более совершенного человека, но и более совершенное общество. Эта идеологическая установка отражена и в названии эпохи — «Просвещение». Вполне закономерно, что Локк одним из первых всерьез обратился в своих работах к проблемам воспитания. В трактате «Мысли о воспитании» он выделяет пять разделов воспитания: физическое, умственное, религиозное, нравственное и трудовое. Все они должны, по мнению Локка, находиться в тесной взаимосвязи. Примечательно, что цель нравственного воспитания он формулирует следующим образом: «если с ранних лет приучать детей подавлять свои желания, эта полезная привычка сделает их дисциплинированными; по мере же того, как они становятся старше и рассудительнее, можно предоставлять им большую свободу в тех случаях, когда в них говорит разум, а не страсть: ибо к голосу разума всегда следует прислушиваться»[6].

Акцент на главенствующей роли разума в поведении станет определяющим для просветительской концепции человека. Укреплению авторитета разума способствовали и научные открытия Исаака Ньютона (1642—1727). Например, три знаменитых закона механики, изложенных в «Математических началах натуральной философии» (1684—1686) продемонстрировали, что все многообразие движений в физическом мире можно свести к трем разумным законам. Его открытия в оптике показали, что разнообразие красок окружающего мира рождается из простого белого луча. Просветители ценили Ньютона не только за его научную гениальность, но и за то, что открытый им метод исследования может использоваться и в философии. Даламбер в одной из статей «Энциклопедии» с уважением указывал: «Ньютон, путь которому был подготовлен Гюйгенсом, наконец появился и дал философии вид, который она, кажется, должна сохранить. Этот великий гений видел, что наступила пора изгнать из физики смутные догадки и гипотезы или по меньшей мере указать им их настоящее место, и что эта наука должна быть подчинена исключительно опытам и геометрии»[7].

Просветители не отрицали и важности страстей для человека. Они являются, по их представлению, стимулом к развитию. Если у человека нет никаких желаний, он не будет стремиться к изменению своего положения. Однако важно, чтобы страсти находились под контролем разума, тогда развитие личности будет происходить в соответствии с просветительским идеалом. Нередко для иллюстрации своей концепции человека просветители использовали образ корабля, где паруса и ветер уподоблялись страстям, а руль — разуму. К этому же образу прибегает английский поэт Александр Поуп в «Опыте о человеке»:

Наш кормчий — разум, чья бесспорна власть;

Для парусов, однако, ветер — страсть.

(Пер. А. Л. Субботина)

В эпоху Просвещения вновь пробуждается интерес и к проблеме «естественного человека». Для просветителей «естественным человеком» является такой человек, чья природа развивалась в согласии с естественными законами и потому раскрылась наиболее полно и гармонично. Добиться такого результата гораздо проще, если формирование личности происходит вдали от цивилизации, так как она вносит искажения в изначальную гармонию. Поэтому восстановление естественной гармонии Робинзона Крузо, героя романа Дефо, проходит на необитаемом острове, где влияние цивилизации сведено к минимуму. Воспитание Крузо как естественного человека предполагает и подчинение страстей разуму. В первой части книги герой зависит от своих желаний и фантазии и, по его собственному признанию, «...я слепо повиновался внушениям моей фантазии, а не голосу рассудка». Так как страсти (паруса и ветер) и разум (кормило) находятся в разладе, то вполне закономерно, что Робинзон терпит кораблекрушение, как реальное, так и символическое. Оказавшись на необитаемом острове, Робинзон учится подчинять страсти и быть более разумным в своих поступках и отношении к жизни. Несколько позже к Робинзону присоединяется Пятница, представляющий еще один вариант «естественного человека» — «благородный дикарь».

Дальнейшее развитие теория «естественного человека» получила в сочинениях Жан-Жака Руссо «Рассуждение о науках и искусствах» (1752), «Рассуждение о происхождении и основах неравенства между людьми» (1755), «Рассуждение об общественном договоре» (1762). Руссо уже более радикально противопоставляет «человека естественного» «человеку общественному», т.е. сформированному цивилизацией. Цивилизация рассматривается французским философом лишь как источник негативного влияния. В его концепции «естественного человека» разум уже не воспринимается как положительный фактор, так как он является порождением цивилизации. «Естественный человек» руководствуется не разумом, а прислушивается к «голосу сердца».

В своей программе воспитания, которую Руссо изложил в романе «Эмиль, или о воспитании», он также стремится ослабить воздействие цивилизации на своего ученика. Книга открывается утверждением: «Все выходит хорошим из рук Творца, все вырождается в руках человека». До 16 лет Эмиль (так зовут воспитанника), чтобы избежать этого дурного влияния, находится в удалении от общества. Много внимания уделяется его физическому воспитанию, воспитание же нравственное предполагает формирование «добрых чувств», «добрых суждений» и «доброй воли». Единственной книгой, доступной Эмилю в этот период, становится все тот же «Робинзон Крузо».

Многие просветители не приняли взглядов Руссо, они ставили своей целью как раз формирование «естественного человека» в условиях цивилизованного общества. Например, Вольтер в философской повести «Простодушный» (1767) доказывал, что само по себе «естественное состояние» лишь грубая основа, облагородить которую можно только влиянием цивилизации, без этого влияния человек так и останется дикарем.

На раннем этапе Просвещения преобладает оптимистическое представление о человеке и о мире. Так называемая «философия оптимизма» впервые была системно и обстоятельно изложена немецким мыслителем Готфридом Вильгельмом Лейбницем (1646—1716). Основной тезис его трактата «Опыты теодицеи» («теодицея» буквально означает «богооправдание») сводится к следующему: раз этот мир создан Богом, значит, он не может быть несовершенным. Лейбниц находил оправдание и существованию зла. Он утверждал, что без наличия зла мир был бы менее совершенным. Очень часто благо рождается в результате исправления и преодоления зла. Так, свободная воля человека — благо, но она предполагает возможность греха. Если бы Бог не допустил существование греха, тогда бы не было и свободной воли. Следовательно, делает вывод немецкий философ, наш мир лучший из возможных миров.

Подобные идеи получили распространение среди европейских просветителей. В Англии под их влияние подпали граф Болингброк, граф Шефт- сбери и поэт А. Поуп. Однако в середине столетия «философия оптимизма» переживает серьезный кризис, и многие начинают относиться к ней со скептицизмом. Особенно резкой была критика со стороны Вольтера, который пережил период увлечения учением Лейбница, но затем пришло разочарование и в повести «Кандид, или Оптимизм» он едко высмеял идеи немецкого мыслителя. Вольтер показывает, что «философия оптимизма» изолирована от реальной действительности и провоцирует пассивное отношение к жизни — если мы живем в самом совершенном из миров, то нет необходимости что-то улучшать или исправлять.

В политической сфере в XVIII столетии обретает влияние теория «просвещенного абсолютизма». Достаточно ясные контуры она получила уже в сочинениях Гоббса, считавшего монархию наиболее совершенной формой правления. Просветители полагали, что в условиях сильной централизованной власти провести «разумные» реформы гораздо проще. Важно, чтобы правитель был действительно просвещенной личностью, которая сможет понять, что его интересы в широкой перспективе совпадают с общественным благом. Среди сторонников «просвещенного абсолютизма» были Вольтер и Кант. Хотя Вольтер во время пребывания в Англии (1726—1729) признал достоинства парламентской республики с ограниченной монархией, которая установилась в этой стране, деятельность французского парламента породила в нем стойкую неприязнь к этой форме правления. Французский парламент в основном отражал интересы аристократии и духовенства, и его позиция в отношении политики и социальной жизни нередко была более консервативной и реакционной, чем у французского короля. Например, когда Людовик XV захотел отменить узаконенные пытки, парламент отказался поддержать эту инициативу.

Некоторые из европейских монархов увлеклись идеей «просвещенного абсолютизма», и даже пытались провести некоторые реформы в своих странах, следуя советам просветителей. Но чаще такие реформы носили поверхностный характер и вовсе не предполагали серьезной перестройки общества на более справедливых принципах. Они лишь должны были несколько снизить растущую напряженность в отношениях между классами, чтобы не допустить серьезных социальных катаклизмов. К просвещенным монархам себя относили король Пруссии Фридрих II, король Австрии Иосиф II, российская императрица Екатерина И. Они вели активную переписку с просветителями, приглашали их ко двору, публиковали проекты своих будущих преобразований. Так, Екатерина II была в постоянной переписке с Дидро и Вольтером, оказывала им финансовую поддержку. Она выкупила библиотеку Дидро и назначила его пожизненным смотрителем собственной библиотеки с выплатой содержания для него из русской казны.

Однако у теории «просвещенного абсолютизма» были и противники. Ее не принял Монтескье, который считал, что если судьба реформ зависит от одного лица, то всегда существует угроза, что все повернется вспять с переменой его взглядов или его смертью. Сам Монтескье выдвинул идею разделения власти на законодательную, исполнительную и судебную. Позднее это принцип построения власти был использован во многих современных демократических государствах.

Рост авторитета разума, успехи естественных наук не могли не сказаться на отношении просветителей к религии. Новые подходы к религии обнаруживаются уже у И. Ньютона и Дж. Локка. Открытия, совершенные Ньютоном, вовсе не поколебали его веры. Напротив, обнаружив, что все разнообразие движений в физическом мире можно свести к нескольким разумным законам, он усмотрел в этом доказательство наличия божественного плана в основе мироздания. Локк также попытался примирить разум и веру. Отрицая врожденное знание, философ также не принимал и теорию о том, что человек появляется на свет уже с верой в Бога. У веры, полагал Локк, более рациональные основания, без Бога само существование человека и его отношения с миром не имели бы никакого смысла. Разум является самым важным инструментом для человека в познании мира, но это не значит, что божественное откровение невозможно. Оно может быть недоступно для рационального понимания, но оно не должно противоречить разуму — таков вывод Локка.

Последователи Ньютона и Локка позднее пытались доказать разумность христианской доктрины, и это ее качество, считали они, должно быть доступно любому разумному человеку. Просветители стремились утвердить в европейском обществе умеренность и рациональность в отношении к религии. Чрезмерная эмоциональность и мистицизм в вопросах веры, которые определялись как «энтузиазм», вызывали осуждение. Такой подход нашел поддержку у английских буржуа, которые нередко рассматривали отношения с Богом как своеобразную торговую сделку. В католических странах такую позицию сформировать было труднее, так как католическая церковь изначально была ориентирована на более эмоциональные отношения верующего с Богом.

Широкое распространение в XVIII в. получил деизм, одно из религиозно-философских направлений, которое признавало существование Бога и сотворение Им мира, но отрицало большинство мистических и сверхъестественных явлений, а также религиозный догматизм. Очень популярным в деизме стало уподобление Бога архитектору или часовщику, который запустил часовой механизм Вселенной и устранился от всякого вмешательства в ее существование. Деизм давал большую свободу человеку, но и налагал на него большую ответственность за все происходящее в мире.

Просветительское движение не было однородным во всех странах Западной Европы. Уже было отмечено, что Просвещение зарождается в Англии и именно здесь на начальном этапе оно приобретает серьезное влияние. Сочинения английских философов-просветителей становятся источником идей не только для Европы, но и для Америки. Вместе с тем в Англии просветительское движение носило вполне умеренный характер. Оно развивалось после «славной революции», когда буржуазия — главный оплот нового движения — решила свои насущные задачи. Английские просветители испытывали интерес к вопросам нравственного совершенствования, к общим проблемам отношений человека с окружающим миром.

Во Франции же оно формировалось в преддверии революции и потому зачастую носило более радикальный характер. Французские просветители были решительнее в религиозных вопросах, среди них было немало не только сторонников деизма, но и тех, чьи позиции были близки к атеизму. В какой-то мере такая позиция была обусловлена тем обстоятельством, что им приходилось иметь дело с католической церковью, которая была более авторитарной и консервативной. Антирелигиозную направленность имели многие статьи, помещенные в «Энциклопедию». Так, Дидро в своих материалах не только утверждал свободу человека выбирать и исповедовать любую религию, но и оставаться вне веры. Философ был уверен, что атеизм не нанесет никакого ущерба обществу, так как мораль вовсе не зависит от религии.

Чаще французы обращались к социальным и политическим проблемам, интересовались различными типами государственного устройства. Именно во Франции в конце столетия была сделана попытка воплощения просветительских идеалов в реальную жизнь. Во время первого заседания Национальной Ассамблеи, на которой составлялся проект «Декларации прав человека и гражданина», было немало отсылок к теории общественного договора Руссо. На первом этапе революции он стал самым популярным философом. Его бюст был установлен в зале Национальной Ассамблеи, чуть позже останки Руссо были перенесены в Пантеон. Большим почитателем Руссо был Робеспьер. Однако эта первая попытка реализовать некоторые из идей французских просветителей закончилась неудачей.

Более успешной была американская революция. После ее победы в конституции новой нации были учтены многие идеи, которые зародились внутри просветительского движения. Самыми главными из них был принцип разделения власти на законодательную, исполнительную и судебную, а также принцип веротерпимости. В «Декларации прав человека» было заявлено о неотторжимом праве человека на жизнь, свободу и стремление к счастью. Включение этих позиций в «Декларацию» также было вдохновлено Просвещением.

В Германии из-за ее раздробленности просветительское движение не оказало значительного воздействия на социальную и политическую жизнь, за исключением Австрии и Пруссии, где Иосиф II и Фридрих II пытались играть роль просвещенных монархов. Однако немецкое Просвещение дало весьма обильные всходы в философии и драматургии.

В Италии, которая была такой же раздробленной, как и Германия, подъем просветительского движения начинается лишь с середины XVIII в.

и носит более умеренный характер, чем во Франции. В центре программ итальянских просветителей, как правило, были практические вопросы экономики, сельского хозяйства, реформирования системы налогов, торговли, законодательства, школьного образования. Особенностью культуры Италии XVIII в. стало появление так называемого «католического Просвещения» с центром в Риме. Это движение объединило многих деятелей церкви, умеренно сочувствовавших некоторым реформаторским идеям и старавшихся примирить их с религиозной доктриной. Литература также подключилась к пропаганде новых идеалов. Особенно значительных успехов итальянцы в этот период достигли в театральных жанрах. Несомненно, что XVIII столетие в Италии стало веком театра.

Просветительская идеология наложила отпечаток и на литературу XVIII в. В первую очередь, следует отметить заметное влияние на нее философии. Нередко в этот период литература становилась своеобразным испытательным полигоном для различных философских идей и теорий. Многие просветители использовали художественную форму, чтобы донести свои идеи до современников (Руссо, Вольтер, Свифт). Именно в XVIII в. появился жанр философской повести, в котором философская теория подчиняла себе все остальные элементы жанра.

Кроме того, в литературе XVIII в. усиливается дидактическое начало, она стремится просвещать и воспитывать своего читателя. В связи с этим в литературном процессе возрастает роль публицистических жанров. В американском Просвещении публицистика занимает доминирующие позиции, так как именно здесь литература особенно тесно зависела от политической ситуации.

В начале столетия заметно возрастает популярность документальных жанров. Активно начинают публиковаться мемуары, дневники, переписка. Во многом такой рост интереса был связан с одним из главных положений просветительской идеологии: на формирование человека значительное воздействие оказывает среда. Документальные жанры более объективно представляли отношения человека с окружающим миром. Увлечение документалистикой сказалось и на художественной литературе. Авторы ранних просветительских романов нередко выдавали свои произведения за отчет о реальных событиях и придавали им форму дневников, писем (Дефо, Ричардсон, Монтескье). Эта тенденция привела к усилению реалистических тенденций в литературе первой половины XVIII в. Многие отечественные исследователи в связи с этим выделили просветительский реализм в особое направление в западноевропейской литературе. С ним соотносили творчество Дефо, Ричардсона, Филдинга, Дидро, Лессинга. Западноевропейские историки литературы, давая характеристику литературе XVIII в., этим термином почти не пользуются.

В начале XVIII в. классицизм, тем не менее, не исчезает с литературной сцены. Авторитет разума и стремление усилить воспитательное начало в искусстве оказались близки и просветителям, и классицистам. Однако эстетика классицизма в эпоху Просвещения претерпевает ряд серьезных изменений. Например, меняется отношение между чувством и долгом, конфликт между которыми был главным движителем действия в трагедии классицизма. Но уже в драматургии Вольтера, который, хотя и ориентировался на традиции французского театра XVII столетия, не захотел следовать им безоговорочно, чувство приобретает новое качество. Прежде оно противостояло долгу. Теперь оно само воспринималось как долг человека по отношению к самому себе и собственной природе. Противостояло же оно обманному, «фальшивому долгу» перед неразумным государством или догматической верой. Новые подходы к принципам классицистической эстетики можно обнаружить и в творчестве английского поэта Александра Поупа. Этот обновленный классицизм получил наименование просветительского классицизма.

Подобно тому, как в просветительском движении почти параллельно существовали оптимистическое и скептическое отношение к новым идеалам и возможности их воплощения в реальной жизни, в литературе довольно рано возникает противостоящая рационализму тенденция, которая ориентируется на чувство, на эмоциональную сферу человека и которая ближе к середине столетия даст жизнь сентиментализму. Одной из отличительных черт сентиментализма является герой, наделенный сентиментальной чувствительностью. Сентиментальная чувствительность — понятие очень сложное и емкое. Оно предполагает и необычайную внутреннюю отзывчивость личности, когда достаточно легкого внешнего воздействия, чтобы вызвать у героя причудливую связь чувств и мыслей. Чувствительность опирается и па новую систему этических критериев. Обладание ею придает дополнительную ценность личности. Если просветители верили, что «человек разумный» будет относиться к окружающим так же, как он хотел бы, чтобы они относились к нему, то сентименталисты просто считали, что «человек чувствительный» не способен на дурные поступки. Сентиментальная чувствительность и новый тип восприятия мира и отношений с другими людьми.

Как реакцию на кризис просветительских идеалов можно рассматривать и возникновение во второй половине XVIII в. предромантизма. Предро- мантики стремятся уйти от не оправдавшего их надежд настоящего в прошлое: в мир Средневековья, кельтской мифологии, древнескандинавской поэзии. Рационализму просветителей они противопоставляют интерес к фантастическому, сказочному, мистическому, иррациональному.

В целом можно отметить, что литературный процесс в эпоху Просвещения заметно усложняется по сравнению с предшествующим веком. В XVII столетии развитие литературы в немалой степени определялось противостоянием классицизма и барокко. В XVIII в. таких факторов уже гораздо больше.

Вопросы и задания для самоконтроля

  • 1. 11очему начало эпохи Просвещения связывают с датой из английской истории?
  • 2. В чем суть научного метода исследования, предложенного Фрэнсисом Бэконом?
  • 3. Почему полемика Джона Локка с «теорией врожденных идей» оказалась столь принципиальной для формирования просветительской идеологии?
  • 4. Какой смысл вкладывали просветители в понятие «естественный человек»?
  • 5. Какиедоводы использовал Готфрид Лейбниц для доказательства совершенства мира, в котором живет человек?
  • 6. Что такое деизм?

Список литературы

Западноевропейская художественная культура XVIII в. — М., 1980.

Мир Просвещения. Исторический словарь. — М., 2003.

Проблемы Просвещения в мировой литературе. — М., 1970.

Тураев, С. В. Введение в западноевропейскую литературу XVIII в. / С. В. Тураев. — М„ 1962.

Черноземова, Е. Н. История зарубежной литературы XVII—XVIII веков: Практикум / Е. И. Черноземова, В. Н. Ганин, Вл. А. Луков. — М., 2004.

Эпоха Просвещения: Из истории международных связей русской литературы / отв. редактор А. С. Курилов. — М., 1982.

O’Hara, К. The Enlightenment. A Beginer’s Guide / К. O’Hara. — Oxford, 2010.

Outturn, D. The Enlightenment (New Approaches to European History) / D. Outram. — Cambridge, 2013.

Reau, L. L’Europe francaise au siecle des lumieres / L. Reau. — P„ 1938.

The Portable Enlightenment Reader/ ed. by I. Kramnick — L„ 1993.

  • [1] Sapere aude! (лат. «Дерзай знать») — латинское изречение из «Посланий» Горация.Прим. авт.
  • [2] Кант И. Собрание сочинений : в 8 т. Т. 8. М., 1994. С. 29.
  • [3] Эмпирический (от греч. ерягфио*; — «полученный из опыта») — основанный на опыте,изучении фактов, опирающийся на непосредственное наблюдение, эксперимент.
  • [4] Декарт Р. Сочинения : в 2 т. Т. 1. Мм 1989. С. 316.
  • [5] Локк Длс. Сочинения : в 3 т. Т. 1. М., 1985. С. 154.
  • [6] Локк Дж. Сочинения : в 3 т. Т. 1. С. 503.
  • [7] Предварительное рассуждение издателей // Философия в «Энциклопедии» Дидрои Даламбера. М., 1994. С. 106.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы