Формационный подход к типологии государства

В отечественной теоретико-правовой науке вплоть до последнего времени вопросы типологии государства рассматривались преимущественно через призму формационного подхода, основоположниками которого традиционно считаются классики немецкой политической экономики — К. Маркс и Ф. Энгельс.

Суть данного подхода заключается в рассмотрении категории общественно-экономической формации в качестве основополагающего критерия отнесения государства к соответствующему историко-экономическому типу. В данном случае общественно-экономическая формацияэто исторический тип общества, основанный на определенном способе производства и распределения материальных благ.

К. Маркс делит мировую историю на три макроформации: первичную (архаичную), вторичную (экономическую) и третичную (коммунистическую). Основными критериями такой классификации являются, во-первых, наличие или отсутствие частной собственности; во-вторых, наличие или отсутствие противоположных классов; в-третьих, наличие или отсутствие товарного производства. По Марксу, каждая последующая формация логически и исторически вытекает из предыдущей и является по сравнению с ней более высокоорганизованной.

Первой общественной формацией считается архаическая — первобытнообщинная. В рамках данной формации не существовало ни частной собственности, ни классов, ни товарного производства, следовательно, не было и государства как инструмента классового господства и экономической эксплуатации. Способ производства в рамках данной формации был основан на общей (родовой, коллективной) форме собственности, а власть в равной пропорции принадлежала каждому члену сообщества. Переход к государственно-организованному обществу в первую очередь связан с изменениями, происшедшими в экономическом базисе первобытного общества (три крупных разделения труда, формирование института частной собственности, отделение власти от общества, непосредственная зависимость собственности от власти). Эти изменения, с одной стороны, означали преодоление непосредственной зависимости человека от окружающей среды, а с другой — предопределяли необходимость создания качественно новых механизмов социального управления, в задачи которых входила реализация правотворческих, оперативно-регулятивных и правоохранительных функций.

Государственно-организованное общество представляет собой центральный элемент экономической общественной формации, в рамках которой выделяются соответствующие способы производства: рабовладельческий, феодальный, буржуазный и соответствующие данным способам типы государств.

Следует отметить, что каждая вновь возникающая общественно-экономическая формация, равно как и соответствовавший ей тип государства, на первичном этапе своего становления обеспечивали определенный прогресс в развитии производственных сил вследствие внедрения в процесс производства и распределения материальных благ передовых (на данном этапе исторического развития) производственных отношений. Второй этап предполагал соответствие характера производственных отношений уровню развития производительных сил и свидетельствовал о расцвете формации. Однако в дальнейшем возникало и углублялось противоречие между продолжающимся прогрессивным развитием производственных сил и консервативными отношениями в области присвоения и распределения произведенных материальных благ. Количественное накопление этих противоречий вело к качественным изменениям: подвергались трансформации формы собственности, появлялись и выходили на политическую арену новые классы и социальные группы, претендующие на завоевание политического господства. В результате складывалась ситуация, когда «верхи не могли, а низы не хотели» сохранять устоявшийся социальный порядок. Разрешение кризиса происходило путем межклассового конфликта, обусловливающего смену устаревшей общественно экономической формации более прогрессивной[1].

Анализ содержания формационного подхода к типологии государства позволяет сделать следующие выводы:

  • — во-первых, тип государства определяется типом соответствующей общественно-экономической формации;
  • — во-вторых, государство есть орган, при помощи которого экономически господствующий класс осуществляет угнетение эксплуатируемых классов;
  • — в-третьих, смена формаций обусловлена противоречиями в экономической сфере. Суть данных противоречий заключается в прогрессивном характере производительных сил и консервативном характере производственных отношений. Конфликт между «экспроприаторами и экспроприируемыми», с одной стороны, знаменует окончание предшествующей, а с другой стороны — начало следующей формации, в рамках которой происходит становление соответствующего государства;
  • — возникновение, развитие, кризис и разрушение формации представляет собой циклический процесс. Каждая предшествующая формация выступает в качестве предпосылки последующей, более прогрессивной.

Основными историческими типами государств, согласно формационному подходу, являются: рабовладельческое, феодальное, буржуазное и социалистическое государства.

Рабовладельческое государство явилось первым историческим типом государства, возникшим на рубеже IV—III вв. до н. э. (Месопотамия, Египет). Рабовладельческий строй выступал в качестве главенствующего государственного порядка вплоть до III—V в. н. э.

Экономическую основу рабовладельческого государства составляли производственные отношения, характеризуемые тем, что частной собственностью рабовладельца были не только механические орудия и домашние животные, но и люди-рабы, рассматривавшиеся в качестве «говорящих орудий» и не обладавших юридическими правами и свободами. В основе рабовладельческой эксплуатации лежит прибавочный продукт, создаваемый посредством внеэкономического принуждения. Рабовладельческое государство представляло собой орган классового господства и насилия класса рабовладельцев над рабами и мелкими производителями — крестьянами и ремесленниками. Это была гигантская машина военно-политического характера, располагавшая всеми средствами принуждения: вооруженной силой, полицией, тюрьмами, аппаратом чиновничества, которые являлись орудием диктатуры класса рабовладельцев.

Основная задача рабовладельческого государства состояла в охране права собственности на рабов и политико-правовом обеспечении рабовладельческой формы эксплуатации, в подавлении сопротивления огромной массы рабов и неимущей части свободного населения. С помощью государства обеспечивалось сохранение выгодных для рабовладельцев производственных отношений. Раб являлся бесправной собственностью своего хозяина. Соответственно, последний автоматически являлся собственником всего того, что раб производил.

Главным противоречием рабовладельческого общества было противоречие между совершенствующимися орудиями труда и отстающими от требований технического прогресса отношениями в сфере эксплуатации работников-рабов. Раб, не будучи заинтересованным в результатах своего труда, безразлично относился к выполнению своих функциональных обязанностей, что делало его труд неэффективным. В качестве основного стимула, побуждающего раба к производственной деятельности, использовался страх перед наказанием. Однако данный стимул, будучи достаточно эффективным в условиях выполнения работ, не требующих квалификации, во многом утрачивал свою значимость в процессе квалифицированного творческого труда, предполагавшего личную свободу и заинтересованность труженика. Кризис отношений в сфере рабовладельческой эксплуатации обусловил кризис рабовладельческого строя и в конечном итоге привел к появлению более совершенной (по сравнению с рабовладельческой) общественно-экономической формации — феодальной.

Феодальные государства возникли в Европе в VI—IX вв. (германские и итальянские королевства и княжества). Феодальное государство исторически является вторым типом государства, который отражает качественный скачок в поступательном развитии человеческого общества, так как перемена формы эксплуатации превратила рабовладение в крепостничество.

В отличие от рабовладельческого строя, где основным производственным ресурсом являлись рабы — «говорящие орудия», в условиях феодализма «главной формой собственности становится земельная собственность»[2]. Владение землей в период феодального строя является показателем богатства и материальным основанием политической власти. Сам факт проживания на земле (феоде), принадлежащей хозяину — феодалу (помещику), и использования ее в качестве средства производства материальных благ рассматривался в качестве основания возникновения эксплуататорских отношений. При этом основное отличие феодальной формы эксплуатации от рабовладельческой заключалось в том, что крепостной крестьянин был единоличным собственником орудий производства и всего частного хозяйства, основанного на личном труде. В экономическом смысле отношения между феодалом и крепостным в большей степени походили не на отношения собственника к вещи (как при рабовладении), а на взаимодействие арендодателя с арендатором.

Экономической основой феодального государства являлась частная собственность феодала на земельный участок (феод) и опосредованная правом земельного владения собственность на крестьянина, проживающего на земле феодала. Крестьянин мог работать определенное число дней на себя на том участке, который выделял ему помещик, остальное время он работал на хозяина.

Способом присвоения феодалом прибавочного продукта была земельная рента. Известны три ее формы: отработочная, продуктовая, денежная.

При отработочной ренте крестьянин находился под прямым надзором и принуждением собственника или его представителя, жил в непрерывной и непосредственной близости от них и отрабатывал определенное количество дней в неделю на его земле. При продуктовой ренте крестьяне сами располагали свои временем, выращивали урожай и расплачивались с хозяином продуктами. При преобладании денежной ренты отношения между крестьянами и земельным собственником складывались на договорной основе, причем первые превращались либо в арендаторов земли, либо в собственников, либо в неимущих батраков, нанимавшихся за деньги.

Вся деятельность феодального государства сводились в основном к одному — удержать власть помещиков над крепостными. На крестьянство ложилась вся тяжесть содержания класса эксплуататоров: князей, дворянства, духовенства. Крестьянин не признавался полной собственностью помещика, но мог быть продан, куплен, наказан своим господином. Помещик мог потребовать от крестьянина выполнения работы на себя. Крепостной без ведома помещика не мог жениться, отлучиться из деревни, приобретать имущество, покупать землю и распоряжаться ею.

Для феодализма характерно деление на три сословия: духовенство, дворянство и «третье» сословие — будущую буржуазию, из которых каждое имело свои права и обязанности. Первые два сословия составляли господствующий класс феодалов, эксплуатирующий и угнетающий крестьян.

Третье сословие сформировалось в процессе эволюции городского населения (ремесленников, купцов) и ставших независимыми в результате «самовыкупа» крестьян.

Представители третьего сословия сочетали материальную состоятельность и политическую бесправность. Последнее, безусловно, затрудняло их экономическую деятельность, поскольку делало ее зависимой и практически беззащитной от феодального произвола. Кроме того, технический прогресс, связанный с механизацией производственного труда, предполагал наличие большого количества свободных людей, способных осваивать новые технологии и производить прибавочный продукт. Прикрепление крестьян к земле и их личная зависимость от феодалов являлись факторами, исключающими повсеместное внедрение капиталистических отношений. Соответственно, возникло противоречие между двумя видами эксплуататорских отношений: отсталыми — феодальными и передовыми — капиталистическими. Разрешение данных противоречий происходило в форме революционных катаклизмов, обусловивших переход общества к новому этапу своего развития — буржуазной общественно-экономической формации. В рамках данной формации происходит становление качественно нового исторического типа — буржуазного государства.

Буржуазные (капиталистические) государства возникли в результате буржуазных революций, потрясших Западную Европу и Северную Америку в XVI—XVIII вв.

В отличие от предшествующих общественно-экономических формаций, основанных на официальном закреплении классового неравенства, сословных привилегий, капиталистический способ производства требовал независимого (в юридическом понимании) работника, свободно продающего свой труд. Поэтому буржуазия шла к власти под лозунгом: «Свобода, равенство и братство». В Декларации независимости США, французской Декларации прав человека и гражданина, других подобных документах провозглашалось, что все люди рождаются равными и наделены равными правами. Сословное неравенство, повсеместно существующее до этого, заменяется неравенством социально- экономическим, поскольку одни — капиталисты владели средствами производства, а другие, лишенные их, — пролетарии, должны были продавать свою рабочую силу.

Капиталистическая эксплуатация основана на получении прибыли, при этом основной формой прибыли становятся не сами продукты, а их стоимостный эквивалент — деньги. Капитализм — это общество, где деньги являются основной социальной ценностью, а их получение, хранение и использование представляет собой самостоятельный вид человеческой культуры.

Основное противоречие капитализма — это противоречие между владельцем капитала и наемным работником, вынужденным продавать себя и свой труд для обеспечения собственных потребностей.

По Марксу, данное противоречие имеет тенденцию к углублению и может быть разрешено революционным путем. Пролетариат выступает в качестве «могилыиика» буржуазии. Победа пролетарской революции обусловливает переход общества к качественно новому социальному состоянию — коммунистической формации. Однако с учетом того, что моментальная смена экономической формации коммунистической невозможна, обществу для постепенной трансформации из буржуазного в коммунистическое необходима переходная формация — социалистическая.

Победа Великой Октябрьской социалистической революции в 1917 г. обозначила начало нового этапа социальной истории — этапа становления и развития социалистической общественно-экономической формации.

В условиях социалистической формации сохраняется классовая структура общества, однако, в отличие от предшествующих исторических типов (характеризующихся классовым антагонизмом между эксплуататорами и эксплуатируемыми), данная структура носит объединяющий характер. Рабочий класс, крестьянство и рабоче-крестьянская интеллигенция в своем развитии сближаются и постепенно формируют единую социальную общность — советский народ. Частная собственность преобразуется в общенародную и, перестав являться предметом накопления и экспроприации, утрачивает свое значение в качестве дефицитного ресурса, обусловливающего антагонистические противоречия между классами.

В сложившихся условиях социалистическое государство продолжает восприниматься в качестве органа классового господства и аппарата принуждения. Вместе с тем качественным образом меняется его социально-политическая сущность: из инструмента порабощения экономически господствующим классом широких народных масс государство становится выразителем интересов тех самых народных масс и в подобном смысле приобретает статус «всенародного». Что же касается государственного принуждения, то оно из средства подавления народного сопротивления — тирании, превращается в средство борьбы с нарушителями социалистической законности и внешними врагами социалистического строя.

Социалистическая формация является переходным периодом социальной истории, в рамках которого формируются условия для успешного строительства коммунизма.

При коммунизме государство как орган классового принуждения теряет свое основополагающее значение. Постепенно трансформируется и механизм государственной власти, уступая властные полномочия органам общественного самоуправления. Таким образом, коммунистическая формация характеризуется постепенным отмиранием государства, передачей государственных полномочий мировому сообществу.

Анализ формационного подхода к периодизации социальной истории и типологизации государства позволяет говорить о последовательности и логичности рассуждений его представителей. Вместе с тем следует иметь в виду, что Маркс строил свою теорию, основываясь на анализе социально-экономических и политико-правовых институтов, имевших место в исторической ретроспективе, а также принимая во внимание гипотетические модели возможного и вероятного развития общественных отношений в будущем. Социалистическая и коммунистическая формации в теории Маркса основаны на гипотезе о более прогрессивных по сравнению с капиталистическими производственных отношениях. Развитие и совершенствование этих отношений, по мнению ученого, должно было привести к тому, что собственность на материальные блага перестанет быть предметом социальных противоречий и конфликтов, поскольку в эпоху «товарного изобилия» утратит свойства «дефицитного ресурса».

Что же касается сложившихся в XX в. государственных систем, получивших название социалистических, то они имели мало общего с теоретическим социализмом Маркса. Во-первых, отношения государственной эксплуатации, сменившие капиталистическую эксплуатацию, строились без учета личной заинтересованности работника в результатах своего труда и базировались на императивной (обеспечиваемой при помощи государственного принуждения) обязанности индивида трудиться во имя всеобщего блага государства, суть которого достаточно образно отражалась в словах известной советской песни: «Жила бы страна родная, и нету других забот». В условиях, когда тунеядство (недобросовестное социальное иждивенчество) рассматривалось в качестве состава преступления, нельзя было говорить о праве на труд как о свободном личном правомочии, следовательно, неправильным будет признание труда в государстве «казарменного социализма» свободным. Во-вторых, отказ от частной собственности в условиях глобального товарного дефицита привел к тому, что фактическим собственником дефицитных ресурсов стали не те, кто их производит, а те, кто допущен к системе распределения. Получалось, что созданная в СССР и репродуцированная на страны социалистического лагеря система отношений, с точки зрения соответствия теоретическим признакам социализма, не может рассматриваться в качестве социалистической формации. В гораздо большей степени этим признакам соответствовали сформировавшиеся в результате эволюции и трансформации капиталистических систем модели «социальных государств». Неслучайно, будучи воплощенными на практике, эти модели нередко назывались социалистическими.

Пример

В 60-х — 70-х гг. XX в. широкое общественное признание получила модель «шведского социализма», в рамках которой Шведское государство, по формальным признакам относящееся к буржуазной общественно-экономической формации, демонстрировало высокий уровень социальной заботы о населении и, таким образом, наглядно демонстрировало возможность проведения социальной политики, направленной на обеспечение «всеобщего благоденствия».

Таким образом высказываемые в адрес марксизма упреки адресованы в большей степени не к теоретической конструкции, а к практике извращенного толкования и фальсификации марксистских положений в условиях конкретной социально-исторической реальности.

Что же касается общей оценки теории формаций как идейного обоснования формационного подхода к типологии государства, то, отмечая в качестве безусловного ее достижения четкость и последовательность логических конструкций, вместе с тем следует обратить внимание на односторонность данного подхода. Соотношение производительных сил и производственных отношений, безусловно, является важнейшей характеристикой любой социально-политической системы. Вместе с тем попытка объяснения всех проблем, возникающих в сфере общественной жизнедеятельности, опираясь исключительно на экономический инструментарий, изначально не может рассматриваться в качестве универсального средства познания.

  • [1] Ромашов Р. Д. Конфликтология : учеб, пособие. СПб., 2006. С. 90.
  • [2] Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // К. Маркс, Ф. Энгельс : сочинения. Т. 3.С. 23.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >