ИСТОРИЧЕСКИЕ ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ ГЕОГРАФИИ: ГЕОГРАФИЯ В КОНТЕКСТЕ МИРОВОЙ ИСТОРИИ

Исторический подход органичен для понимания наиболее сложных явлений. Он важен для понимания современных процессов и для предвидения будущего. Пренебрежение историческим анализом теоретически и практически разоружает исследователя. Сейчас сильно возрастает роль эвристических подходов: творческая интуиция, умение найти нужный аналог, нередко дают больше, чем самые кропотливые расчеты. Как известно, наука развивается но спирали: мысли, некогда высказанные и не

Прошлое — пролог будущего.

Шекспир В.

Дикость, подлость и невежество не уважают прошедшего, пресмыкаясь перед одним настоящим.

Пушкин А.С.

Полнее сознавая прошедшее, мы уясняем современное; глубже опускаясь в смысл былого, раскрываем смысл будущего; глядя назад, шагаем вперед.

Герцен А.И.

Культура человека прямо пропорциональна знанию прошлого.

Гумилев Л.Н.

Незнающий прошлого, не может думать о будущем.

Рерих Н.К.

Для того чтобы протянуть длинную мысленную пить в будущее, нужно иметь ей достаточно длинный противовес в прошломлинию, столь же протяженную в прошлых столетиях.

Лихачев Д.С.

нашедшие поддержки у современников, могут таить в себе зерна будущих открытий; даже термины, опередившие свое время, иногда завоевывают признание спустя длительное время. Напомним, например, что термин «экономическая география», впервые предложенный М.В. Ломоносовым, лишь спустя почти 150 лет стал названием одной из важнейших географических наук.

Выдающиеся ученые высоко расценивали эвристическую роль истории науки.

Как писал академик В.И. Вернадский, «история науки не может быть безразличной для всякого исследователя... Важно знать прошлое своей науки, чтобы понимать ее настоящее. Только таким путем возможна правильная и полная оценка того, что добывается современной наукой, что выставляется ею как важное, истинное или нужное... Особенно при крутом переломе понятий и пониманий происходящего, при массовом создании новых представлений и исканий неизбежно стремление связать их с прошлым. Часто это историческое изучение является единственной возможностью их быстрого проникновения в научную мысль и единственной формой критической оценки, позволяющей отличать ценное и постоянное в огромном материале, создаваемом человеческой мыслью. Значительная часть этого материала имеет преходящее значение и быстро исчезает. Чем скорее можно это понять, тем быстрее будет движение нашей мысли, рост нового научного миропонимания. Такой отбор научного и важного точнее и быстрее всего может быть произведен при историческом измерении. История науки является в такие моменты орудием достижения нового... Научное изучение прошлого, в том числе и научной мысли, всегда приводит к введению в человеческое сознание нового... Этот злободневный интерес к истории науки, помимо ее значения, как искания истины, мы не можем и не должны забывать».

Немецкий ученый А. Геттнер (1930) отмечал: «Только исходя из истории, мы можем понять настоящее... Полное понимание какой-либо науки возможно лишь тогда, когда мы проследим ее в историческом развитии... У географии связь с общей историей человечества выступает яснее, чем у большинства других наук... Важнейшие этапы мировой истории... одновременно и важнейшие этапы в развитии географии, причем впереди в одних случаях может идти определенное историческое событие, в других — расширение географического знания, иногда то и другое совпадает во времени. Ни одна наука не развивается изолированно, каждая из них опирается на общий прогресс мысли и успехи других наук. Но у географии эта зависимость особенно велика».

Четко и красноречиво эту зависимость определил другой немецкий ученый Ф. Ратцель: «Нельзя изучать географию, не зная ее истории. Это особенность данной науки. В других науках полезно знать их историю, в географии же это необходимо. Но история географии есть не просто история наукм, а существенная часть всемирной истории. Она показывает, как народ познает свою страну, а человечество — родную Землю» (Ратцель, 1903).

Развитие географической науки — очень сложный и многоаспектный процесс, связанный:

  • — с объективными потребностями общества на каждом историческом этапе его развития (эти потребности, в частности, изучаются исторической географией, анализирующей «временные срезы прошлого» — географические особенности природы, населения, хозяйства прошлых эпох);
  • — с историей географических открытий, под которыми следует понимать как первое посещение географического объекта и фиксацию его письменно на карте, так и открытие теоретических закономерностей;
  • — с местом географии среди других наук, т.с. с историей науки и культуры в целом;
  • — с логикой развития самой науки — формированием научных школ, деятельностью выдающихся ученых, включая субъективные стороны и особенности их деятельности, чему современное науковедение придает большое значение (по словам одного из современных специалистов в этой области, -«ресурсы человеческого ума следует изучать в неменьшей степени, чем ресурсы угля»; в то же время важно, чтобы процесс развития науки не представлялся как изложение высказываний отдельных ученых, а рассматривался как целостный процесс).

История географии и история человеческой цивилизации неразделимы. В этой книге, как уже отмечалось, автор стремится показать историю географии в контексте мировой истории, в том числе истории мировой науки и культуры. Поэтому в дальнейшем изложении периодизация истории географии принята в соответствии с принятой в исторической науке периодизацией истории общества: Древняя (античная) история, Средневековье, Новое время. Следует отметить, что некоторые историки географии придерживаются других периодизаций. Так, американские ученые П. Джеймс и Дж. Мартин выделяют в истории географических идей «три основных периода: классический период — от глубокой древности до 1859 г. (год смерти Гумбольдта и Риттера); второй период, характеризующийся становлением профессиональных географических кафедр в университетах (первая географическая кафедра была создана в 1874 г. в Берлинском университете, затем кафедры географии были созданы в Англии, Франции, России, позднее в США); третий период, названный современным, включают, как пишут авторы, «тугой клубок», в который сплелись новые и традиционные подходы в 1970-х и 1980-х годах».

Другие авторы выделяют в своих периодизациях как важнейший рубеж для географии период Великих географических открытий и т.д. Все эти соображения могут иметь место. Однако коль скоро в данной работе история географии рассматривается в контексте мировой истории, более правильным представляется принять периодизацию, основанную на периодизации мировой истории, которой мы и будем придерживаться в дальнейшем изложении, что, на наш взгляд, отвечает и логике развития самой географии; ее значение в истории человечества значительно шире и глубже лишь деятельности профессиональных географических кафедр.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >