Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Культурология arrow Русское искусство XVIII века

Летний дворец Петра I в Летнем саду. Появление новых по назначению интерьеров. Тематика росписи и особенности композиции и техники

Обращаясь конкретно к памятникам монументально-декоративной живописи петровской поры, возьмем хронологически как будто самый ранний комплекс (хотя все они близки по времени) – Летний дворец Петра в Летнем саду. Его живопись представляется наиболее характерной для петровской эпохи. Тема росписей одна: с помощью символов и аллегорий, столь излюбленных в ту эпоху, прославляется героическое время и прежде всего государственная власть, внушаются идеи патриотизма. Впервые тема побед России в Северной войне, ее увековечение явилось здесь в синтезе с архитектурно-художественным образом в целом.

Прекрасный декор экстерьера Летнего дворца исполнен, вероятнее всего, по эскизам самого А. Шлютера. Это намазные скульптурные рельефы между окнами (о них речь пойдет в гл. 5), барельеф "Минерва, окруженная воинскими трофеями" на южном фасаде и деревянное панно, изображающее Минерву как хранительницу дома, с совой (символом бдительности), в вестибюле и т.д. Однако первоначальная живописная отделка интерьера сохранилась только в Зеленом кабинете и во второй Приемной.

Декоративные работы в Летнем дворце начались рано: в 1713– 1714 гг. Русские мастера А. Захаров, П. Заварзин, Ф. Матвеев расписывали (по дереву) стены Зеленого кабинета. Росписи относятся еще к стилистике XVII в. – орнаменты, фантастические птицы, маски, а также излюбленный мотив корзин с цветами в наддверных панно.

Плафоны Летнего дворца (их семь) исполнены уже в конце 1710-х – 1720-е гг. Плафон Приемной "Триумф России" выполнен в 1719 г. Георгом Гзелем, швейцарцем по рождению, получившим образование в Вене, и работавшим в Амстердаме, где его и увидел Петр. "Триумф" олицетворяется тремя женскими фигурами в окружении амуров и в сопровождении атрибутов, прославляющих государство. Центральная фигура опирается на земную сферу, это образ Могущества правителя; фигура с крестом – Религия, с колосьями – Плодородие.

В центре плафона Столовой, являющего собой настоящий гимн самодержавной власти и воинским победам, изображен портрет

Петра I. В остальных комнатах сюжеты плафонов следующие: в Кабинете – "Торжество Минервы", в Тронном зале – "Триумф Екатерины" (также исполнен Гзелем), в Спальне – "Торжество Морфея", в Детской – "Мир и Спокойствие" (также близко к Гзелю по стилистике и колориту). Манеру Гзеля напоминают и аллегории четырех частей света (фигуры Европы, Азии, Африки, Америки) в овальных медальонах Зеленого кабинета.

Летний дворец Петра I. Зеленый кабинет. 1714–1720-е

Летний дворец Петра I. Зеленый кабинет. 1714–1720-е

Особенность плафонов Летнего дворца в том, что они не занимают весь потолок, а являются как бы картинами-вставками. Они и исполнялись станковым способом – внизу, а затем вставлялись в потолок. По технике они также отличаются, например, от росписей дворца А. Д. Меншикова: это не темпера по штукатурке, а масляная живопись на холсте, натянутом на подрамник (что в Меншиковском дворце было обнаружено только в верхнем слое плафона Орехового кабинета).

Трактовка сюжетов в плафонах типична для петровского времени: здесь нет конкретных персонажей (за редким исключением), их язык аллегоричен и символичен. Так, если в одном из плафонов (Столовой) мы видим портрет Петра, то он введен в аллегорическую композицию и вполне отвечает отвлеченному языку в целом.

Меншиковский дворец. Особенности росписи плафона Орехового кабинета: три слоя живописи, вопросы авторства. Общая концепция декора дворца

В другом замечательном памятнике – Меншиковском дворце – наиболее ранний образец монументально-декоративной росписи петровского времени представляет плафон Орехового кабинета (комната украшена набранными из орехового дерева панно, отсюда и ее название). Плафон писался несколько раз. Первый и второй слои – темперно-масляная техника по штукатурке и гризайль, тоновая живопись.

В первом слое (1711–1712) в центре композиции обнаружено самое раннее изображение: на фоне черно-багрового неба воин со щитом и мечом, опирающийся на "Книгу Марсову", посвященную воинскому искусству побеждать (в ее создании активное участие принимал Петр). Среди атрибутов сражения (некоторые исследователи видят в нем Полтавский бой, а в фигуре воина усматривают даже черты самого Петра) видны ядра, пушки, полковые знамена, попранные знамена врагов, барабан, трубы, пороховые бочки. Все это создает некий романтический ореол. У Марса, как иногда называют воина, отсутствует агрессивность, его мужественное лицо кажется скорее усталым. Современные исследователи находят аналог этому образу не в античном, а в древнерусском искусстве и сравнивают воина с архангелом Михаилом в настенных росписях Смоленского собора Новодевичьего монастыря в Москве и в Успенском соборе Троице-Сергиевой лавры (подробнее см.: Борзин Б. Ф. Росписи петровского времени. Л., 1986). Автор росписи неизвестен. Архивные документы называют нам имена исполнителей: А. Захаров, братья Адольские, Д. Соловьев, другие мастера, но руководитель и автор "инвенций" не назван.

Меншиковский дворец. Гр. Адольский

Меншиковский дворец. Гр. Адольский "со товарищи" (?). Марс. Ореховая комната. 1711-1712

Фигура воина расположена в центре плафона, а по углам – эмблемы, столь знакомые мастерам XVIII в. по книге "Символы и Эмблемата", и сопровождающие их девизы привычного для петровской эпохи назидательно-просвстительского толка ("Согласие приносит победу", "Где правда и вера, тут и сила прибуде" и др.). Исследователи считают, что эта роспись также была выполнена отечественными мастерами – Гр. Адольским "со товарищи" в 1711 – 1712 гг.

Второй слой (1715–1716) представляет собой композицию с амурами, гирляндами цветов и декоративными вензелями, над которой трудились русские мастера А. Захаров и Л. Федоров, возможно, под началом Л. Каравана: легкие широкие мазки напоминают его роспись в Вольере и Монплезире в Петергофе.

Третий слой – более поздний (1717–1719; некоторые считают датой его завершения даже 1722). Этот чисто орнаментальный, с розеткой в центре и гротескными мотивами плафон исполнен Филиппом Пильманом (1684–1730), художником из семьи потомственных лионских мастеров-декораторов, учеником Клода Жилло, у которого учился в свое время и Антуан Ватто. В Россию Пильман приехал по персональному вызову Ж.-Б. Леблона в 1717 г. Среди гротесков и растительных мотивов в плафоне появляются женские головки, в которых некоторые исследователи усматривают сходство с дочерьми Меншикова. Плафон исполнен в изысканной гамме красно-коралловых и оливково-зеленых тонов на золотом фоне (хранится в Эрмитаже). Локальные красные и голубые цвета с черным и желтым в первом слое плафона свидетельствуют о еще живых традициях XVII в. Любопытно, что роспись первого слоя с воином была обнаружена и стала известна только в процессе реставрации Меншиковского дворца в 1960-е гг., так как еще при жизни и Петра, и Меншикова роспись была закрыта живописью на подрамнике, исполненной Пильманом в масляной технике на холсте. Фигура воина в результате всех переделок была просто забелена.

Исследователи справедливо усматривают в мотивах плафона Секретарской комнаты общность с элементами декора фасада Меншиковского дворца, различимыми на гравюре Алексея Зубова "Вход с моря с триумфом" (1714), и убранства триумфальной арки, построенной недалеко от усадьбы Меншикова прямо на льду в январе 1712 г., о котором мы также имеем представление по гравюре А. Ф. Зубова 1711 г. (подробнее об этом см.: Жаркова И. Ю. Сюжет плафона "Секретарской" дворца Меншикова и его связь с искусством Петербурга первой четверти XVIII века // Петербургские чтения (к юбилею города). СПб., 1992. С. 116–119).

Говоря об убранстве Меншиковского дворца, не следует забывать, что его декоративный строй составляли не только живопись и скульптура, но и исполненные по голландскому образцу или просто голландские по происхождению плитки, а также ткани, лепнина, мрамор и роспись под мрамор, фарфоровые сервизы, привозная мебель. В этот декор вплетались монограммы Меншикова и Петра (в решетках лестницы второго этажа), элементы ордена

Андрея Первозванного и др. Все играло свою роль – вплоть до золотых и серебряных нитей костюмов и золоченых шляпок гвоздей на сиденьях стульев. Это была "целая летопись эпохи с рассказом о жизни конкретных людей и страны, о славе и мечтах, о трудной борьбе, утверждении идеалов светской жизни и политике государства, о дружбе Меншикова и Петра I, о завоеванных Россией победах". Здесь воплотился "один из важнейших принципов ансамбля дворцового интерьера петровского барокко – тематический принцип, содержательная концепция" (Пронина И. А. Терем. Дворец. Усадьба. С. 45–46).

 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы