Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Литература arrow ИСТОРИЧЕСКАЯ ГРАММАТИКА РУССКОГО ЯЗЫКА
Посмотреть оригинал

РАЗВИТИЕ КАТЕГОРИЙ МЕСТОИМЕНИЙ И НАРЕЧИЙ

В результате изучения материала главы 9 студент должен: знать

  • • историю грамматических категорий местоимения;
  • • исходное состояние и источники расширения состава наречий; уметь
  • • характеризовать синтаксические функции местоимений и наречий;
  • • определять происхождение современных форм местоимений и наречий;

владеть навыками

  • • выявления инновационных и ошибочных форм местоимений;
  • • комментированного чтения древнерусского текста с указанием грамматического значения форм местоимений и функций наречий.

История местоимений

В истории местоимений необходимо выделить три наиболее важных аспекта. Во-первых, склонение местоимений могло взаимодействовать со склонением прилагательных, некоторые из этих особенностей уже были рассмотрены выше. Во-вторых, важную часть истории местоимений составляет преобразование падежных форм личных местоимений. В-третьих, необходимо специально рассмотреть вопрос о преобразовании древнерусской системы указательных местоимений.

Основные разряды местоимений присутствовали в древнерусском языке, однако категория лица была представлена не полностью по сравнению с современным языком: местоимение третьего лица и, к, гд занимало особое положение, так как имело синкретичное значение: личное и указательное. Поэтому имеет смысл рассмотреть историю местоимений начиная с последнего вопроса — с истории указательных местоимений.

Функция указательных местоимений — противопоставлять различные уровни удаленности объекта, выражая одновременно связанные с этим значения: соотнесенность объекта с участниками

j диалога, известность объекта или его неопределенность, наблюдаемость или ненаблюдаемость. Развитие всех этих противопоставлений происходило от более конкретных к более абстрактным — как и в остальных категориях, в остальных частях речи. Праславянская система местоимении с трудом поддается реконструкции, так как она была значительно преобразована в письменную эпоху. Могут быть выделены пять указательных местоимений для исходной восточнославянской системы: и, сь, тъ, онъ, овъ. Первое местоимение в наиболее чистом виде выражало категорию определенности: и, е, гд, его, e"fe ‘тот самый’. Остальные четыре местоимения были, вероятно, соотнесены попарно: сь, тъ — онъ, овъ[1]. Первые два слова указывали на конкретный, определенный объект, поскольку соотносились с участниками диалога: сь ‘связанный с говорящим: мой, у меня’ — тъ ‘связанный с собеседником: твой, у тебя’. Вторая пара местоимений обозначала неопределенные, внешние объекты. Таким образом реализовывалось противопоставление своего и чужого: онъ, оного — это первоначально ‘посторонний, чужой, удаленный’. Последнее местоимение, овъ, в наибольшей степени дополняло указательную функцию качественной семантикой: ‘посторонний, совсем другой, некий, какой-либо’.

В письменную эпоху эти конкретные значения были преобразованы в более абстрактную, градуальную оппозицию, включившую три местоимения: сь, тъ, онъ. Эти слова стали выражать прежде всего идею удаленности: сь ‘близкий’, тъ ‘далекий, наблюдаемый’, онъ ‘далекий, за пределами видимости’ — однако в конкретных текстах могли проявляться архаичные оттенки значения. Ср. в Новгородской летописи: оже лы, Братик, снлъ не положелъ (князь Мстислав предлагает помочь половцам, которые прибыли в Русскую землю, т.е. они близко, и обратились за помощью к Мстиславу, т.е. к говорящему); он^.иъ больши коудеть сила (усилятся татары, которые находятся далеко от Руси и о которых пока мало что известно).

В истории русского языка указательные местоимения по образцу

прилагательных могли приобретать постпозитивный подкрепляющий формант и (из другого указательного местоимения): сьи, тъи, онъи. В современном языке эти формы не актуальны по разным причинам: сьи —> сей (местоимение устарело из-за замены другим словом), тъи —> тый (диалектная форма, известная в малороссийском и белорусском языках), онъи —» оный (форма устарела из-за изменения системы указательных местоимений). Подкрепленные формы были особенно актуальны для местоимений сь, тъ, так как у них после вокализации сильных редуцированных формы мужского рода именительного падежа совпали с формами среднего рода: тъ —» то, сь —» се. В этих случаях использовался также альтернативный способ подкрепления — удвоение основы: тъ тъ —> тот, сь сь —> сеск: в современном русском языке сохранилась только первая форма.

В истории русского языка троичная оппозиция указательных местоимений преобразовалась в бинарную: этот ‘близкий’ — тот ‘далекий’. Местоимение этот возникло путем присоединения к единственному продуктивному указательному местоимению древнерусской эпохи — та, тот — экспрессивной частицы э (кэ). Эта инновационная форма появилась в XVII в. и первоначально записывалась как етот. Архаизация формы сей, возможно, связана с унификацией корней в классе местоимений: этот — тот вместо сейтот, и точно так же кто — некто — некий вместо къто — о в ъ — овин.

В склонении неличных местоимений и в древнерусских памятниках, и в современном языке отражается влияние парадигмы полных прилагательных. Таким образом, взаимодействие падежных форм местоимений и прилагательных было обоюдным: не только нового вместо новаго под влиянием того, но и которлго вместо которого под влиянием новаго. Такое взаимное влияние свидетельствовало об унификации парадигмы склонения всех частей речи, выполнявших определительную функцию.

Приведем еще примеры новых форм местоимений, возникших при взаимодействии с формами прилагательных. В том же родительном падеже мужского рода: имаго, онаго, дроуглго. В разговорном языке здесь впоследствии возобладало окончание -ого, в котором, как и у прилагательных, изменился согласный: [другова]. В парадигме единственного числа женского рода происходила, как и в склонении прилагательных, унификация косвенных падежей: иной <— HHoi;, ннон, иною.

Активное распространение единых окончаний прилагательных и местоимений наблюдается во множественном числе (род.п. ииТхгь нныхъ, инТ.ии —» иными). Появление здесь новых

окончаний можно также объяснять влиянием мягкой разновидности местоимений, т.е. ин^ми —» иными но образцу новыми или ими. Однако затруднительно говорить об унификации твердой и мягкой разновидностей у местоимений, так как сохранились формы тех <— nrfex'V теми <— Т'кмн. У местоимения тъ {mom) фонема "fe не только сохранилась в косвенных падежах, но и распространилась на именительный падеж в процессе унификации родовых окончаний: вместо ти, ты, та — единая форма тi;. В результате сформировался агглютинативный принцип раздельного обозначения числа ("Ь) и падежа: T-iz-0, т-'й-д'ъ, т-^-мн.

Бывшие указательные местоимения онъ (им.и.) и его (косвенные падежи) в результате контаминации стали единым местоимением третьего лица. У местоимения онъ косвенные падежи сохранились в современном языке как архаичные формы с указательной функцией (оного, оному); у местоимения его формы именительного падежа утратились еще в дописьменный период (в отличие от омонимичных форм винительного: и и т.д.). Функция местоимений третьего лица тесно связана с указательной семантикой, поэтому третье лицо местоимений резко противопоставлено первому и второму лицам. Первое и второе лица обладают четкой функцией: обозначение говорящего и обозначение собеседника. По сравнению с этим третье лицо имеет более размытое значение: объект (не только лицо, но и предмет), не участвующий в разговоре, преимущественно находящийся вне пределов видимости. В конечном счете третье лицо — это обозначение субъекта или объекта действия при повествовании.

В древнерусском языке в функции третьего лица могли использоваться различные указательные местоимения: и, онъ, сь, тъ. Характерно, что и в современном языке указательные местоимения могут появляться на месте личных: Этот пришел? Закрепление в значении третьего лица форм его, e.woy и т.д. связано с нейтральностью, универсальностью этих форм в плане выражения удаленности. Такое закрепление происходило в течение древнерусского периода, но его точное время установить затруднительно. Формы онъ, она, оно закрепились в позиции подлежащего в качестве форм третьего лица одновременно с изменением указательной оппозиции с троичной на бинарную. Возможно, контаминации местоимений онъ — его способствовала реализация в их структуре парных фонем <н>, <н’>: в именительном падеже — онъ, в косвенных падежах — в нем, у него — в позиции после предлогов (после в, /с, с |н’| возникало фонетическим путем, в остальных случаях — по аналогии).

В склонении личных местоимений первого и второго лица представляет интерес происхождение и изменение отдельных форм. В первом лице единственного числа в именительном падеже с праславянского времени употреблялась супплетивная форма, причем уже в ранних древнерусских текстах наблюдается ее варьирование: азъ — гдзъ — га. Закономерной и регулярной древнерусской формой является газъ. Этимологический анализ свидетельствует о первоначальном отсутствии супплетивизма в первом лице: *eg’-om (экспрессивная частица + исходный корень, ср. то же корневое т в косвенных падежах) —> *a-ezu (еще одна усилительная частица в начале местоимения) —> *агъ (общеславянская форма) —> газт (йотация начального гласного у восточных славян).

Форма дзть была в древнерусских текстах старославянизмом, форма га имела разговорное происхождение. Ср. в грамоте Мстислава ИЗО г.: се азъ мьстиславъ сынъ; а газъ далъ роукою свокю; а се га всевододъ. В первом случае употреблена ритуальная конструкция начала текста, включающая церковнославянизм; во втором случае использована обычная форма; в третьем случае сын Мстислава Всеволод (представитель младшего поколения) использовал разговорную форму.

Происхождение формы ia остается не вполне ясным и имеет по крайней мере три объяснения. Возможно, она появилась фонетическим путем в результате утраты конечного редуцированного и ослабления и утраты конечного согласного. Более вероятно, что еще до падения редуцированных двусложное местоимение га-зъ упростилось до одного слога в результате морфологической аналогии по образцу других форм именительного падежа: ты, ды, вы. Такое упрощение могло быть связано и с особой экспрессивностью при употреблении местоимения первого лица. Наконец, еще одна гипотеза состоит в том, что газть и га никак не связаны этимологически и представляют собой разные способы выражения значения первого лица в диалектах праславянского языка.

Другой особенностью истории личных (и возвратного) местоимений является утрата энклитичных форм: дат.п. ди, ти, си; вин.п. да, та, са. Необходимо сразу отметить, что современная форма те (я те дам!) не связана с древнерусскими энклитиками и является результатом поздней редукции.

Энклитичная форма возвратного местоимения сохранилась в виде возвратной глагольной частицы (в современном русском языке -ся — постфикс). В древнерусский период в функции такой частицы встречаются и са, и си. Формы да, та важны для понимания судьбы родительного падежа личных местоимений. В северных древнерусских диалектах да, та закрепились в функции винительного падежа, в то время как в родительном падеже сохранялись исконные формы дене, теке. В результате распространения категории одушевленности (лица) на местоимения произошла контаминация и возникла единая форма род.п. = вин.и.: да + .йене —> меня, та + теке —> теня.

Наконец, в качестве заключительного замечания отметим выравнивание основ в парадигмах личных и возвратного местоимений, ср. древнерусские и современные формы: теке, ток'Ь —> тебя. тебе: севе, соктк себя. себе. В говорах этот процесс мог развиваться более последовательно: .иене, деьн'к —> меня. мене.

Контрольные вопросы

  • 1. Какие значения выражались в древнерусском языке указательными местоимениями? Приведите примеры.
  • 2. Как значения указательных местоимений соотносятся с указанием на участников диалога?
  • 3. Какая градация удаленности выражалась указательными местоимениями в древнерусском языке?
  • 4. Каково происхождение современных русских форм тот и сей?
  • 5. Каково происхождение местоимения этот? Почему устарели другие указательные местоимения?
  • 6. Какими фактами подтверждается тенденция к унификации в истории русского языка склонения всех определительных частей речи?
  • 7. Как изменилось в истории русского языка склонение местоимения тч» (тот)?
  • 8. Как происходила контаминация местоимений онъего? Какое значение стало выражаться с помощью контаминированной парадигмы?
  • 9. Каково происхождение современного именительного падежа местоимения первого лица единственного числа?
  • 10. Каково происхождение современных русских форм меня, тебя, тебе?

  • [1] Подробнее см.: Колесов В. В. История русского языка.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы