БЕСЕДА С КОРРЕСПОНДЕНТОМ «МАНЧЕСТЕР ГАРДИАН» 20 июня 1923 г.

В беседе с корреспондентом «Манчестер гардиан» Чичерин высказался следующим образом:

— Период, последовавший за ультиматумом Керзона[1], был периодом оживленных дипломатических сношений, и вопреки первоначальным ожиданиям развитие добрых отношений между нами и другими странами не только не было задержано, но было подкреплено заключением новых, более обширных соглашений.

На другой день после британского ультиматума Франция телеграфно пригласила русский Красный Крест в Марсель, в то время как наша комиссия до этого полгода ждала разрешения. Торговые делегаты, связанные с влиятельными финансовыми и коммерческими кругами Франции, находятся сейчас в Москве и ведут с нами переговоры.

Опубликование телеграмм Амадори в «Манчестер гардиан» привело в результате к тому, что Италия отозвала Амадори и заменяет его другим представителем.

На вопрос о том, кто именно является этим представителем, Чичерин ответил, что из Риги выехал Пиацинтини в качестве временного представителя. Таким образом, взаимоотношения с Италией не только не ослабли, а, наоборот, были укреплены подтверждением желания итальянского правительства вступить с нами в более тесные экономические сношения.

Дания на днях ратифицировала торговый договор, и г-н Клан прибыл в Москву для обмена ратификационными грамотами.

В Швецию мы только что назначили нового представителя, который направляется туда со специальной целью поставить наши отношения со Швецией на более правильную базу. Заявления членов шведских правительственных кругов заставляют нас думать, что его миссия увенчается успехом.

Одна из величайших держав мира — Япония находится накануне формальных переговоров с Россией. Вопрос о японском рыболовстве в русских водах урегулирован самым удовлетворительным образом. Этот вопрос касался рыбной ловли в территориальных водах, где прежнее время Япония всегда платила за право рыболовства. Японцы согласились возобновить платежи и уплатить за то время, когда они занимались рыболовством без платежа, — в период сибирской интервенции. Частные переговоры с нашим представителем в Токио заставляют нас думать, что соглашение с Японией не натолкнется на непреодолимые препятствия. Широкие круги японского общества довольно решительно заявили себя сторонниками установления более благоприятных отношений с Россией, и наш представитель все время является предметом сочувственных демонстраций.

Что касается Америки, то мы еще не видим признаков перемены отношений к нам со стороны американского правительства, но увеличивающееся число сенаторов, конгрессменов и выдающихся финансовых деятелей (как, например, председатель Нью-йоркской торговой палаты Ирвинг Буш), приезжающих в Россию, свидетельствует о некотором переломе.

Договор в Рапалло положил основание для наших отношений с Германией. Сейчас ведутся предварительные переговоры о конференции по торговому договору, и мы надеемся, что конференция откроется очень скоро.

С нашими соседями, позиция которых представляет собой интерес для нас, потому что мы находимся с ними в непосредственном повседневном соприкосновении, отношения наши в течение всего этого периода были также весьма удовлетворительны.

Мы только что заключили договор с Финляндией о навигации по Ладожскому озеру и Неве помимо ряда мелких соглашений экономического характера. Репатриации амнистированных карелов на полном ходу, и все другие вопросы на пути к окончательному урегулированию.

С Эстонией мы подготовляем железнодорожную конвенцию, а с Латвией и Эстонией ведем переговоры о торговом договоре.

Что касается Польши, то мы считаем недавнюю перемену кабинета важной в том смысле, что новое правительство обнаруживает желание отказаться от системы авантюр, и лидеры его заявляют себя сторонниками мирного делового отношения с Россией. Конечно, мы считаем новый кабинет весьма консервативным и политическо-экономи- ческие идеалы его далекими от наших, но это дело польского народа, и мы отнюдь не считаем себя призванными вмешиваться во внутренние дела Польши.

Когда корреспондент газеты указал Чичерину на заявление Витоса о польско-русских отношениях, Чичерин ответил:

  • — Я предпочел бы, чтобы Витое не нападал на нас в той обычной фантастической форме, как он это сделал, заявляя, что Польша — барьер против распространения большевизма и т. п. Это, по английскому выражению, «подыгрывание под галерку» вряд ли соответствует положению серьезного государственного деятеля, каковым является Витое и, насколько мы можем предположить, желает таковым считаться. Я думаю, что Витое гораздо больше содействовал бы той цели, к которой и мы и он стремимся, а именно к установлению добрососедских отношений, если бы он вместо дешевой фразеологии дал бы торжественное заявление об отказе от организации бандитских налетов, которые до сих пор мешали быстрому выполнению Рижского договора. Мы со своей стороны были бы только рады устранить всякие мелкие формальные затруднения и прийти к трезвому деловому обсуждению наших общих потребностей и тех путей, которые могли бы их удовлетворить. Мы уверены, что при известной лояльности и доброжелательности можно достигнуть многого в деле экономического сближения между нами и Польшей. Если нам будет сделано соответствующее предложение, то мы готовы войти в открытые подробные переговоры о всех остающихся еще неразрешенными вопросах в целях быстрого и удовлетворительного урегулирования их.
  • ?Известия* № 135 (1872),
  • 20 июня 1923 г.

  • [1] Ультиматум министра иностранных дел Англии Керзона былнаправлен Советскому правительству 8 мая 1923 г. В нем было выдвинуто ложное обвинение против Советского правительства, которое якобы вело антибританскую пропаганду в Афганистане. Иранеи Индии; в ультиматуме также содержался протест против законныхрепрессий Советского правительства в отношении шпионов и контрреволюционеров. Советское правительство в ноте от 11 мая отверглолживые обвинения, содержавшиеся в ультиматуме Керзона, и разоб:лачило истинные цели вдохновителей антисоветской политики английского правительства.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >