Итоговая сравнительная оценка трех основных теорий распорядительных документов.

Какая же из трех рассмотренных теорий является «правильной» или «неправильной»? Может быть, неправильны все, и нужно было бы продолжать думать, конструируя еще какие-нибудь теории? Чем вообще определяется «правильность» или «неправильность» юридической теории?

Если говорить о правильности или неправильности теории по состоянию на текущий момент времени, то она на самом деле определяется только и исключительно материалом законодательства, на котором она строится. Принимает ли она во внимание все положения такого законодательства? соответствует ли им? не противоречит ли? — только этим и больше ничем. Если же под правильностью и неправильностью иметь в виду служение теории определенным практическим целям, то правильной будет, разумеется, та из теорий, которая этим целям служит наилучше — наиболее эффективно и последовательно. Ну а вопрос о том, каким целям должна служить теория, определяется потребностями (текущими и перспективными) социально-экономического развития конкретного человеческого общества. Одно дело — потребность, скажем, в широком развитии и распространении торговли, в увеличении объема торговых капиталов и товарооборотов, в увеличении мобильности товарных ценностей; совсем другое — наоборот, в сдерживании или свертывании торговли известными типами товаров. В первом случае разумно направить все усилия на практическое воплощение в жизнь абсолютной теории ТРД, во втором — достаточно будет даже теории строго относительной (по существу почти соединяющей ТРД с обязательственными бумагами товарного содержания). Наконец, можно говорить о правильности чисто формальной, логической. Это качество выражается, главным образом, во внутренней непротиворечивости теории. Думается, что им должна обладать всякая теория; больше того, всякое рассуждение как теоретическое, так и практическое и (что очень важно) законодательное.

Если взять наше современное законодательство, то, наверное, будет правильно сказать, что оно дает материал, в большей степени характерный для абсолютной теории. Почему? Из чего это следует? Прежде всего из 223-й статьи нашего ГК, согласно которой право собственности на движимые вещи (в том числе партии товаров) по общему правилу переходит с момента их передачи. Далее эта статья говорит о том, что при наличии распорядительного документа на товар можно передавать не сам товар и не право на него, а приравненные к товару распорядительные документы и права на них, — заменить передачу товара юридически приравненной к ней передачей распорядительного на него (на товар) документа. Результатом станет перенесение не только владения товаром, но и связанный с ним переход права собственности на товар. Очень похоже на абсолютную теорию, согласитесь. Но вот вопрос, который наш закон оставил открытым — является ли передача ТРД единственным (!) способом передачи вещи и права на нее, или же то и другое могут быть переданы и без передачи ТРД? Чтобы конструкция законодательства не страдала внутренним противоречием — а это совершенно необходимо, я на это обратил ваше внимание буквально только что — на этот вопрос нужно дать положительный ответ, ибо ответ отрицательный приведет к построению какой-то странной «полу- абсолютной» теории, научной мысли пока неизвестной.

Если взять наши прежнее законодательство, а именно — ГК РСФСР 1922 года, — то с его точки зрения вопрос о юридической природе ТРД следовало бы решать иначе. Почему? Потому что там было иное общее правило о моменте перехода права собственности. Какое же? — не о передаче товара как теперь, а о моменте заключения (достижения, совершения) соглашения (договора) на сей счет. Что это означает для целей настоящей лекции? То, что мы тогда «сваливаемся» в какой-то из вариантов относительной теории; то, что абсолютная теория здесь точно окажется «не у дел». Ну как это «почему?» — да потому, что несмотря на выдачу ТРД о переходе права собственности на товар достаточно просто договориться — оно и перейдет! Что там ни происходило с ТРД — это для целей перехода права собственности значения не имело. Вместе с тем и в ГК РСФСР 1922 года было указание о том, что передачей вещи признается (!) среди прочих действий и такой акт, как вручение ее приобретателю распорядительного на нее документа. В каком отношении это действие «признается» передачей вещи? — очевидно, в смысле передачи непосредственного ею владения (иначе о таком «признании» не стоило бы и говорить). Что получаем? — умеренно относительную теорию. Не было бы нормы о признании акта вручения документа передачей вещи — имели бы теорию строго относительную.

Как было в ГК РСФСР 1964 года? Так же, как и теперь: право собственности переходило в момент передачи вещи, к коей приравнивалась передача распорядительного документа на нее.

Нужно принять во внимание и еще такой аспект. До сего времени мы говорили только об общих правилах, — а ведь есть еще и всякие разные из них исключения! Вот 223-я статья нынешнего Кодекса — это что такое? — это общее правило. Но оно ведь с чего начинается? — Если иное не предусмотрено законом или договором...» и так далее (право собственности переходит с момента передачи вещи). Ну а если «предусмотрено» это самое «иное» — тогда что? А тогда надо смотреть на содержание этого «иного». В ГК РСФСР 1922 г. было несколько иначе — там норма о моменте достижения соглашения как моменте перехода права собственности была императивной (!) — но (а) распространялась она не на все случаи — только на те, когда предмет договора ко времени его заключения был определен индивидуально[1]; и (б) договором можно было исключить применение правила о признании передачей вещи передачу распорядительного на нее документа[2]. Эти две нормы тоже становились почвой для образования исключений из общего правила.

Я уже говорил, что товарораспорядительные документы — штука очень любопытная, и это особенно хорошо видно на примере книжки Михаила Михайловича Агаркова «Учение о ценных бумагах». Там есть специальная глава (в конце), посвященная товарораспорядительным документам, но и по всей книжке тоже периодически всплывают всякие упоминания, пояснения, отступления, аналогии и примеры, касающиеся распорядительных документов. Так вот: если внимательно почитайте эту книжку Агаркова, всю целиком, то вы найдете, откроете для себя очень любопытные вещи: его взгляды на теоретическую сторону товарораспределительных документов... эволюционировали на протяжении написания книжки, то есть на протяжении очень непродолжительного времени. На первых страницах — одни воззрения, в середине — другие, в конце (в главе про товарораспорядительные документы) — третьи. В итоге Михаил Михайлович Агарков построил такую теорию, которую я бы лично назвал... какой-нибудь многовариантной или инвариантной теорией. Он совершенно правильно пишет, что вопрос о том, придерживаться той или иной теории или оспаривать ее — зависит от содержания законодательства, на материалах которого мы эту теорию конструируем, а в рамках каждого законодательства может существовать не только общее правило, но и исключения из него. Соответственно, должна выделяться некая теория, являющаяся основой, и какие-то варианты, которые применяются тогда, когда эта основная теория «не срабатывает». То есть в этом смысле абсолютно равные права на существование имеют все три теории; другой вопрос — случаи применения этих самых теорий. Если говорить о нашем современным законодательстве, то, видимо, в качестве основы должна быть принята абсолютная теория, а ей «в помощь» — то есть для применения в тех ситуациях, которые отклоняются от общего правила о моменте передачи вещи как моменте перехода на нее права собственности по договору, — «направить» как минимум какую-то одну из вариаций относительной теории.

Вот такая любопытная выходит штука, такая интересная вещь.

  • [1] Вот эта норма (второе предложение статьи 66 ГК РСФСР 1922 г.: «Право собственности приобретателя возникает в отношении индивидуально-определенной вещис момента совершения договора, а в отношении вещей, определенных родовыми признаками (числом, весом, мерой), — с момента их передачи».
  • [2] См.: статью 67: «Передачею признается вручение вещей приобретателю, а также,поскольку из договора не вытекает иное, вручение приобретателю или сдача на почту,для отправления по указанию последнего, распорядительного документа на товары(накладной, коносамента, складочного свидетельства и т.п.) или вручение отчужденных без обязательства доставки вещей возчику для отправки их по распоряжению приобретателя, или сдача вещей на почту для пересылки их по указанию приобретателя».
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >