Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow ВВЕДЕНИЕ В ИЗУЧЕНИЕ СОЦИОЛОГИИ
Посмотреть оригинал

ОБЪЕКТИВИЗМ И СУБЪЕКТИВИЗМ В СОЦИОЛОГИИ

Общие предварительные соображения.

Различие, существующее между социологическими теориями, обусловливается, между прочим, и тем, что отдельными социологами неодинаковым образом понимаются взаимные отношения между объективными и субъективными элементами науки, причем, кроме того, объективизму и субъективизму дается далеко не одинаковое определение. Конечно, подобно всякой положительной науке, социология должна быть объективна в том смысле, чтобы в ней все зависело от данных, представляемых самим объектом, и ничего не зависело от личного произвола отдельных социологов. Это как раз то самое требование, которое формулировано было Контом, когда он говорил, что в положительной науке воображение должно необходимо и непрерывно подчиняться наблюдению, а не наоборот, как это делается в метафизике. В частности, Конт имел в виду политическую метафизику XVIII в., которая действительно строила свои системы путем творчества идеала, а не путем исследований действительности. Некоторые писатели прошедшего столетия сами заявляли, что для получения правильных общественных взглядов достаточно читать в своем собственном сердце. Дело в том, однако, что путем воображения и чистого умозрения они создавали системы, которые должны были не только представить, каковы настоящие принципы идеального устройства, но и объяснить, на каких началах основывается в самой действительности общественная жизнь человека. Приемы, годные для решения вопроса о том, каково должно быть общество, прилагались к решению вопроса о том, что представляет собою общество в действительности, и вот тут-то наблюдение, как выражается Конт, совершенно подчинялось воображению.

Таково первое различие между субъективизмом и объективизмом. Это — различие двух задач, которые, конечно, не должны смешиваться одна с другою, но из коих одна отнюдь не мешает другой. Оставаясь строго верными требованию научного объективизма в области исследования общественных явлений, мы в то же самое время можем воображать такие социальные формы, которые удовлетворяли бы наше нравственное чувство или вообще соответствовали бы нашим представлениям о должном. В данном случае субъективизм только дополняет объективизм, и весь вопрос заключается в том, нуждается ли социология в таком дополнении или нет. Сам Конт решил его для себя в первом смысле: за «Курсом положительной философии», спустя некоторое время, последовала «Система положительной политики». Последователи Конта по данному вопросу разделились. Те из них, которые приняли позднейшее учение Конта, признали, что в этом дополнении главным образом и заключается вся сущность позитивизма. Их противники обнаружили гораздо более научного духа, отвергнув позднейшие социологические воззрения Конта, но из того, что Конт дурно решил свою новую задачу, не все научные позитивисты сделали тот вывод, будто общественная философия должна ограничиваться — подобно естествознанию — одним исследованием действительности и абсолютно удерживаться от построения какого бы то ни было общественного идеала. Таким образом, и в самой научной социологической литературе образовалось два направления. Представители первого из этих двух направлений стали упрекать представителей второго в измене требованиям научности, но при этом, с одной стороны, они не вполне верно понимали самую сущность субъективной точки зрения, а с другой стороны, допускали такое толкование объективной точки зрения, которое само вызывает сильные возражения во имя «подчинения воображения наблюдению».

Во-первых, социологический субъективизм вовсе не может рассматриваться как измена научному духу. В нем нет ни малейших признаков какого бы то ни было влияния метафизических идей на решение вопроса о том, что такое общество и какие законы управляют общественными явлениями. И в представлении субъективистов социология должна быть прежде всего положительною наукою, далекою от метафизических споров о сущности вещей и тем самым независимою от метафизики. С этой точки зрения субъективная социология не нуждается в предпосылках материализма или спиритуализма совершенно так же, как не нуждается в них современная научная психология, по-видимому, стоящая еще ближе по самому своему предмету к метафизическим вопросам, чем социология. Представители субъективного направления думают только, что одно объективное изучение общественных явлений и форм без субъективной их оценки и идеальных представлений о том, каково должно быть общество, не может дать полного социологического понимания. Но в общих принципах, на основании коих они производят свою оценку и строят свои идеальные представления, нет ничего метафизического, если только не считать таковым принципа личности, по отношению к которой социальные формы могут казаться дурными или хорошими и по отношению к которой только и может научно мыслиться совершенное общество. С другой стороны, социологический субъективизм далек от каких бы то ни было пристрастий, столь часто искажающих объективную истину, например, в такой науке, как история. Субъективное направление осуждает социальный индифферентизм, но оно вовсе не требует, чтобы наука принимала какую-либо национальную, конфессиональную, партийную и т. п. окраску. На изучение того, что есть, как оно есть, вовсе не должна иметь влияния случайная принадлежность исследователя к тому или другому народу либо государству, к тому или другому вероисповеданию либо церкви, к тому или другому общественному классу либо партии. Таким образом, социологический субъективизм отнюдь не сходит с той же почвы, на которой утверждает себя объективизм, когда протестует против зависимости положительной науки об обществе от метафизических предположений и разного рода пристрастий общественного характера. Если бы субъективисты открыто заявляли и проводили на практике принцип, в силу коего социология должна подчиняться, с одной стороны, метафизике, а с другой, — так сказать, злобе дня со всеми ее пристрастиями и несправедливостями, то, разумеется, они подлежали бы только осуждению. Но этого нет, или, по крайней мере, не всегда так бывает, и спор между субъективистами и объективистами касается совершенно других вопросов.

Другая сторона дела заключается именно в том, что можно односторонне понимать и самый объективизм, неверно представлять себе и его требования. Подчиняя воображение наблюдению, Конт разумел под последним исключительно наблюдение, направленное на данные опыта внешнего. Известно, что все явления, могущие быть предметом научного знания, даются нам или в опыте внешнем, или в опыте внутреннем. Конт только за явлениями первого рода признавал научное значение. На психологию он смотрел как на простой отдел физиологии и не допускал в ней того, что называется самонаблюдением. Его в этой области интересовали лишь объективные физиологические процессы, происходящие в человеческом организме, а не те субъективные состояния нашего я, коими сопровождаются для нас эти процессы. Подобного рода односторонний объективизм возможен и в социологии. И здесь он равносилен устранению из общественной жизни ее психических элементов, т. е. равносилен одностороннему рассматриванию одних внешних форм общественной организации без многоразлично связанных с ними психических состояний отдельных индивидуумов, из коих складывается общество. Устраняя из своего рассмотрения эту субъективную сторону общественных явлений, односторонний социологический объективизм упускает из виду, что общественные формы существуют не только не сами по себе, но и не для самих себя. Субъективная сторона социальных фактов заключается, между прочим, в том действии, какое они, эти факты, оказывают на членов общества. Общественные формы являются причинами людского благополучия или неблагополучия и с этой стороны вызывают ту или другую оценку самих членов общества. Социологическое понимание не может быть полным, если мы будем рассматривать общество независимо от того, какое значение имеют те или другие его политические, юридические и экономические формы для лиц, его составляющих. Научный объективизм, являющийся синонимом беспристрастия, не должен быть синонимом бесстрастия в смысле нравственной апатии и общественного индифферентизма, а между тем для некоторых социологический объективизм должен был бы быть равносильным как раз и той, и другому. Наконец, одностороннее объективное отношение к социальным явлениям требует, чтобы их последовательность и преемственность рассматривались исключительно с точки зрения существующих между ними причинных связей и эволюционных отношений, как будто происходящие в обществе изменения не улучшают и не ухудшают общества и тем самым не отражаются на благополучии составляющих его единиц. Становясь на точку зрения личности и признавая законность творчества общественных идеалов, и субъективисты находят возможным говорить об историческом прогрессе или регрессе, вкладывая в эти слова смысл известного рода оценки. Представители строгого социологического объективизма и это находят ненаучным, утверждая, что социология имеет право говорить лишь о развитии, а не о совершенствовании, только об эволюции, а не о прогрессе.

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы