Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Философия arrow История, философия и методология техники и информатики

Постструктуралистские интерпретации М. Фуко, Ж. Деррида, Ж.-Ф. Лиотара

Анализ философских интерпретаций природы техники будет не полон без рассмотрения постструктуралистских идей. Современный постструктурализм, классиками которого по праву считаются французские философы Мишель Фуко (1926-1984), Жак Деррида (1930-2004) и Жан-Франсуа Лиотар (1924-1998), занимает исключительно видное место в философии, едва ли не по всем мировоззренческим вопросам оппонируя немецкой герменевтике и англосаксонской аналитической философии. Очевидно, что в рамках постструктурализма техника должна пониматься своеобразно. Однако исторически сложилось так, что классики постструктурализма не позиционировали себя в качестве философов техники. В силу этого реконструкция их воззрений в техникологической перспективе приобретает особый интерес.

Мишель Фуко в центр своих исследований поместил три феномена: дискурсивные практики, власть и телесность человека. Согласно Марксу, имеет место альянс политики с экономикой и техникой, однако Фуко полагал, что значительно важнее соединение политики с телом и его функциями. В первую очередь нас должна интересовать не история ментальности, а история тела. В отличие от Ю. Хабермаса, своего немецкого антагониста, Фуко не был склонен ограничиваться лишь рассуждениями о дискурсах. Подобно Марксу, он придавал первостепеннейшее значение технике и технологиям. Но если Маркс понимал технику как властвующую над природой силу, то, согласно Фуко, ее сердцевиной является техника тела. Фуко стремился быть максимально конкретным, поэтому этика для него является не абстрактной дисциплиной, а учением о технике, искусстве жизни, которое выступает как забота о себе. Этика заботы о себе развита Фуко в третьем томе его "Истории сексуальности".

Что касается власти, то и она реализуется как некоторая техника. Тюрьмы, клиники, система голосования, равно как и все другие общественные образования, в качестве практик представляют собой некоторые технические системы. Техника-власть и техника-тела не нейтральны в этическом отношении. В закостенелом виде, т.е. как структуры, они становятся фактором подавления свободы личности. Выходом из затруднительной ситуации является размывание структур. Согласно Фуко, человек обязан заботиться о себе: "Для этого он действует на самого себя, предпринимает познание себя, контролирует и испытывает себя, себя совершенствует и преобразует".

Жак Деррида прославился в первую очередь благодаря развитию концепта деконструкции. Любая конструкция закабаляет человека, поэтому она должна рассеиваться. Однако и разрушение несостоятельно, поэтому приходится созидать новые структуры. В итоге человек обречен на апоретику разрушения и созидания. Вопрос о том, как выглядит в рамках деконструкции феномен техники, Деррида непосредственно не рассматривал, однако, руководствуясь его теорией деконструкции, не трудно найти искомый ответ. Исключительно авторитетным автором для него был М. Хайдеггер. Но в отличие от немецкого философа Деррида не руководствовался концептом сущности. Для Хайдеггера сущность техники содержится не в ней самой, а в том историческом деле, которое приближает человека к смерти. Согласно воззрениям Деррида, нет ничего такого, что обладало бы сущностью. Техника в этом смысле не исключение, поэтому неправомерно ставить вопрос об освобождении техники от ее негативных сторон. Техника не обладает раз и навсегда определенной природой, которую можно было бы считать либо негативной, либо положительной. Не поддается она и облагораживанию. Техника апоретична, поэтому человек вынужден бесконечно разрушать и созидать новые апории, от которых не освобождает даже этика.

Жан-Франсуа Лиотар прославился в качестве основателя философского постмодернизма благодаря своей монографии "Состояние постмодерна" (1979), где он рассматривает положение знания в современном информационном обществе. Один из его выводов гласит: "Отношение наука/техника перевернулось". Наука ориентируется на истину, которая обосновывается посредством длинных, безупречных в логическом отношении рассказов. Техника отказывается от этого идеала, во главу угла ставится результативность и эффективность, "маленькие рассказы". На место формальной логики водружается паралогика языковых игр, которая исключает четкие правила и достижение согласия. Информационное общество отмечено печатью не всеобщего согласия, которое ведет к террору, а диферана, принципиального несогласия. Необходимо обеспечить свободный доступ к банкам данным: только в этом случае люди будут способны не ограничивать себя позициями минимального согласия, а реализовывать свое стремление к неизвестному.

По Лиотару, именно развитие информационной техники определяет современное состояние общества, которое уже не нуждается в каком-либо ограничении. Существует неразрывное единство между техникой, паралогикой языковых игр и эстетикой возвышенного. Место техники в этом единстве Лиотар определил лишь в самых общих чертах. Феномены языковых игр и эстетики влекли его значительно больше, чем техника, но он никогда не характеризовал ее в снисходительном тоне.

Таким образом, решающая новация постструктуралистов состояла в критическом отношении к концептам единства, однообразия, контроля и власти. Их излюбленными концептами выступают плюрализм, многообразие, паралогика, неопределенность, случайность и особенно языковая игра. Разумеется, постструктуралистские идеи предоставляют широкий простор для философского воображения.

Интерпретация концепции

Американская феминистка Донна Харавэй, создатель теории киборга (от англ. cybernetic organism), является, пожалуй, наиболее экстравагантным в этом отношении автором. Согласно Харавэй, к концу нашего "мифического времени, все мы являемся химерами, теоретически придуманными и сфабрикованными гибридами машин и организмов. Одним словом, мы являемся киборгами. Киборг - это наша онтология, он определяет нашу политику. Киборг является конденсированным имиджем как нашего воображения, так и материальной реальности, двух центров, определяющих структурирование и возможность исторических преобразований".

Аргументация Харавэй влечет за собой следующие выводы: "Во-первых, производство универсальной, тотальной теории является основной ошибкой, которая приводит к потере большей части реальности, возможно всегда, но в наши дни несомненно; во-вторых, взятие на себя ответственности за социальные отношения науки и техники означает отказ от антинаучной метафизики, демонологию техники и, следовательно, средств, решающих задачу восстановления всеобъемлющих границ повседневной жизни, частичных связей с другими, коммуникацию со всеми нашими органами. Дело обстоит не так, что наука и техника являются возможным способом удовлетворения запросов человечества, равно как матрицей системы господства. Киборг-воображение может предложить выход из лабиринта дуализма, в котором мы объясняем наши тела и подходы к самим себе. Это мечта не об общем языке, а о сильном многоголосии. Это воображение, говоря феминистским языком, сеет страх в ряды спасателей нового права. Оно означает как конструирование, так и разрушение машин, идентичностей, категорий, отношений, космических историй. Хотя оба они связаны в спиралевидный танец, я бы предпочла быть скорее киборгом, чем богиней".

Внимательный читатель без труда обнаружит у Д. Харавэй отголоски идей М. Фуко, Ж. Деррида и Ж.-Ф. Лиотара.

Выводы

  • 1. Постструктуралистские идеи, безусловно, актуальны для философии техникологии. Особенно это относится к вопросу о плюрализме, причем в составе как техникологии, так и той системы отношений, которая связывает ее с различными областями жизнедеятельности людей.
  • 2. Исследованиям постструктуралистов присущ органический недостаток: они должным образом не учитывают состояние непосредственно техникологических наук. В отсутствие метанаучного анализа все выводы приобретают форму метафизических утверждений.
 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы