Спортивная психология в России (СССР) в первой половине XX века

В первом-втором десятилетиях XX в. начала складываться российская библиография психологии физической культуры и спорта. В нее, наряду с "Психологией спорта" В. Ф. Чижа, вошли работы А. П. Нечаева, Т. Р. Никитина, А. Ц. Пуни, П. А. Рудика, З. И. Чучмарева и других авторов. Интерес к формирующейся науке во многом послужил стимулом для открытия в 1930 г. в Государственном Центральном институте физической культуры Наркомздрава кафедры психологии. С 1932 г. ее возглавил Петр Антонович Рудик (1893—1983).

П. А. Рудик окончил философский факультет МГУ в 1915 г., а в 1919 г. поступил на работу в Центральный институт физической культуры, которому посвятил всю жизнь. Его первой печатной работой, посвященной спорту, была статья "Исследование реакции в применении к основным вопросам физической культуры" (1924). В скором времени библиография отечественной спортивной психологии пополнилась публикациями "Влияние мускульной работы на процесс реакции" (П. А. Рудик, 1925) и "Значение внушения и подражания в деле физического воспитания" (Т. Р. Никитин, 1926).

По свидетельству современников — сотрудников возглавленной им кафедры психологии, П. А. Рудик не был блестящим знатоком спортивной деятельности, однако, сумев привлечь молодых психологов со спортивным прошлым, стал "вдохновителем, организатором и руководителем научных исследований по многим направлениям психологии спорта". Уже по ранним работам можно проследить включение психологических исследований в различные виды спорта: "Психология шахматной игры на основе психологических испытаний участников Международного шахматного турнира в Москве в 1925 году" (в соавторстве с И. Н. Дьяковым и Н. В. Петровским),

"Психотехнические испытания боксеров — участников международного матча" (в соавторстве с Т. Р. Никитиным, 1928) и др. По последней работе видно, что Рудик привлекал к психологической работе специалистов "смежных" специальностей. В основном это были врачи, работающие со спортсменами. Один из них, Т. Р. Никитин, в дальнейшем стал разработчиком так называемой "статической" дыхательной гимнастики.

В 1934 г. было принято решение о создании в рамках кафедры психологической лаборатории со штатом в 13 человек. Предполагалось, что ее практико-ориентированная деятельность будет способствовать повышению производительности труда на предприятиях, а также в школах. Подобная "прикладная" направленность тогда была востребована в советской стране, о чем говорят названия некоторых работ П. А. Рудика: "Вопросы научной организации труда в школе" (1925), "Опыт психотехнических испытаний телефонисток" (1927), "Опыт исследования осведомленности библиотекарей" (1930) и ряд других.

Однако научная деятельность этой лаборатории даже не началась, так как ее основной инструментарий (тесты) не всегда соответствовал марксистско-ленинской идеологии. В то время любое явление рассматривалось с позиций коммунистического мировоззрения. Чтобы показать особенности развития спортивной психологии, так же как и любой другой науки в СССР, процитируем фрагмент из Большой Советской энциклопедии (т. 47, 1940): "Как зап.-европейская, так и американская психология, оставаясь в плену буржуазных философских идей, полностью прошла мимо работ основоположников марксизма, имеющих решающее значение для психологии... Работы Маркса и Энгельса обеспечили возможность развития подлинно научной материалистической психологии лишь после победы в СССР пролетарской революции". Несколькими годами позже психология в нашей стране развивалась под таким девизом как "Очистить советскую психологию от безродного космополитизма".

Успешность научной и административной деятельности П. А. Рудика, как и многих других советских ученых того времени, определялась степенью следования идеологии общественного строя. Политике правящей коммунистической партии соответствовали такие его "разоблачительно-обличающие" работы, как "Буржуазные влияния в психотехнике" (1933) и "Педологические извращения и физическая культура" (1934).

Вместе с тем, вклад П. А. Рудика в развитие спортивной науки был достаточно велик. Это послужило основанием для создания целого направления в спортивной психологии, получившего название "Рудиковская школа". Под его руководством сотрудники кафедры разработали программу, соответствующую профилю института физической культуры и впитавшую лучшие достижения психологической науки того времени. Программа состояла из двух разделов: 1) общая психология, рассматривающая основные теоретические вопросы; 2) психология спорта, направленная на решение прикладных проблем спорта и физической культуры. Основные результаты деятельности научной школы П. А. Рудика выразились в том, что впервые в отечественной и мировой психологической науке были определены понятие, содержание и задачи психологической подготовки, разработаны методы и классификация видов подготовки и определена роль тренера в этом процессе; поставлен вопрос об унификации методов диагностики.

Под его руководством и при его участии были осуществлены исследования по четырем основным направлениям. Это исследования:

  • 1) общих психологических особенностей спортивной деятельности;
  • 2) проблем психологии личности спортсмена, психологии спортивной деятельности и особенностей эмоционально-волевых процессов;
  • 3) проблем обучения физическим упражнениям и спортивной тренировки, процесса формирования и совершенствования двигательных навыков;
  • 4) некоторых сенсорных процессов и двигательных реакций в их отношении к физическим упражнениям.

Кроме того, П. А. Рудик подготовил значительное количество научных работ и разработал первую учебно-методическую документацию для институтов физической культуры.

Во второй половине 1920-х гг. увидели свет работы будущего основателя ленинградской научной школы психологии физической культуры и спорта А. Ц. Пуни (1898—1986). С юности он активно занимался спортом: легкой атлетикой, гимнастикой, теннисом, футболом. Будучи уже сотрудником ГДОИФКа им. П. Ф. Лесгафта, играл вратарем за сборную института по футболу. В 1926 г. ученый, проживавший тогда в г. Вятке (Киров), опубликовал "Методическое письмо о физической культуре в школе", а позже в соавторстве с Н. Ф. Костровым — статьи, посвященные спорту: "Психофизиологическое влияние пинг-понга" и "Опыт изучения влияния лыжных соревнований на психику лыжников" (1930).

Город, бывший "колыбелью революции", не мог остаться в стороне от современных веяний. В 1929 г. во многом по инициативе А. Ц. Пуни в Институте физической культуры им. П. Ф. Лесгафта в Ленинграде был создан отдел психологических исследований, а вскоре и открыта кафедра психологии. Став ее первым руководителем, он за время своей научной работы установил ряд закономерностей образования двигательных навыков в спортивной деятельности, выявил особенности мышечных ощущений, двигательной памяти, внимания, тактического мышления, дал психологическую характеристику общих и специфических условий спортивной деятельности. Впервые в психологии спорта он выявил роль представлений движений, что послужило основой для концепции идеомоторной тренировки, а также разработал концепцию волевой подготовки в спорте.

Как психолог и как спортсмен А. Ц. Пуни понимал, какое большое значение для успешного выступления имеет предстартовое эмоциональное состояние спортсмена. Объясняя психофизиологический механизм этого явления, ученый выделил три формы предстартовых состояний. Это: боевая готовность (оптимальное эмоциональное состояние), предстартовая лихорадка и предстартовая апатия (неблагоприятные эмоциональные состояния).

Результаты его исследований нашли отражения в работах, основными среди которых считаются "Очерки психологии спорта" (1959), "Психологическая подготовка к соревнованию в спорте" (1969), "Психологические основы волевой подготовки в спорте" (1977), "Проблема личности в психологии спорта" (1980) и др.

Развитию спортивной психологии в России способствовало возникновение двух научных школ: московской П. А. Рудика и ленинградской А. Ц. Пуни.

Развитие научных школ двух столиц шло в постоянном соперничестве, что в конечном итоге было полезно для обеих сторон. Среди представителей научной школы Пуни выделялись такие ученые как И. П. Волков, Г. Д. Горбунов, Ю. Я. Киселев, Н. Б. Стамбулова и др.

Расширяя сферу деятельности, А. Ц. Пуни большое внимание уделял сотрудничеству с представителями смежных отраслей психологии (например, с научной школой Б. Г. Ананьева), а также вовлекал в исследования по психологии спорта преподавателей спортивно-педагогических кафедр института.

Примечательна история самого института — одного из старейших в мире учреждений высшего профессионального образования в области физической культуры и спорта. Он был основан в 1896 г. в Петербурге как высшие Курсы воспитательниц и руководительниц физического образования, организованные П. Ф. Лесгафтом. В 1919 г. Государственному институту физического образования присвоено имя его основателя; в 1994 г. институт получил статус Академии, а в 2005 г. —Университета. В настоящее время Университет является единственным гражданским вузом страны, награжденным боевым орденом за подготовку резервов Красной Армии, а также участие в боевых операциях партизанского движения студентов и преподавателей во время Великой Отечественной войны.

Следует отметить, что московская школа спортивной психологии формировалась не только на кафедре психологии Государственного центрального института физической культуры. Говорить о научной школе как единстве факторов, включающих общность идей, направленность стиля работы, преемственность принципов и методов, можно стало после того, как в 1933 г. в Москве начал свою работу Центральный научно-исследовательский институт физической культуры (ЦНИИФК).

Уже в 1937 г. институту было поручено осуществлять координацию научных исследований, проводимых в сфере спорта в масштабах всей страны. Прогрессивным нововведением стало создание в 1940 г. при институте Центральной библиотеки переводов, что позволяло спортсменам, тренерам и ученым знакомиться с зарубежным опытом в соответствующей сфере науки и спорта.

Серьезный стимул к развитию отечественная спортивная психология получила после войны, когда советские спортсмены вышли на широкую международную арену. В это время начала восстанавливаться разрушенная инфраструктура физкультурно-спортивного движения: строились новые стадионы, открывались институты физической культуры.

Участие советских спортсменов в международных соревнованиях привело к насущной потребности в серьезной психологической подготовке, как самих спортсменов, так и научно-педагогических кадров в этой области. В 1946 г. была создана аспирантура при кафедре психологии ГДОИФК им. П. Ф. Лесгафта, а в 1948 г. — комиссия по психологии спорта при научно-методическом (позже — научном) совете Комитета по физической культуре и спорту при Совете Министров СССР.

Учитывая политическую важность и престижность спортивных побед в глазах мирового сообщества, в послевоенные годы советское руководство дает "зеленую улицу" развитию спортивной науки. Психология спорта становится обязательной составной частью психологического образования студентов институтов физической культуры, независимо от факультета. В Центральном НИИ физической культуры, открытом еще до войны, в 1947 г., по инициативе директора НИИ И. А. Крячко, создается кабинет психологии спорта под руководством С. Г. Геллерштейна. Однако после печально знаменитой

Павловской сессии Академии наук СССР в 1952 г. началась официально инспирированная кампания против психологов и других специалистов в области антропологических наук, якобы игнорирующих условно-рефлекторное учение И. П. Павлова. Особенно досталось таким "идеалистам" как Н. А. Бернштейн, А. Д. Новиков, В. С. Фарфель, С. Г. Геллерштейн. Последний был вынужден покинуть ЦНИИФК, а вместе с этим закрыли и кабинет психологии спорта.

Нельзя не отметить то влияние, которое оказал на развитие спортивной психологии Николай Александрович Бернштейн (1896—1966). В 1919 г. он окончил медицинский факультет МГУ. Понимая важность применения в науке математического аппарата, Н. А. Бернштейн прослушал курсы на математическом факультете университета. В 1922 г. он инициировал открытие лаборатории биомеханики в Центральном институте труда. С 1936 по 1950 г. он возглавлял лабораторию по изучению движений в Центральном НИИ физической культуры. В своей концептуальной работе "О построении движений" (1947) Н. А. Бернштейн опровергал принцип рефлекторной дуги как механизма организации движений, заменяя его принципом рефлекторного кольца. При этом он предложил совершенно новый принцип управления движениями, названный им принципом сенсорных коррекций. Работы Н. А. Бернштейна во многом составляют основу современной биомеханики спорта.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >