Тобайас Джордж Смоллетт

Творчество Тобайаса Джорджа Смоллетта (1721 — 1771) связано, прежде всего, с развитием английского романа, но автор, происходивший родом из знатной шотландской семьи, проявил себя также и как журналист, и как поэт. Выучившись на хирурга, Смоллетт много путешествовал в качестве корабельного доктора, в частности, был участником экспедиции в Вест-Индию, но, как покажет его творчество, всегда помнил о бедах своей родной Шотландии. Его возвращение из морских походов в Лондон совпало с жестокой расправой над якобинским восстанием в Шотландии, на что Смоллетт откликнулся поэмой «Слезы Шотландии» (1746), имевшей успех у современников. Приключения и наблюдения над жизнью оказались отраженными в авантюрных романах «Приключения Родерика Рэндома» (1748) и последовавших после отъезда в Париж «Приключениях Перегрина Пикля» (1751), «Приключениях графа Фердинанда Фэтома» (1953).

Развивая жанр плутовского романа, Смоллетт явно отдает предпочтение традициям Алена Рене Лесажа, произведение которого «Жиль Блас» он перевел в 1749 г. (подробнее о нем в гл. 8). Во Вступлении к «Приключениям Родерика Рэндома» писатель говорит о том, что создает свой роман по плану «Приключений Жиль Бласа», отклоняясь от него лишь там, где, по его мнению, «ситуации были необычны, нелепы или присущи только» исключительно Франции[1].

Делая акцент на нраво- и бытописательстве, Смоллетт в памфлете 1752 г. «Истинное описание Хаббаккука Хилдинга» вступает в полемику об искусстве писать романы с Филдингом, развивающим сервантесовскую традицию и находящим вдохновение в искренности и простоте сограждан. Смоллетт ценит Сервантеса вовсе не за то, чем он интересен Филдингу. Несмотря на то что ему были хорошо известны подходы Сервантеса к созданию романа (над переводом «Дон Кихота» он много и усердно работал и издал его в 1755 г.), главную заслугу испанского романиста Смоллетт видит в том, что Сервантес «поставил перед романом более полезные и занимательные цели, ибо присвоил ему комические черты и указал на нелепости в повседневной жизни», изгнав гиперболизацию, волшебство и приукрашенность»[2]. Если Филдинг стремится найти поэзию в искренности и простоте нравов, то Смоллетт сосредоточивается на несовершенствах и плутовстве.

«Приключения Родерика Рэндома» (1748) содержат много автобиографичного. Как в любом авантюрном романе в центре произведения — фигура авантюриста и плута — шотландца но происхождению, отец которого был лишен наследства за вступление в брак с экономкой без родительского благословения и, впав в меланхолию, исчез после смерти жены.

Во Вступлении к роману Смоллетт проясняет свое отношение к читателю и независимость автора от вкусов неразборчивой аудитории: «Роман, вне сомнения, обязан своим происхождением невежеству, суетности и суевериям», — заявляет писатель, имея в виду произведения, создававшие идеальные образы героев, которые неискушенные читатели принимали за жизненно правдивые. Писателя интересует разумный читатель и, в связи с этим, не идеализированные герои-титаны, а способность скромного достоинства лишенного житейского опыта сироты бороться с затруднениями, с себялюбием, завистью, злокозненностью и черствостью людей. «Нет более занимательной и поучительной сатиры, — продолжает автор, — чем та, какая вводится как бы ненароком в ходе увлекательного рассказа, делает каждое событие живым и, рисуя знакомые сцены с необычной и забавной точки зрения, сообщает им всю прелесть новизны и в то же время ни в чем не отступает от правды»[3], — формулирует он свое писательское кредо.

Разговор с читателем о том, как следует относиться к написанному, писатель продолжает в первой главе романа, озаглавленной «Назидательная басня». В ней он рассказывает притчеобразную историю о том, как молодой художник создал шутливое изображение медведя, совы, обезьяны и осла, которое неизменно радовало и смешило посетителей до тех нор, пока один из них не усмотрел в начертанном пасквиль на друзей художника. Сразу же обнаружили себя те, кто нашел собственное сходство со смешными персонажами и посчитал себя оскорбленным. Художник потерял друзей, сколько ни старался разубедить их в преднамеренности возникшего сходства. Формулируя мораль назидательной истории, писатель призывает читателей, найдя у персонажей сходные черты со своими знакомыми, взять в расчет, что черта еще не делает лица, и помнить о последствиях, которые могут иметь их домыслы.

Начиная историю жизненных испытаний героя, рассказываемых от первого лица, Смоллетт связывает их с мотивом судьбы, запечатленном в сновидении матери. Пересказ сна, предшествующего рождению ребенка, новеллистичен по темпу развития событий: женщине снится, как она разрешается от бремени мячом, который от удара ракеткой стремительно исчезает и столь же стремительно возвращается, зарываясь в землю. Толкователь-мудрец предсказывает, что ребенок, которому предстоит родиться, станет великим путешественником, претерпит множество испытаний, но в итоге укоренится на родной земле, что и подтверждается развитием событий романа.

В школе, где за него никто не платил, Родерик выучился благодаря «скорее способностям и прилежанию, чем полученным указаниям и поощрениям» и к двенадцати годам был признан лучшим учеником школы, хотя в силу необходимости защищать себя самостоятельно довольно драчливым. Беззащитность сироты заставляет его претерпеть ряд несправедливых наказаний: его секут за то, что он чуть не утонул, когда затонул паром, за ушибы лошадью и повозкой, которая переехала его и за укусы собакой пекаря.

При поддержке дяди, Тома Баулинга, лейтенанта военного корабля, юноша получает специальность хирурга. Экзаменовать его берутся неохотно, объявляя, что шотландцы ринулись на Англию, как саранча и что им лучше бы становиться ткачами и башмачниками, но Рэндом отвечает на вопросы прекрасно. Оказавшись обманом завербованным на флот, Родерик становится врачом на корабле, где сталкивается с ужасающими условиями существования команды и бессердечностью и самодурством капитана Сукэма. Сменив по закону жанра ряд занятий — лакея, наемного солдата, жениха, ищущего богатую невесту в Лондоне и Бате, пережив множество авантюрных ситуаций, персонаж случайно сталкивается с отцом, которому повезло в жизни и удалось составить купеческий капитал.

Каждая из 69 глав романа снабжена вводным кратким содержанием, отражающим основные коллизии сюжета. Обычный композиционный ход Смоллетта — вставные истории жизни людей, которых Рэндом встречает на своем пути. О литературной жизни современной автору Англии, о бедственном положении литераторов, их зависимости от вкусов толпы и капризов книжной торговли Смоллетт рассказывает в последних главах романа в связи с судьбой встретившегося на пути Рэндома мистера Мелопойна. В «общем» отделении дома предварительного заключения для должников Родерик выслушивает изящную речь о разнице между талантом и вкусом, которую произносит человек, завернутый в грязное одеяло, перепоясанное связанными тесемками разного цвета. Из часовой речи малограмотные слушатели не понимают ни слова, но выказывают уважение и почтение к оратору, и за скромное вознаграждение обращаются к нему за разрешением спорных дел. Оратор — мистер Мелопойн оказывается автором трагедии, поэтом, человеком безграничной учености, безукоризненных нравственных правил и непобедимой скромности. Его патетическая поэзия — элегии в подражание Тибуллу — резко дисгармонирует с окружающей обстановкой, и персонаж предстает типичным английским чудаком, сосредоточенным на себе и не способным учиться у жизни, но неисповедимым способом порождающим в окружающих простолюдинах не насмешку, а сочувствие. Просвещенные и благополучные сограждане относятся к дарованиям Мелопойна безучастно. Один из них, пообещав познакомиться с его трагедией, сообщает, что пока он болел, сын посчитал рукопись никому не нужной, и служанка сожгла ее на кухне. Восстановленный по памяти вариант обсуждают невежественные и спесивые актеры, превращая слушание в пытку. За это время меняется руководство театра, и новый директор, будучи не в состоянии отыскать трагедию Мелопойна среди других рукописей, неуважительно предлагает ему забрать все семь, не дорожа ни одной. Для заработка Мелопойн решает работать в газете, но отказывается от замысла, узнав, что цель издания — «сеять разногласия в государстве». Оскорбительным для себя он считает и предложение стать продажным писакой и создавать непристойные книжонки, пользующиеся спросом. У книгопродавцов он узнает, что спросом пользуются произведения, написанные в эпистолярной форме, об исторических тайнах, о приключениях, вроде приключений

Робинзона Крузо и сборники загадок для увеселения колоний. На переводческой ниве также не находится вакансий, там за бесценок работает множество шотландцев. Продавец баллад, которыми торгуют с лотков, с удовлетворением сообщает, «что один из его поэтов сошел с ума и попал в Бедлам, а другой одурел от пьянства». Он дает Мелопойну сюжет баллады, которую нужно написать за два часа. (Другие хозяева могли требовать от него стихотворение, предупредив за минуту.) Мелопойну приходится в полчаса менять высокий стиль на угодный простонародью, он изучает нравы Граб- стрит и обретает поклонников «среди наиболее просвещенных носильщиков портшезов, ломовых извозчиков, кучеров наемных карет, лакеев и горничных». Он имеет удовольствие видеть свои произведения наклеенными в качестве украшений в пивных погребках и сапожных лавках и слышать в исполнении зажиточных торговцев, но и на вершине славы погибает с голоду. Перейдя к написанию прозы, он обнаруживает, что появление призрака может кормить целый месяц, удовлетворительно дело обстоит с извергами и похищениями, но беспроигрышным всегда остается убийство.

Не меньший интерес представляет и упоминание состава библиотеки образованной женщины. В нее входят «произведения лучших английских историков, поэтов, философов, всех французских критиков и поэтов и несколько книг на итальянском языке», в числе которых Тассо и Ариосто. «Были здесь также классики в переводе на французский язык, но ни одной книги на латинском или греческом».

В строй романного повествования входят деловые записи, несколько писем (гл. 6, 16 — с нелепейшими грамматическими ошибками, 20, 22, 30, 49, 57, 59, 60, 67), счет за ужин (гл. 10), стихотворные эпизоды, приписываемые кому-либо из персонажей и сопровождаемые их оценками или разбором (гл. 40, 60, 53, 61), цитаты из Горация и Анакреона (гл. 45).

О том, что предродовой сон матери Рэндома оказался провидческим, свидетельствует окончание романа. Родерик с отцом и невестой Нарциссой приезжает в Шотландию, женится и говорит о том, что «буйные взрывы страсти утихли, перешли в нежную, глубокую и спокойную любовь, коренящуюся в тесном союзе сердец».

«Перегрин Пиклъ» (1751) не уступает первому роману по интенсивности стремительно развивающегося действия и числу авантюрных ситуаций. Персонажи романа словно сошли с полотен Хогарта, являя собой моральное или физическое уродство, либо представая клоунами, над которыми открыто потешаются окружающие. Среди персонажей романа есть вполне узнаваемые соответствия ярким современникам: в мистере Спонди угадывается Филдинг, в мистере Мармозете — знаменитый актер Гаррик. Центральному персонажу повествования, достаточно грубому и циничному в противостоянии обывателям, хватает ума и сердца, чтобы уйти подальше от жизни города и обрести счастье с любимой, которую он находит, пройдя через ряд злоключений.

В «Приключениях Фердинанда Фэтома» (1953) впервые возникает мотив донкихотства, противопоставление плутовства и мошенничества истинному благородству графа Мэлвила и его сына Ренальдо, что, впрочем, не означает изменения творческих установок писателя, которого по-прежнему больше волнует и увлекает прохиндеада: многочисленные разрозненные плутовские эпизоды, порой с первого взгляда не связанные между собой, в итоге оказываются подчиненными борьбе Молвила за сохранение чести рода.

Видимо, для того чтобы не быть заподозренным в проигрыше спора с Филдингом о ведущих путях развития романа, Смоллетт еще раз обращается к мотиву донкихотства в самом коротком своем романе «Сэр Ланселот Грейвз». Внешне мотив вроде бы развивается и укрепляется. Само имя центрального персонажа, прославленное как имя одного из самых доблестных странствующих рыцарей всех веков и народов, ставит его в один ряд с Дон Кихотом. Но тон романа, лишь внешне напоминающий сервантесовский, скоро оборачивается пародией на знаменитый роман. Безумства персонажа Смоллетта заканчиваются в доме умалишенных, где его удается привести в чувство, после чего он, в отличие от героя Сервантеса, обретает вполне реальную из плоти и крови Дульсинею — Аурелию.

Деятельной, но неудачной в коммерческом плане была работа Смоллетта в журналистике. В качестве совладельца и издателя Смоллетт работает в «Критическом обозрении», печатается в «Британском журнале» и принимает участие в издании журнала «Британец». За резкие и смелые критические выступления он был подвержен штрафу и заключен на три месяца в тюрьму.

От безденежья в поисках работы Смоллетт покидает Англию. События его жизни 1763—1765 гг. лежат в основе «Путевых заметок о путешествии по Франции и Италии» (1765, опубл. 1766). Тон произведения оказывается довольно раздраженным, что отражает состояние испытывающего нужду Смоллетта. Сохраняя занимательность повествования, писатель саркастичен в отношении к французам и итальянцам всех рангов. Тремя годами позже, в 1768 г. Лоренс Стерн, будто бы откликаясь на произведение Смоллетта, создаст «Сентиментальное путешествие по Франции и Италии», изменив не только тон произведения, но воссоздав принципиально иное отношение к жизни чувствительного рассказчика. Раздраженного Смоллетта Стерн выведет в образе «ученого Смельфунгуса»: «Ученый Смельфунгус <...> отправился в дорогу, страдая сплином и разлитием желчи, отчего каждый предмет, попадавшийся ему на пути, обесцвечивался и искажался. — Он писал отчет о своей поездке, но то был лишь отчет о его дурном самочувствии», о чем, по мнению Стерна, нужно было рассказывать не всему свету, а своему врачу[4].

Особняком стоят работы «Полная история Англии» (1757—1758) и «Настоящее состояние всех наций» (1768—1769). Первая содержала много субъективных оценок и занимательных сюжетов, подчас не имевших исторической достоверности, но рассчитанных на внимание читателей, что действительно, способствовало коммерческому успеху. Вторая содержала сведения по географии, истории, социологии, статистические данные.

В 1771 г. увидел свет роман Смоллетта «Путешествия Хэмфри Клинкера», в котором автор объединил достижения двух романных жанровых модификаций: романа-путешествия и эпистолярного романа, развив возможности обоих. В романе Смоллетта письма пишут несколько путешественников разным адресатам и делают это с дороги. В каждом письме обозначена дата и место пребывания его автора. Валлийский почтенный помещик Мэтью Брамбл отправляется с целью поправить здоровье в путь со своей незамужней и немолодой сестрой мисс Табитой Брамбл в сопровождении семнадцатилетней племянницы Лидии Мельфорд и племянника — недавнего студента Оксфорда, Джерри Мельфорда. У каждого из авторов писем свой стиль, отражающий умонастроение персонажа, его возрастные особенности. Письма Брамбла назидательны и рассудительны, они отражают склонность солидного человека к морализаторству и поучениям, содержат размышления о судьбах страны, описание ее ландшафта — явный признак путевых картин. При этом письма Брамбла полны жалоб на неудобства путешествия, его раздражает многое, что сказывается на отношениях со спутниками, а тон повествования подчас сближает письма с медицинским трактатом[5]. Из писем Тетушки Табиты следует, что она не оставляет надежды выйти замуж и появление любого мужчины в окружении принимает на свой счет, будто бы вовсе не замечая привлекательной молодости своей племянницы, которая встречает в пути отправившегося ради нее в дорогу прекрасного кавалера. Джерри подвергается подозрениям, а подчас и тирании со стороны высоконравственного дядюшки, но к концу романа выясняется, что сидящий на козлах форейтор — познавший нужду и лишения Хэмфри Клинкер, которого взяли на службу из жалости — незаконный сын дядюшки Мэтыо. Старый брюзга растроган нежданным обретением и смягчает свои суждения в отношении образа жизни племянника. Кроме того, письма с дороги пишет малограмотная служанка Брамблов. Их стилистическая примета — частые лексические и стилевые ошибки, подчас придающие тексту неожиданно фривольное, а подчас и скабрезное звучание. Таким образом, роман Смоллетта содержит словесный юмор и юмор ситуаций, воспроизводит комизм характеров. В романе есть персонажи, которые не пишут писем и о которых читатель узнает через восприятие путешественников. Таков, помимо Хэмфри Клинкера, нелепый долговязый шотландский лейтенант Обадия Лисмахаго. Мистер Брамбл пересказывает беседу с ним по поводу последствий для Англии и Шотландии Унии 1707 г. К концу романа этот до гротескности чудаковатый персонаж исполняет заветную мечту тетушки Табиты, делая ей предложение.

Редко появляющийся на страницах романа персонаж, имя которого вынесено в заглавие романа — один из авторских приемов игры с читательскими ожиданиями.

  • [1] Смоллетт Т. Приключения Родерика Рэндома / пер. с англ. А. В. Кривцовой. М., 1949.С. 5.
  • [2] Там же.
  • [3] Смоллетт Т. Приключения Родерика Рэндома. С. 3.
  • [4] Стерн Л. Сентиментальное путешествие / пер. А. А. Франковского // Стерн Л. Сентиментальное путешествие Воспоминания. Письма. Дневник для Элизы. М.; СПб., 2000. С. 27—28.
  • [5] Верховская 10. Смоллетт // Энциклопедия литературных героев. Зарубежная литература XVIII—XIX веков / под общ. ред. А. М. Зверева. М., 1997. С. 562.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >