Суть философского воззрения В.С. Соловьева

Выделим суть философского мировоззрения Вл. Соловьева.

Первое. В нём предметно проявляется религиозная, христианская позиция. Религиозный универсализм Владимира Соловьёва был обусловлен его философией "положительного всеединства" — представлением о фундаментальной целостности мира. "Я называю истинным, или положительным, всеединством такое, в каком единое существует не на счёт всех или в ущерб им, а в пользу всех. Ложное, отрицательное единство подавляет или поглощает входящие в него элементы и само оказывается, таким образом, пустотою; истинное единство сохраняет и усиливает свои элементы, осуществляясь в них как полнота бытия". С его точки зрения, человечество идёт к осуществлению всеединства в жизни. Эту реализацию всеединства он называл смыслом и целью единой универсальной мировой истории. В итоге общество должно достичь своего идеального состояния, где не будет разобщённости и конфликтов, а человечество сольётся с Богом в творческом единстве в процессе развития мира в его гармонии.

Второе. Отстаивая гуманистический универсализм, Владимир Соловьёв считал главным препятствием на его пути проповедь культурно-национальной изоляции. Поэтому критика его обрушилась на теорию культурно-исторических типов Н.Я. Данилевского (1822—1885 гг.), согласно теории которого мировой исторический процесс представляет собой постепенное развитие и смену обособленных, замкнутых культурно-исторических типов или самобытных цивилизаций. Н. Данилевский их представил так: 1) египетская, 2) китайская, 3) ассиро-вавилонско-финикийская, 4) халдейская или древнесемитическая, 5) индийская, 6) иранская,

7) еврейская, 8) греческая, 9) римская, 10) новосемитическая или аравийская, 11) романо-германская или европейская, 12) мексиканская, 13) перуанская, 14) русско-славянская. Последний тип признавался наивысшим, четырёхосновным, а Россия — наиболее ярким и полным его воплощением. Окончательное всемирное торжество русско-славянского типа, по мысли Н. Данилевского, наступит в результате грандиозной войны между Россией и Европой, в итоге которой Россия ассимилирует другие народы, имеющие неполный культурно-исторический тип.

Книгу Н. Данилевского "Россия и Европа" Вл. Соловьёв назвал "проповедью насилия и обмана" и подверг её критике с позиций христианского универсализма — мировая история не может быть расчленённой и раздробленной. Статья Вл. Соловьёва "Россия и Европа" носила антинационалистический характер.

Третье. Владимир Соловьёв доказывал славянофильски настроенной общественности, что национально-культурная сущность России и её всемирно-историческое признание определяется православием, понятым как универсальное учение. "Религиозное начало и было тем элементом, который всего удобнее мог быть и действительно был положен в основу славянофильского возрождения".

Философия всеединства Владимира Соловьёва строилась на религиозном универсализме.

Реальный мир представал у него как самоопределение, или воплощение абсолютно-сущего; посредником между ними выступала София — мудрость Божия.

Разделяя, таким образом, общехристианский взгляд на природу, на мир как на творение Бога, Владимир Соловьёв не мог не признать его как идущим к совершенству, а как не полностью совершенным. Эмпирический, материальный мир, в котором действуют временная и пространственная разорванность и механическая причинность, находится у него в хаотическом состоянии.

Четвёртое. Призванием человека, который является, по словам Владимира Соловьёва, "центром всеобщего сознания природы", выступает его мессианская по отношению к природе роль — роль её освободителя и спасителя. Именно человечество — посредник между божеством и природой. В его сознании уже содержится форма всеединства. В силу своего посреднического положения человек призван видоизменять природу до её одухотворения, совершенной интеграции. Отсюда цель мировой истории — единство Бога и Мира, возглавляемого человеком.

Нравственный смысл личности, являющейся связующим звеном между божественным и природным мирами, реализуется в акте любви к другому человеку, к природе, к Богу. В сущности акт любви есть нравственный поступок, которым человек приближает себя к абсолюту. Истинный предмет любви — Вечная Женственность, личный образ всеединства.

В обществе идея "всеединства" раскрывается как богочеловеческий союз людей, как некая вселенская церковь, объединяющая в себе все национальности, снимающая в себе все социальные противоречия и способствующая установлению на Земле "Царства Божьего", понимаемого как "действительный нравственный порядок". Залогом установления такого всеединства является объединение западной и восточной, то есть католической и православной, церквей, продолжающееся в объединении церковно-монархической государственности — единстве духовной и мирской власти.

В истории русского философского идеализма Владимир Соловьёв оказал большое влияние на целую плеяду религиозно-философских мыслителей. Его философия венчает духовные искания как славянофильства, так и западничества XIX в. Она же открывает и новую страницу в истории русской мысли — "религиозный ренессанс", который пытался в условиях нового века по-своему синтезировать западническую и славянофильскую традиции.

Правда, незадолго до смерти философ несколько изменил свои позиции к теократической картине мира и идее прогресса. В итоговой работе "Три разговора" (1899 г.) философское мышление Вл. Соловьёва эсхатологично: наступление Царства Божьего мыслится как конец истории. Но эта эсхатология не есть эсхатология страха, а, скорее, эсхатология надежды. Об этом свидетельствует то тройственное "оправдание" присутствующих и действующих в Mиpe Истины, Добра и Красоты, которые образуют стержень его философских трудов последнего десятилетия жизни. Mиp, падший, непрерывно разлагающийся и гибнущий в любом из поколений, — частично воссоздаётся и возвращается к Божественной Славе через нас самих, через нашу мысль и через реализующуюся в жизни нашу внутреннюю человеческую свободу:

Или — как возглашается в восточной Литургии — "...Твоя отпъ Твоихъ..."

В отношении места и роли России у Владимира Соловьёва также есть своя позиция.

По его мысли, Россия имеет уникальный нравственный и общечеловеческий потенциал, который может быть реализован не на пути изоляции и замкнутости, а через единство с остальными народами, через ощущение органической целостности мировой истории, где последующие и предыдущие цивилизации связаны едиными общечеловеческими началами. Россия может и должна осуществить свою христианскую миссию — способствовать нравственному единению людей, стремлению соединится с Богом и сделаться Богочеловечеством.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >