Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Философия arrow ОСНОВЫ ФИЛОСОФИИ
Посмотреть оригинал

Манихейство

Немного позже по следам гностиков пошли манихеи (название учения произошло от имени его основателя). Учение манихейцев также носило мифологический характер, но в его основании лежал вполне философский принцип: добро и зло являются двумя изначальными субстанциями мира бытия, двумя самостоятельными космическими реальностями, смешение и борьба которых определяют наличное состояние вещей, а разделение — представляет последнюю цель мирового развития. Перенесенная в манихейство из персидского маздаизма, эта идея влекла за собой и другие зороастрийские представления: отождествление добра со светом, зла с тьмой, аскетическое отношение к телу, запреты на пищу и т. д. Манихейство, несмотря на надуманность учения, гонения со стороны отцов церкви, в том числе Августина, не исчезло с исторической сцены, а отозвалось в Средние века эхом великих еретических движений богумилов, павликиан, катаров.

Христианская апологетика. Ориген, Тертуллиан

Первые попытки обосновать христианское мировоззрение философскими или, во всяком случае, логическими средствами принадлежит апологетам. Термин «апологетика» характерен для ранней стадии христианского философствования, так как сочинения авторов этого периода носили характер апологий, т. е. сочинений, ставивших своей целью защиту и оправдание первых христиан в глазах власть имущего язычества. Однако помимо этой «ходатайственной» цели апологеты стремились выработать по возможности убедительную и цельную христианскую позицию (табл. 3.1). Они обладали не столько оригинальностью и глубиной мысли, сколько идейной убежденностью и эффективностью аргументации: их задачей было не открытие, а убеждение и доказательство.

Таблица 3.1

Структура и основные представители апологетики

Виды апологетики

Представители

Грекоязычная

Юстин, Афинагор, Ипполит

Александрийская школа

Климент, Ориген

Латинская

Тертуллиан

Грекоязычными апологетами были разработаны основные виды аргументации в пользу приоритета христианской мудрости над языческой — универсальность, простота, единство, авторитетность, древность. С них начинается многовековая история сознательной ассимиляции христианскими мыслителями элементов языческой философской культуры.

В сравнении с раннегреческими апологетами Климент и Ориген были менее враждебными языческой культуре и более просвещенными. Климент Александрийский преследует не столько апологетическую, сколько миссионерскую цель — обращения в христианство образованного язычника. Именно Климент впервые обстоятельно рассматривает проблему соотношения веры и знания, теологии и философии, пытается «христианизировать» философию и «философизировать» христианство. Климент пытается доказать, что языческая философия не является абсурдной с точки зрения христианского вероучения, согласно которому она служит «приуготовлением» к христианству и поэтому заслуживает уважения и изучения. Дисциплиной, имеющей абсолютную ценность, для Климента является теология. Философия лишь служанка теологии, но при этом она остается госпожой других естественных наук.

В споре с гностиками раскрывается другая сторона позиций Климента по вопросу о соотношении знания и веры, в которой он подчеркивает значение веры. Климент утверждает доступность веры, рассматривает ее как готовый дар, данный человеку, и как неотъемлемую часть процесса познания. Главным аргументом он считает тезис о неразрывной связи знаний и веры. В любом знании, по его мнению, содержится элемент веры, а христианский гносис (знание) является той же христианской верой, но доведенной до понимания посредством интеллектуального осмысления. Подлинный гностик — это верующий христианин, но достигший совершенства в познании своей религии. Вышеизложенное позволяет подчеркнуть, что Климент Александрийский первым в истории христианской мысли отчетливо формулирует знаменитый принцип гармонии, веры и разума, становясь в решении этой проблемы предшественников Августина, Ансельма, Фомы и других классиков Средневековья.

Первым систематизатором мировоззренческих и теологических воззрений христианства по праву считается Ориген. Он старался максимально прояснить и рационализировать христианские догматы. Он высоко ставил человеческий разум и философию, но еще выше ставил веру и религию. Для него интеллектуальная деятельность не являлась самоцелью, а выступала средством, при помощи которого можно было прояснить положение религии. Напротив, христианские догматы, считал Ориген, не содержат в себе ничего противоразумного или противоестественного. В этом отношении оригеновская точка зрения была выражена следующим тезисом: «Правильно понятая Библия не мешает здравой философии, правильно примененная философия не вредит Библии».

Основными теологическими и философскими понятиями Оригена являются бог, логос, мир, душа, свобода. Вывод Оригена о боге как чистой мысли, мыслящей самое себя, имел в истории христианского учения трудно переоценимое значение[1]. Благодаря ему, христианство постепенно освобождалось от стоического влияния, замещая его платоническим идеализмом и спиритуализмом. Ориген перенес из античных кладовых идею нематериальное™ бога, нематериальное™ души, идею материального чувственного мира как отражение мира духовного и умопостигаемого.

Ознакомившись с материалом предложенной для изучения литературы, попытайтесь ответить на вопрос, можно ли Оригена назвать мыслителем, положившим начало истории христианской философской спекуляции?

Квинт Тертуллиан (ок. 160—222) — наиболее крупная фигура латинской апологетики, идейными учителями которого были киники и стоики.

При полностью негативном отношении к античной философии Тертуллиан в философских дискуссиях почти всегда прибегал к стоико-киническим аргументам. Однако все философские школы Тертуллиан считал одинаково чуждыми христианству.

Он находился в глубокой оппозиции к современной ему цивилизации, считал, что она вообще испортила и извратила человека, подавила его естественные положительные наклонности, надстроив над ними целый мир искусственных и неистинных ценностей. К ним он относил слишком изощренную философию, изнеженное искусство, до крайности извращенную мораль и слишком аморальную религию.

По мнению Тертуллиана, христианская вера отвечает требованию простоты, содержит в себе истину в готовом виде и потому не требует ни доказательства, ни проверки. Из этих рассуждений следовали знаменитые формулы Тертуллиана: «Мы не нуждаемся в любознательности после Христа, не имеем нужды в исследовании после Евангелия»; «в отношении правила веры не знать ничего — это значит знать все» и др.

Тертуллиан полностью исключал какую-либо интервенцию философии в сферу религии, но не исключал применение философских средств для оправдания религии. У философии могла остаться только объяснительная функция. Все споры о скрытом смысле библейских пассажей Тертуллиан считал бесполезным мудрствованием, которое может только «расстраивать желудок». Он предпочитал буквальное толкование священных текстов, даже если оно противоречило самым элементарным требованиям логики. Так родилась приписываемая Тертулли- ану максима: Creologuia absurdum est («Верую, ибо абсурдно»).

Тертуллиан отрекался от античного разума и интеллектуализма, а не от разума вообще, считал, что искру истины в современном ему мире следует искать в глубинах инстинктивной природы человека. Только природная, неприобщенная к культуре душа человека, есть христианка, — говорил Тертуллиан. Именно такая душа легко принимает веру без доказательств.

Важно понять, что Тертуллиан был мыслителем не только христианским, но и церковным. В эпоху сектантского плюрализма его волновала проблема достижения организационного и идеологического единства церкви Главную причину сепаратизма он видел в гностицизме, основой которого, по его мнению, была философия. Но Тертуллиан критикует не саму античную философию, а использование ее врагами церкви. Тертуллиан стал одним из первых христианских идеологов, выдвинувших идею непогрешимости церковного авторитета. Лучший способ найти истину, — говорил он, — это вовсе ее не искать, а только повнимательнее вслушиваться в то, что говорит официальная церковь.

В учении о знании и истине Тертуллиан всегда оставался верен своему основному принципу: истинное знание имеет своим источником или веру, или природу. Под верой он всегда понимал «чистую веру», без примеси рационализма, под природой — эмпирически понятый материальный мир и человеческую природу как часть этого мира. При этом принцип веры у Тертуллиана всегда оказывался выше принципа природы, так как он последовательно придерживался христианской идеи творения мира богом.

  • [1] Подчеркнем, что Ориген не сумел реализовать заповедь Климента о равновесииверы и знания, так как отклонялся то в сторону философии, то религии.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы