НАУЧНЫЕ ОСНОВЫ ТАКТИКИ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

Сущность следственных действий и их познавательный характер

Основные понятия УПК РФ, определенные в ст. 5, не содержат толкования значения термина «следственные действия», хотя в нормах указанного кодифицированного законодательного акта этот термин неоднократно употребляется. Данные анализа норм УПК РФ свидетельствуют о том, что понятию «следственные действия» в них придается различный смысл, связанный с изменением объема его содержания. Когда законодатель имеет в виду должностное лицо, уполномоченное осуществлять предварительное расследование в форме дознания или предварительное следствие по уголовному делу, а также иные полномочия, предусмотренные УПК РФ, т.е. субъектов процессуальной деятельности, в понятие «следственные действия» включаются процессуальные акты этих субъектов. Если же в норме закона отражена познавательная сторона, то следственные действия представлены в качестве средств познания. Так, определяя в ч. 1 ст. 144 УПК РФ процессуальные полномочия должностных лиц, связанные с порядком рассмотрения сообщения о преступлении, и разрешая получать объяснения, образцы для сравнительного исследования, истребовать документы и предметы, назначать судебную экспертизу и получать заключение эксперта, производить осмотр места происшествия, документов, предметов и трупов, освидетельствование, требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов, привлекать к участию в этих действиях специалистов, давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о производстве оперативно-разыскных мероприятий, закон приводит тем самым систему закрытого типа, запрещая производство иных следственных действий (допросы, обыски, следственные действия и т.п.).

Под следственным действием понимается проводимый в соответствии с уголовно-процессуальным законом вид деятельности по обнаружению и закреплению доказательств. Как в этом, так и в других известных определениях понятия следственного действия обычно раскрываются его познавательная и нормативные стороны, которые имеют важное практическое значение.

В аспекте познавательной стороны следственное действие представляет собой способ собирания доказательств, так как следователь в результате его проведения получает сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию по уголовному делу. Законный способ их получения, фиксация в соответствующей процессуальной форме придает им статус доказательств.

В настоящей главе мы будем употреблять термин «следственное действие» в смысле действия по собиранию доказательств как средство познания. В этом аспекте важна характеристика процесса отражения следов преступления. Анализ норм уголовно-процессуального закона позволяет обнаружить в них определенные правила применения познавательных приемов. Так, в ст. 177—179 УПК РФ говорится о наблюдении, в ст. 181 УПК РФ — о воспроизведении обстоятельств события и опытных действиях.

Общенаучные методы познания широко применяются в практической деятельности по расследованию преступлений. Они реализуются в различных сочетаниях в следственных действиях, что определяется соотношением объекта и цели познания. Указанные методы в этом соответствии раскрывают познавательные возможности следственных действий, которые в практической деятельности реализуются посредством разработанных в криминалистике тактических приемов. В системе тактических приемов общенаучные методы познания выступают в качестве элементов их структуры. Вместе с тем это не прямая экстраполяция того или иного метода в тактический прием, а использование его качеств для прикладного предназначения тактического приема или их комбинаций в том или ином следственном действии. Так, например, одним из приемов, рекомендованных для осмотра места происшествия, является тактическая рекомендация, связанная с последовательностью производства данного следственного действия, в основе которой лежат методы сравнения и наблюдения. Общенаучные методы познания могут связывать тактические приемы в комбинации, обеспечивая их оптимизацию к ситуациям организации и производства следственного действия, в зависимости от характера и особенностей расследуемого преступления.

Исследование сущности следственных действий и их познавательного характера требует определенности понятия системы следственных действий.

Нет сомнений в том, что в такие действия включаются: 1) допрос подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего и свидетеля; 2) очная ставка; 3) осмотр места происшествия, осмотр трупа, эксгумация, осмотр предметов и документов, местности и помещений; 4) освидетельствование; 5) обыск в помещении, на местности, личный обыск;

6) выемка обычная, выемка почтово-телеграфных отправлений, предметов и документов, содержащих государственную или иную охраняемую федеральным законом тайну, предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах граждан в банках и иных кредитных организациях, а также вещей, заложенных или сданных на хранение в ломбард; 7) следственный эксперимент; 8) проверка показаний на месте; 9) предъявление для опознания; 10) назначение экспертизы.

Уголовно-процессуальный закон предусмотрел и процессуальные действия, основная функция которых в познавательном процессе основана на обеспечении системности следственных действий. В их ряду контроль и запись переговоров, получение информации о соединении между абонентами и (или) абонентскими устройствами, изъятие образцов для сравнительного исследования.

Следы любого события объективно связаны между собой, что в свою очередь, объективно обусловливает и системную связь следственных действий по их обнаружению и фиксации. Любое преступление представляет собой комплекс действий — механизм определенных следов, объединенных многообразными связями, что определяет и взаимосвязанность следственных действий. В деятельности по расследованию эта взаимосвязь выступает в различных процессуальных формах. Например, для отображения следов выстрела в расследовании следователю необходимо проведение комплекса таких следственных действий, как осмотр и фиксация основных и дополнительных следов выстрела, отыскание оружия (выемка, обыск), получение образцов для сравнительного исследования, назначение судебно-баллистической экспертизы и т.д. Такая системность следственных действий означает, что отображение комплекса взаимосвязанных следов преступления возможно только на основе логически и процессуально связанных между собой следственных действий, где результаты каждого предыдущего информационно и доказательственно связаны с последующим следственным действием. Отражение же всех следов объективно возможно лишь на основе использования всей системы следственных действий, исключение какого-либо следственного действия из этой системы снизило бы ее качество, а следовательно, и доказательственное значение.

Тактическое решение следователя о проведении следственных действий связано со свойством их системности, которое, в свою очередь, соответствует взаимосвязанным группам правил.

В этом ряду важнейшими являются основания проведения следственных действий, условия их правового регулирования. Далее следуют правила, регламентирующие поведение следователя и других участников процесса производства следственного действия. Это, разумеется, участники следственного действия с правами и обязанностями, а также соответствующими гарантиями указанных прав и законных интересов, сущность познавательных действий и условий, способствующих их эффективности, содержание удостоверительных действий. И наконец, правила, определяющие меры процессуального принуждения следователя к участникам следственного действия, направленные на выполнение обязанностей последними.

Назначение этих правил связано с необходимостью обеспечения обоснованности решения следователя о проведении следственных действий. Их достаточный познавательный эффект, влияющий на возможность получения доказательственной и криминалистически значимой информации, способствует преодолению как активного, так и пассивного противодействия со стороны заинтересованных в сокрытии истины участников уголовного судопроизводства.

Вместе с тем, как отмечалось ранее, УПК РФ предусмотрел ряд процессуальных действий, которые в уголовном судопроизводстве выполняют функцию обеспечивающего характера. К таким процессуальным действиям относятся эксгумация (ст. 178), наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемка (ст. 185), контроль и запись переговоров (ст. 186), получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами (ст. 186.1), получение образцов для сравнительного исследования (ст. 202). Анализ их содержания свидетельствует о том, что в отдельных случаях эти процессуальные действия направлены на формирование условий для возмещения вреда, а в других — на формирование условий производства иных следственных действий, например судебных экспертиз. Необходимость в уголовном судопроизводстве этих процессуальных действий закономерна, так как если воспринимать уголовное судопроизводство как процесс познания, то указанные процессуальные действия отражают необходимую взаимосвязь следственных действий, что, в свою очередь, указывает на системность процессуальных средств познания в доказывании.

Систему следственных действий ни в коем случае не следует рассматривать как систему «закрытого» типа. Как показывает практика отечественного уголовно-процессуального строительства, тенденция появления новых процессуальных средств познания в уголовном процессе России, безусловно, присутствует. О данном факте с очевидностью свидетельствует, например, включение в систему следственных действий такого действия, как проверка показаний на месте.

Нельзя обойти вниманием и процессуальные действия, связанные с задержанием подозреваемого. Неправильно видеть в этом процессуальном действии только лишь меру процессуального принуждения, реализация которой создает следователю условия для кратковременного проведения проверочных действий в отношении лица, заподозренного в совершении преступления. В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 74 УПК РФ протокол задержания, составленный в порядке ст. 92 УПК РФ, признается доказательством по уголовному делу, а задержание подозреваемого естественным порядком представляет собой неотложное следственное действие по установлению и закреплению следов преступления, предусмотренное ст. 157 УПК РФ. В связи с этим показательна

ч. 2 ст. 92 УПК РФ, в которой закреплены требования по фиксации даты и времени составления протокола, даты, времени, места, оснований и мотивов задержания подозреваемого, результаты его личного обыска и другие обстоятельства его задержания. Если задержание подозреваемого связано с непосредственным обнаружением признаков преступления, то в совокупности с другими сведениями эти факты могут приобретать доказательственное значение. Вместе с тем к данным фактам следует относиться критически, так как они не могут быть бесспорными доказательствами по причине случайных обстоятельств, неправильной оценки тех или иных действий задержанного со стороны следователя и пр. Это, в свою очередь, указывает на необходимость тщательной и всесторонней проверки следователем данных, полученных при задержании лица, как, впрочем, и любых других доказательств.

В связи с этим требуют критики действия тех следователей, которые, осуществляя задержание и составляя протокол задержания, не фиксируют в нем фактические обстоятельства данного действия, ограничиваясь стандартными формулировками, такими, например, как «задержан по подозрению в убийстве» и пр. Такое упрощенчество фактически нарушает презумпцию невиновности (ст. 14 УПК РФ) — основополагающий процессуальный принцип, а кроме того, препятствует установлению истинных обстоятельств события.

Вместе с тем данные протокола задержания подозреваемого в преступлении имеют доказательственное значение в первую очередь потому, что обстоятельства задержания лица в момент совершения преступления, наличие на нем следов преступления не всегда могут быть зафиксированы другими следственными действиями (осмотр, освидетельствование и пр.) в силу динамического характера наблюдаемых сотрудниками полиции обстоятельств задержания.

Поэтому сотрудники правоохранительных органов, осуществляющие задержание, должны ясно представлять себе доказательственное значение заносимых в протокол задержания фактов, в особенности связанных с первоначальным этапом задержания. Они должны заботиться о надлежащем их закреплении в материалах уголовного дела. Однако данное обстоятельство отражает и специфику рассматриваемого следственного действия, так как сотрудник правоохранительных органов, застигший лицо в момент совершения преступления или вскоре после него, фактически становится свидетелем по делу и поэтому в дальнейшем должен быть отстранен от его расследования.

Законодательное закрепление в УПК РФ такого следственного действия, как «проверка показаний на месте» указывает на его необходимость для выявления и процессуального отображения данных, которые недоступны в полной мере другим традиционным способам получения доказательств. Так, например, это следственное действие по сущности и процессуальному предназначению нельзя отождествлять с дополнительным допросом в определенном помещении или на определенной местности, когда помещение (местность) используются следователем не в качестве объекта исследования, а как объект, стимулирующий память. Не является проверка показаний по существу и осмотром с участием обвиняемого (подозреваемого, свидетеля, потерпевшего), так как его показания, даваемые в ходе осмотра, фактически не проверяются, а являются дополнительным средством отыскания следов. Нельзя рассматривать проверку показаний на месте и способом опознания тех или иных объектов или местностей, поскольку для этих целей предусмотрены процессуальные правила, определенные ст. 193 УПК РФ.

Как было отмечено выше, система следственных действий характеризуется конечным числом своих элементов. Наряду с этой важной количественной характеристикой следственные действия имеют еще и качественные характеристики — упорядоченность и избирательность.

Следственные действия предназначены для отражения тех или иных свойств преступления, эти свойства, в свою очередь, определяют и связь между следственными действиями. Следы преступления можно классифицировать по определенным группам. Основаниями этой классификации могут быть их природа, содержание и пр. Поэтому в системе следственных действий можно выделить следственные действия, предназначенные для отображения этих данных, взаимосвязанные группы следственных действий, основаниями классификации которых, отражающими их наиболее существенные особенности, следует считать:

  • 1) форму отображения события;
  • 2) порядок получения сведений (непосредственный, опосредованный);
  • 3) характер объектов отображения;
  • 4) процессуальную цель следственного действия.

Основания приведенной классификации, каждое в отдельности, дает возможность по общим свойствам определить группы следственных действий. Их совокупность представляет собой систему со сложной структурой связи.

По форме отображения события определенного преступления следственные действия можно разбить на следующие группы.

К первой из них мы относим следственные действия, в основе проведения которых лежит общенаучный метод наблюдения, используемый следователем в сочетании с такими приемами, как измерение, моделирование и эксперимент. Эти приемы позволяют следователю активно воздействовать на отображаемый следственным действием объект и выражать его свойства в физических признаках, таких, например, как форма, объем, цвет и пр. Совершенно очевидно, что к данным следственным действиям можно отнести все виды осмотров, в том числе и освидетельствование как особый вид осмотра, обыск и выемку, назначение отдельных видов экспертиз и следственный эксперимент.

Вторую группу представляют такие следственные действия, как допрос и очная ставка, в основе которых лежит метод опроса. Данный способ получения доказательств позволяет следователю трансформировать вербальную информацию из сознания ее носителя (свидетеля, потерпевшего и пр.) посредством описания в протокол следственного действия.

Определенное сочетание методов опроса и наблюдения позволяет выделить третью группу следственных действий. Их доказательственное значение основано на отображении следователем объектов, содержащих как информацию вербального характера, так и физических свойств объекта (предъявление для опознания, проверка показаний на месте, назначение отдельных видов экспертиз).

Данной классификацией мы разграничиваем различные пути получения криминалистически значимой информации для уголовного дела. Кроме того, возможность комбинирования следственными действиями той или иной группы, что нередко связано с особенностями следственной ситуации и необходимостью отображения следов, позволяет следователю активно противодействовать участникам уголовного судопроизводства, которые не заинтересованы в объективном установлении обстоятельств преступления.

Непосредственный или опосредованный порядок получения сведений, т.е. криминалистически значимой информации, следует также признать существенным основанием классификации следственных действий.

Очевидно, что подавляющее большинство следственных действий представляют собой непосредственное отображение следов преступления. Следователь в процессе производства следственного действия самостоятельно либо с участием привлеченного специалиста воспринимает объект — носитель информации, получает необходимые сведения и фиксирует их в протоколе следственного действия. Это процессуальный путь познания. В его основе лежит профессиональная подготовка следователя, который в состоянии обнаружить сведения посредством чувственно-рационального восприятия и понять их значение и смысл для дела.

В отличие от непосредственного, опосредованный процесс получения криминалистически значимой информации протекает по-иному. Так, процесс познания при производстве экспертизы реализуется в более сложной форме по причине того, что исследуемый объект содержит скрытую информацию и она недоступна непосредственному восприятию следователем. По постановлению следователя непосредственное восприятие таких объектов производит эксперт и передает ему систематизированный результат своего исследования в заключении.

Именно рассматриваемая классификация и указывает на процессуальную и познавательную роль экспертизы в системе следственных действий, ее особое место в этой системе.

Вместе с тем нельзя рассматривать судебную экспертизу в качестве следственного действия, потому что в отличие от последних ее как способ собирания доказательств характеризуют определенные особенности. В первую очередь, среди них мы отмечаем то, что непосредственные познавательные операции в процессе судебной экспертизы производит не следователь, а эксперт. Он же в соответствии со своей профессиональной подготовкой и компетентностью выбирает систему познавательных методов, которые применяет в исследовании объекта экспертизы. Эти методы уголовно-процессуальным законом не предписаны.

В связи с этим не следует впадать и в другую крайность и рассматривать экспертизу как обособленную форму познания, реализуемую параллельно с деятельностью следователя.

Отнесение судебной экспертизы к следственным действиям, а равно признание ее в качестве самостоятельной формы познания в уголовном судопроизводстве, по-видимому, не раскрывает ее познавательной сущности как способа доказывания. Процессы познавательной деятельности следователя и эксперта представляются нам как неразрывное единство, где и следователь, и эксперт действуют самостоятельно в пределах предоставленных им процессуальных полномочий. Заслуживает внимания позиция авторов, указывающих на то, что следственным действием в этих обстоятельствах следует считать не экспертизу, а комплекс действий следователя, который фактически определяет программу исследования эксперту, создает ему для этого необходимые условия и контролирует объективность и полноту исследования. Фактически такие действия можно именовать «назначение и производство экспертизы».

Наряду с приведенными, важным основанием классификации следственных действий является характер объектов отображения. В процессе расследования выбор следственного действия для его использования следователем зависит и от сложности объекта, подлежащего отображению. В этом аспекте следователь должен иметь в виду не только цели следственного действия, но и стратегическую цель, а также тактические цели всего расследования. В процессе осмотра места происшествия одной из главных задач представляется фиксация пространственных и временных отношений объектов, по-другому, следов преступления. Наряду с пространственно-временными связями значение для всего процесса расследования имеют и так называемые функциональные связи. Их фиксация в процессе осмотра основана на необходимости отражения следователем в протоколе места происшествия, например дорожно-транспортного происшествия, не только места столкновения транспортных средств, но и следов торможения, характера дорожного покрытия и других факторов, с тем чтобы в дальнейшем можно было установить скорость движения транспортного средства.

Рассматривая данную классификацию, особое внимание следует уделить следственным действиям, чье предназначение связано с отображением объектов, которые созданы в процессе производства предварительного расследования следователем посредством объединения и одновременного восприятия изолированных источников криминадиетически значимой информации. Такая интегративная деятельность следователя по созданию объектов, несущих криминалистически значимую информацию, дает возможность получить новые данные, содержание которых выходит за пределы исходных. Такова интеграция обстановки на месте с показаниями лица (проверка показаний на месте), двух показаний (очная ставка), сообщения опознающего с признаками объекта, предъявляемого для опознания, условий, в которых протекал опыт, с самим опытом (следственный эксперимент).

Для целей предварительного расследования выделение перечисленных следственных действий в отдельную группу представляется значимым по причине особенности выделяемой с их помощью информации. Уголовно-процессуальная ситуация в создаваемых условиях для очной ставки, предъявления для опознания и следственного эксперимента характеризуется тем, что во время производства следственного действия следователь объединяет объекты — носители информации (представления, сохраненные в памяти разных лиц; представления, сохраненные в памяти лица, и характер места и т.д.), которые объективно существуют отдельно друг от друга. В связи с этим соответствие (или несоответствие) криминалистически значимой информации, заключенной в изучаемых объектах, фактически может быть оценено следователем исключительно в процессе перечисленных следственных действий. Анализ характера других следственных действий приводит нас к выводу, что они такими свойствами не обладают. Очевидна и сложная структура приведенной группы следственных действий. На этом основании нельзя упрощать очную ставку, предъявление для опознания, следственный эксперимент, а также проверку показаний на месте и изменять их структуру в процессе использования в ходе предварительного расследования через приведение ее к одному из составляющих элементов. Это означает, что проверка показаний на месте не должна превращаться в повторный допрос лица на месте, например, совершения преступления. Очная ставка не должна повторять содержание допросов ее участников, а основываться на постановке вопросов для устранения возникших противоречий и причин их возникновения. В процессе следственного эксперимента следует воссоздавать условия проверяемого события, соответствующие подлинным, а в предъявлении для опознания сообщение опознающего, подбор и описание объектов опознания должны быть гармонично сбалансированными.

Процессуальная цель следственного действия является заключительным основанием приведенной выше классификации следственных действий. В основе указанной цели лежит желание следователя получить определенного вида криминалистически значимую информацию. Однако понятие цели в данном контексте следует рассматривать не только как цель, связанную с формой и содержанием указанной информации, но также и как использование данной криминалистически значимой информации для проверки доказательств совершенного преступления. К следственным действиям, которые обеспечивают достижение такого широкого понятия цели, мы относим очную ставку, следственный эксперимент, предъявление для опознания, проверку показаний на месте, изъятие образцов для сравнительного исследования.

В литературе отмечается, что перечисленные следственные действия, выделенные в качестве «проверочных», не имеют под собой достаточных оснований для самостоятельной классификации, поскольку и другие следственные действия также могут быть использованы для проверки доказательств. В конечном счете весь процесс расследования построен таким образом, что любое следственное действие может быть использовано следователем в качестве проверочного действия. Например, обыск позволяет получить вещественные доказательства относительно заподозренного в совершении кражи. Однако так называемые проверочные действия позволяют следователю получить новую криминалистически значимую информацию, и в этом смысле они являются способами собирания доказательств со свойствами, которых нет у других следственных действий. Эти свойства специально закреплены законодателем и приспособлены им для проверки уже собранных доказательств. Об этом свидетельствует и процессуальная форма рассматриваемых следственных действий. Их процессуальная регламентация содержит специальные предписания, связанные с тем, как использовать уже закрепленные следователем доказательства для целей их проверочного исследования. Правила других следственных действий таких предписаний следователю не содержат.

В связи с этим анализ процессуальных форм «проверочных» следственных действий ясно указывает на справедливость наших утверждений. Так, например, порядок производства очной ставки непосредственно предусматривает соблюдение особых правил проверки показаний, которые были даны в ходе допросов. Показания опознающего, а также иные имеющиеся в деле данные являются базой для проведения указанного следственного действия. Его процессуальная регламентация определена в виде правил воспроизведения встречи опознающего с опознаваемым лицом. Общенаучный метод моделирования лежит в основе производства следственного эксперимента. Его использование в процессе производства данного следственного действия позволяет создать условия, в которых протекало событие, а также исследовать само событие в соответствии с имеющимися в деле доказательствами. В материалах дела и постановлении о назначении экспертизы закреплены объекты, представленные эксперту для производства экспертизы. Собирание экспериментальных образцов следователем для производства экспертизы должно соответствовать цели отражения признаков, присущих вещественному доказательству. Эти основания указывают на проверочные действия в качестве особой процедуры, в процессе которой проходят дополнительные исследования собранных ранее по делу доказательств.

Нельзя обойти вниманием и прикладной аспект, связанный с использованием в расследовании проверочных следственных действий. В первую очередь игнорирование их проверочного характера может привести к серьезным ошибкам в процессе расследования. Следователь должен всегда учитывать то обстоятельство, что проведению проверочных действий должны всегда предшествовать действия по установлению и закреплению криминалистически значимой информации, которая в последующем может быть проверена. Так, допрос конкретного процессуального субъекта всегда является обязательным условием производства очной ставки, предъявления для опознания или проверки показаний на месте, а судебную экспертизу нельзя назначить и провести без обнаружения и приобщения к материалам уголовного дела того или иного вещественного доказательства.

Тактика расследования преступлений достаточно часто дает негативные примеры соответствующего неправильного использования рассматриваемой категории следственных действий. Нередко очные ставки, например, используются следователями не по их процессуальному назначению, а с так называемой тактической целью, т.е. для изменения следственной ситуации в благоприятную для себя сторону. Это происходит обычно вследствие желания следователя создать у подозреваемого впечатление об объеме и значении собранных доказательств, посредством создания доминирующего положения одного участника очной ставки относительно второго ее участника и пр. Нельзя использовать проверку показаний подозреваемого на месте с целью закрепления его показаний.

Мы не претендуем на исключительность рассмотренной в настоящем параграфе классификации следственных действий. Широко известны и другие их классификации, в основе которых лежат данные следственных ситуаций расследования и тактические цели следователя, например, первоначальные и последующие, неотложные и следственные действия, не обладающие такими свойствами.

Системная оценка и анализ рассмотренной нами классификации, а также и других классификаций следственных действий способствуют правильному выбору следователем того или иного следственного действия для оптимального использования его возможностей в целях процессуального доказывания.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >