ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ КОМПЛЕКСНОЙ СУДЕБНОЙ ПСИХОЛОГО-ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ

Ошибки при назначении комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы

Они касаются в основном неправильного определения вида экспертизы — однородной или комплексной.

При определении вида экспертизы (назначать СПЭ или КСППЭ) можно выделить следующие основные ошибочные варианты:

  • 1) следователем или судом назначается КСППЭ, когда достаточно назначить однородную судебно-психиатрическую экспертизу. В результате в заключении экспертизы даются ответы только на вопросы, входящие в компетенцию психиатра, и утрачивают свое значение вопросы, требующие специальных знаний в психологии. Например, обвиняемый совершил преступление под влиянием галлюцинаторных переживаний или бредовых мотивов и по результатам КСППЭ признан невменяемым. Такого рода экспертные решения встречаются примерно в 20% случаев. Конечно, далеко не всегда можно при назначении экспертизы предугадать, какие решения примут эксперты, но ряд таких случаев был достаточно очевиден — например, обвиняемый в убийстве нескольких человек давно болен шизофренией, неоднократно перенес бредовые приступы (что подтверждается медицинской документацией), а следователь необоснованно назначил КСППЭ;
  • 2) следователем или судом назначается КСППЭ, но в постановлении (определении) отсутствуют вопросы, относящиеся к компетенции эксперта-психолога. В каждом десятом документе о назначении КСППЭ не содержится вопросов к психологам. С какой же целью в таком случае назначается не судебно-психиатрическая, а комплексная экспертиза? Скорее всего, во многих случаях происходит элементарная путаница из-за незнания следователем специфики КСППЭ по сравнению с судебно-психиатрической экспертизой. Этому способствуют и некоторые публикации, в которых преувеличивается роль КСППЭ, ошибочно утверждается, что юридический критерий вменяемости-невменяемости должен устанавливать эксперт-психолог;
  • 3) следователем или судом назначается судебно-психиатрическая экспертиза, но в постановлении (определении) содержатся вопросы, которые не входят в компетенцию эксперта-психиатра, но относятся к компетенции эксперта-психолога. Такие случаи более редки, чем вышеописанные, но они также встречаются. Здесь очевидна ошибка при выборе вида экспертизы — следователя интересуют обстоятельства, входящие в компетенцию эксперта-психолога, но он не различает его компетенцию и компетенцию психиатра и неверно полагает, что психиатр может решить вопросы об аффекте, ИПО и т.п. Бывает перепутана даже компетенция психолога и сексолога — известны случаи, когда в постановлении о назначении сексолого-психиатрической экспертизы были сформулированы вопросы только к психиатру и психологу;
  • 4) следователем или судом назначается судебно-психиатрическая экспертиза. В постановлении (определении) все вопросы сформулированы правильно, все они входят в компетенцию эксперта-психиатра. Но при первичном осмотре подэкспертного, при ознакомлении с материалами уголовного дела и медицинской документацией эксперты-психиатры сами приходят к выводу, часто после консультаций с психологом, что в данном случае существуют обстоятельства, имеющие значение для дела, установление которых входит в компетенцию эксперта-психолога, но по поводу которых вопросы поставлены не были. Здесь ошибка следователя совсем другого рода, чем в предыдущем случае: он не путает компетенцию психиатра и психолога, он неверно оценивает следственно-экспертную ситуацию и не видит обстоятельств, требующих комплексного экспертного исследования. Наиболее часты ошибки, связанные с необходимостью квалификации деяния по ст. 107,113 УК РФ, т.е. отсутствует вопрос об аффекте;
  • 5) наконец, целый ряд КСППЭ назначается в тех случаях, когда можно было ограничиться однородной СПЭ. В ошибочных постановлениях и определениях примерно в одном случае из 70 при назначении КСППЭ и судебно-психиатрической экспертиз формулируются вопросы, входящие в компетенцию только психолога. Гораздо больше случаев, когда при формально верном оформлении документа о назначении КСППЭ можно было бы ограничиться однородной СПЭ. Например, обвиняемой в убийстве своего мужа назначена третья повторная КСППЭ из-за сомнений суда в экспертном установлении состояния аффекта в момент убийства. Все три предыдущие КСППЭ, проведенные в разных экспертных учреждениях, пришли к однозначному мнению, что обвиняемая представляет собой психопатическую личность истеровозбудимого круга, способна осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, по па двух экспертизах был диагностирован аффект, а на третьей сделан вывод об его отсутствии. В данном случае очевидна необходимость производства не КСППЭ, а только СПЭ.

При всем разнообразии рассматриваемых ситуаций можно допустить две крайние позиции при их решении. Первая из них исходит из формального положения о том, что каждый раз должен проводиться тот вид экспертизы, который назначен. Вторая позиция основана на том, что каждый раз должен проводиться тот вид экспертизы, который действительно необходим.

В подобных ситуациях необходимо руководствоваться нс формальными основаниями, а принципом всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела. Этим принципом должны руководствоваться все участвующие в уголовном процессе лица, в том числе и эксперты. Согласно этому принципу эксперты должны ответить на все поставленные перед ними вопросы (при условии, что их решение входит в компетенцию эксперта и что предоставленные материалы позволяют сделать это), а также могут дать заключение по обстоятельствам, по которым вопросы не ставились.

Поэтому в п. 4 Методических рекомендаций об организации производства комплексных экспертиз в судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации, утвержденных на 19-м заседании Федерального межведомственного координационно-методического совета по судебной экспертизе и экспертным исследованиям 13 декабря 2007 г., закреплено положение: "В случаях, когда при ознакомлении с представленными на исследование материалами либо в ходе производства отдельных экспертиз выявлена необходимость проведения комплексной экспертизу)!, ее производство организуется руководителем учреждения". Аналогичное положение содержится в п. 7 Инструкции об организации производства судебно-психиатрических экспертиз в отделениях судебно-психиатрической экспертизы государственных психиатрических учреждений, утвержденной приказом Минздравсоцразвития России от 30.05.2005 № 370: "Руководитель обязан: при получении постановления или определения о назначении экспертизы поручить се производство конкретному эксперту или комиссии экспертов данного учреждения, которые обладают специальными знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные вопросы".

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >