Субъективное восприятие ребенком своих родителей

Современный период развития родительского поведения (период становления помогающего стиля) предполагает необходимость обратиться к самому ребенку и понять его субъективное переживание отношений с родителями. Подобная инверсия позиции исследователя представляется логичной и должна привести к тому, что именно ребенок станет главным участником исследований детско-родительских отношений. Однако в исследовательской практике такой перелом пока не произошел. Несмотря на то что были разработаны опросники, в которых дети оценивают свои отношения с родителями, их относительное количество уступает количеству опросников для родителей.

Г. Т. Хоментаускас[1] [2] описывает четыре вида субъективных типов переживания ребенком своих отношений с родителями. Содержание этих переживаний раскрывается через высказывания прямой речи, которые делает или мог бы делать сам ребенок.

«Я нужен и любим, и я люблю вас тоже» — наиболее продуктивное с точки зрения будущего личностного развития ребенка субъективное переживание. Ребенок с такой формой восприятия своих отношений с родителем осознает, что ему адресована родительская любовь, у него рождается ответное чувство. На этой эмоциональной платформе у него формируется адекватная самооценка, базовое доверие, позитивное восприятие себя, других и мира в целом. Во взрослом состоянии такого человека отличает ряд важных свойств, которые составляют основу его психического и социального здоровья. В первую очередь эти свойства позволяют формировать отношения эмоциональной близости в любовных и дружеских отношениях: он способен переживать радость от близости и сохранять переживание свободы в этих отношениях — близость не означает в его субъективной картине ущемления его нрав. Поскольку у него есть детский опыт, в котором ему доверяют и в него верят, у него формируются позитивные отношения с самим собой, чувство своей потенциальности и своих возможностей. Ошибки, которые он может совершать, не наносят непоправимых ударов по его самооценке, а учат делать большие усилия в достижении целей. Он может просить о помощи и не чувствует при этом унижения. Поскольку его родители, воспитывая его, сохраняли свои профессиональные и личные интересы и адекватно делили усилия между личными целями и родительством, у него рано сформировалось понимание того, что другие люди имеют важные жизненные цели, независимые права, обладают автономией, и он научился все это уважать.

«Я нужен и любим, а вы существуете ради меня» — одна из наиболее неблагоприятных форм с точки зрения последствий для взрослой жизни человека. Ребенок, который осознал себя таким образом, полагает, что его потребности — самые важные и должны удовлетворяться в первую очередь, что родители восхищаются им и существуют ради него. Поскольку отношения с родителями формируют матрицу для осознания всех других человеческих отношений, такой ребенок уверен, что другие дети и взрослые реализуют привычные для него родительские паттерны, т.е. считают его самой важной персоной и восхищаются им, даже если и не выражают этого. Если же другие не видят его превосходства, то они, как полагает такой ребенок, или глупы, или злонамеренны. Поскольку вся эмоциональная энергетика в семье вращается вокруг ребенка и родители пренебрегают собственными потребностями и интересами, то со временем он начнет обесценивать родительские фигуры, что объективируется в вербальную формулу: «Ну как у такого умного и красивого меня могли оказаться такие серые, такие посредственные отец и мать». Это убеждение станет основой трагического осознания родителями того факта, что их ребенок презирает их, у него нет никаких обязательств по отношению к ним, несмотря на то что они пожертвовали для него своей жизнью. Проективные рисунки семьи, сделанные детьми с подобной формой осознания себя, отличаются контрастом между размером и яркостью фигуры ребенка и фигурами его родителей.

У такого ребенка неминуемо возникнут трудности с началом школьного обучения, когда он столкнется с массированным опытом получения объективной обратной связи о своих свойствах и способностях. Школьные оценки и дружеские предпочтения в классе станут причиной первых разочарований и первого личностного кризиса. Многое в его будущем зависит от того, каким именно образом он переживет его.

Данную форму осознания ребенком себя в наибольшей вероятностью формируют родители, реализующие потворствующую гиперпротекцию как родительский стиль, те, кто «сводит счеты с миром» с помощью ребенка, те, кто долго не мог зачать и выносить и родить, одинокие родители, которые реализуют родительство на основе чувства вины.

«Я нелюбим, но я от всей души хочу приблизиться к вам». Осознанию себя нелюбимым предшествует период, когда ребенок борется с родителями «вынуждая» их проявить любовь. Он не отходит от родителя, не переносит разлуки, не может быть автономным, требует непомерного внимания, неприемлемых с точки зрения семейного бюджета подарков и т.д. Исходом этого периода становится окончательное понимание, что родители не любят ребенка таким, какой он есть. Это приводит к развитию разных сценариев взаимоотношений с самим собой и с родителями. Каждый из сценариев зависит от того, как ребенок субъективно интерпретирует причину своей «нелюбимое™». Если ребенок продолжает любить родителей и находит причину родительской нелюбви в себе самом, он приходит к осознанию того, что он плох, что в нем нет «чего-то, за что его можно любить». Такой сценарий приводит к так называемым интернализирующим (направленным внутрь) искажениям личности в виде устойчивого переживания вины, крайней застенчивости, тревоги и страха оказаться в ситуации, где снова может обнаружиться слабость личности. Явление застенчивости, описанное Ф. Зимбардо1, является прямым ответом личности ребенка на опыт его взаимоотношений с родителями.

Второй сценарий формируется, когда ребенок в ответ на родительскую «холодность» начинает реализовывать стратегию мести, чтобы «сделать им так же больно, как больно ему самому». Поведение мести причиняет родителям нестерпимую боль и чаще всего они вместо того, чтобы ответить любовью, отвечают ребенку наказанием. Мщение может принимать разные формы. Ребенок может позорить родителей перед учителями, в гостях, в людных местах, проявляя недопустимые формы поведения, интуитивно нащупывая самые болезненные точки личности родителя. Если в момент эмоционального перелома от ожидания любви к пониманию ее недостижимости родители смогут понять суть ситуации и начнут делать эмоциональные вклады в отношения с ребенком, он сможет вернуться к позитивному сценарию осознания себя. Однако чаще всего на базе сценария мести формируется агрессивный поведенческий модус ребенка.

«Я не нужен и нелюбим, оставьте меня в покое» — субъективное переживание себя и своих отношений с родителями, в котором ребенок приходит к окончательному пониманию, что никакие его усилия не позволяют ему достичь состояния «любимости». Ребенок становится серым, посредственным, глупым, одиноким. Его главным мотивом будет стать незаметным, невидимым. Во взрослом состоянии такие люди будут одинокими, тихими, незаметными. Очевидно, что их жизненная траектория будет крайне неблагоприятной, а продолжительность жизни укороченной. Известная статистика относительно здоровья и продолжительности жизни одиноко живущих взрослых однозначно свидетельствует об этом[3] [4].

  • [1] Варламова С. Н., Носкова Л. В., Седова Н. Н. Семья и дети в жизненных установкахроссиян // Социологические исследования. 2006. № 10. С. 61—73.
  • [2] Хоментаускас Г. Семья глазами ребенка и психологические проблемы в семье. Екатеринбург : У-Фактория, 2006.
  • [3] Зимбардо Ф. Как побороть застенчивость. М.: Альпина Паблишер, 2013.
  • [4] Joung Inez М. Л. Marital Status and Health Problems. P. 685—692.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >