КОММЕНТАРИЙ

Сущность жанра

Комментарий предназначен для разъяснения и оценки происходящего. Этот жанр можно считать дополнительным по отношению к новостям, репортажам и трендовым статьям, так как в формат этих жанров вписывается далеко не вся информация, которая есть у журналиста и которая могла бы быть интересна аудитории. Например, понимание того, как на самом деле что-то устроено, или предположение о причинах и последствиях какого-либо события.

Кроме того, у журналиста может сложиться собственное мнение о происходящем, и это мнение также может быть интересно аудитории. В материалах же прочих жанров свое мнение либо нельзя высказывать, либо нельзя делать его центром материала. Комментарий же позволяет автору сфокусироваться именно на своем мнении и отношении к предмету, который журналист оценивает.

Разъяснение в комментарии заключается в установлении взаимосвязей (особенно неочевидных или скрытых) между событиями и действиями персонажей, а также в построении прогнозов дальнейшего развития событий и описании связанных с этим рисков. Вот пример комментария, автор которого разъясняет, как налоговая служба ради выполнения плана взыскивает дополнительные платежи с добросовестных налогоплательщиков:

Налоговая служба придумала универсальную схему взимания дополнительного НДС с предприятий. Универсальная она потому, что ее можно применить к каждому налогоплательщику, а суд и прокуратура ее поддержат. Схема эта позволяет налоговой выполнять и перевыполнять план Минфина по пополнению доходов бюджета (идея комментария — налоговики собирают с предприятий дополнительные налоги). Чтобы был рост сбора налогов, не надо развивать и стимулировать экономику, надо просто утвердить план для налоговых инспекторов по повышенному сбору НДС — и тогда они обязательно будут собирать больше налогов, т.е. изымать деньги у еще работающих предприятий. Если законно это сделать не получается, например подняв ставку НДС, то ничто не мешает это сделать незаконно. Схема знакома каждому предпринимателю в России, кто проходил налоговую проверку в последние два-три года.

У российского налогоплательщика много обязанностей и по Налоговому кодексу, и согласно разным многочисленным приказам ФНС. По одному из них налоговая обязывает предприятия проводить оперативно-разыскную работу с каждым поставщиком. Перед поставкой товара в соответствии с приказом ФНС покупатель должен познакомиться с руководителем организации поставщика, взять копию его паспорта, сравнить адрес офиса с адресом в учредительных договорах, потребовать подтверждсния полномочий директора, собрать все учредительные документы, найти рекламу в СМИ, сайт в Интернете. Весь этот процесс получил название «осмотрительность и осторожность». Но сбор этих документов не гарантирует предприятию ничего. У ФНС на случай, если вы были максимально осторожны, есть туз в рукаве.

При проверке налоговая по собственной методике выбирает некоторых поставщиков предприятия и проверяет их учредителей. Если учредитель не ответил или отрицает свою причастность к обществу, налоговая организует экспертизу сверки почерка лица, подписавшего счет-фактуру, и лица, подписавшего учредительные документы. Экспертиза устанавливает, что подписи разные. Покупателю налоговая объявляет: счет-фактура поставщика подписана неуполномоченными лицами. А значит, содержит нарушение в его оформлении, и НДС принят к зачету неправомерно. НДС подлежит возврату в бюджет с пенями и штрафами, что примерно означает сумму раза в полтора больше, чем доначисленный НДС! А для того чтобы налогоплательщик не тратил время на обжалования и суды, ему напоминают про статью Уголовного кодекса № 199, по которой неоплата налогов в крупном размере (более 2,5 млн руб.) грозит директору и бухгалтеру лишением свободы (разъяснение — налоговики находят у предприятия недобросовестного поставщика и предъявляют предприятию претензии)[1].

Мастер разъясняющего комментария — Юлия Латынина, тексты которой обычно посвящены подоплеке события. Например, как этот.

Новость недели: под министром обороны Сердюковым якобы шатается кресло. В подчиненном ему «Оборонсервисе», занимавшемся распродажей военного имущества, идут обыски, представитель СК г-н Маркин, временно переключившись с оппозиционеров на расхитителей, рассказывает о потравах в военном добре. <...>

В случае с Сердюковым интересанты просматриваются невооруженным глазом. Это вице-премьер Дмитрий Рогозин и глава администрации президента Сергей Иванов.

У Дмитрия Рогозина большая проблема — его вице-премьерство имеет финансовый смысл только в сочетании с постом министра обороны. Все лето новоиспеченный вице-премьер объезжал оборонные заводы, и везде оказывалось, что бабки распределяет не он, а Сердюков и «Оборонсервис». Который и стал объектом атаки.

У Сергея Иванова проблема другая — скорее статусная. На четыре года президентства Медведева Сергей Иванов выпал из политической жизни, а сейчас, когда его назначили главой администрации, он снова ожил и засиял отраженным светом. И когда на одном из заседаний Совбеза на очередной вопрос Путина про армию Сердюков ответил в том смысле, что это напороли еще при его предшественнике, Иванов, видимо, обиделся. И с тех пор готовится к заседаниям Совбеза так, что на каждый вопрос про армию отвечает вперед Сердюкова, и желательно так, чтобы министр обороны выглядел двоечником[2].

Оценка — это сопоставление того, как есть, с тем, каким оно должно быть. Исходя из этого делается вывод, насколько реальное соответствует желаемому. Вот пример оценивающего комментария.

Вчера и позавчера в ходе проведения рейда «Нетрезвый водитель» дорожные полицейские задерживали по 120 пьяных водителей. Много это или мало? Чтобы ответить на этот вопрос, давайте прикинем, сколько водителей вчера смогла проверить ГИБДД? Судя по тому, как часто останавливают меня и моих знакомых, речь идет скорее об 1%,чем о 10%. <...>

Руководство страны отреагировало на вопиющий случай на Минской улице вполне традиционно — закручиванием гаек. И тут я с властью согласен, особенно если ей удастся соблюсти принцип соразмерности (первая оценка автора — частичное согласие). За две кружки пива вполне можно оставить и прежнее наказание в виде временного лишения прав, а вот за бутылку водки целесообразно сажать на 15 суток, лишать автомобиля или штрафовать на сотни тысяч рублей, даже если управление автомобилем в нетрезвом виде не привело к нарушению других правил дорожного движения.

Однако я полагаю, что власть действует недостаточно жестко. Помимо наказания водителям пора — и давно пора — вводить драконовские меры для тех, кто больше всего способствует расцвету пьянства за рулем. Речь, конечно, о сотрудниках ГАИ- ГИБДД, или как их там еще называют (вторая оценка автора — негативная). В своей жизни я давал взятки раз десять. Все они были гаишникам. <...> Получается, что есть драконовский закон и есть жадные ребята на дорогах, которые как смягчали, так и будут смягчать любой закон. Так давайте бороться со взятками на дорогах!

Пять—десять лет тюрьмы за доказанный факт попытки получения взятки при исполнении служебных обязанностей на дороге без возможности условных сроков. 10 000 долл, за предоставление записи разговора с полицейским, доказывающей вину полицейского. Создание специальной группы провокаций. Специальных жестких мер можно придумать много, главное — это наконец обратить внимание на ключевую проблему российской действительности.

Первую взятку большинство граждан России дает гаишнику. Пора это прекратить (описание автором желаемого положения дел в данной сфере)[3].

Оценка может происходить по четырем шкалам. 1. Этика. Хорошее (то есть способствующее выживанию и развитию человечества) или плохое (ведущее к гибели).

Чтобы определить этичность поступка, нужно представить, что также поступили бы все люди на Земле. Если в результате всем станет хорошо, поступок этичен, если плохо — нет. Этот принцип сформулировал немецкий философ Иммануил Кант: «Поступай только согласно такой максиме, руководствуясь которой ты в то же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом»[4].

2. Закон. Справедливо (соответствует принятым в обществе и записанным в законодательстве нормам) или несправедливо (противоречит этим нормам).

Иногда закон может противоречить справедливости. Так происходит, потому что жизнь гораздо сложнее и многообразнее записанных в законодательстве норм. Кроме того, общество и технологии развиваются очень быстро, и поправки в законы почти всегда вносятся с опозданием. Более того, законы могут изначально быть несправедливыми, если они приняты не в интересах общества в целом, а в интересах какой-либо чиновничьей или близкой к власти группировки. Например, по закону в армию должны призывать тех, у кого нет отсрочки или освобождения, а по справедливости — тех, кто наилучшим образом к службе подготовлен и для чьих семей это будет наименее болезненно.

3. Эстетика. Красиво (воспринимается таковым) или некрасиво. Красота — это характеристика как предметов (правильное соблюдение

пропорций), так и действий (слаженная, грамотно выстроенная последовательность).

Красота — в значительной степени субъективный критерий, зависящий от генетики воспринимающего (красивым будет казаться то, что дополняет недостаток человека, например, худым мужчинам нравятся полные женщины, и наоборот) и от его воспитания (например, выросшему в агрессивной среде драка покажется красивой, тогда как воспитанный в пацифистском духе придет от увиденного в ужас).

4. Практика. Полезно (помогает достичь каких-то целей) или бесполезно. По шкале «Практика» можно оценивать действия властей, направленные на решение каких-то проблем. Журналист соотносит намерения с реальным положением дел и возможными препятствиями и делает вывод о грядущей эффективности или провале начинаний.

Проверка чьих-то предложений или решений практикой — неистощимый источник тем для комментариев. Например, единый госэкзамен для выпускников школ вводился, чтобы исключить коррупцию при приеме в вузы. Однако в реальности коррупция переместилась на уровень школ, где стали фальсифицировать оценки. В вузах же начали сталкиваться с ситуациями, когда получившие высший балл на экзамене по русскому языку подают заявления с множеством ошибок.

Вот пример использования шкалы «практика» — комментарий, автор которого доказывает, что существующая процедура апелляции результатов Единого госэкзамена не справляется со своей задачей изменить результат в том случае, если задание выполнено неправильно только по форме, а по сути — правильно.

...Московские выпускники, например, приходят на Шаболовку, 39, где в помещении колледжа сферы услуг № 32 заседает городская конфликтная комиссия. Там сначала их маринуют в невероятно душном, забитом такими же ухайдоканными детьми предбаннике, а потом, проверив какие-то егэшные бумаги и паспорту сопровождающего (чтобы, не дай бог, вместо глупого родителя не явился репетитор или еще кто-нибудь знающий), направляют в зал. Там проветрено, а за расставленными в ряды столиками сидят эксперты по разным дисциплинам. Сперва надо найти «свой» стол и что-то там подписать. А затем происходит следующее. Один (или, что куда чаще, одна) из этих педагогов разворачивает распечатанные сканы ответов ребенка на вопросы ЕГЭ, некоторое время шуршит ими и произносит: «Э, милый, ты апеллировать пришел, а, как я погляжу, отметки у тебя даже завышенные. Вот по этому пункту я бы меньше поставила и по этому, так что мы сейчас тебе балл не повысим, а снизим». На этом месте выпускник теряет если не дар речи, так, во всяком случае, желание что-то там оспаривать.

То, что комиссия по апелляции может изменять отметку не только в сторону увеличения, если смотреть с точки зрения банальной логики, противоречит утверждению из положения о ЕГЭ: «Процедура апелляции призвана защитить интересы участника ЕГЭ». Но абсурдным образом практически вслед за прекрасными словами о «защите интересов» там же значится следующее: «По результатам рассмотрения апелляции количество выставленных баллов может быть изменено как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения». И даже: «Экзаменационная работа перепроверяется полностью, а не отдельная ее часть». То есть ты можешь прийти, чтобы оспорить недостаток баллов в оценке по одному какому-нибудь вопросу (раскладка отметок по вопросам накануне появляется в Интернете) — а тебе, чтоб неповадно было, понизят баллы по нескольким другим. <...>

Как декларировалось, ЕГЭ должен был покончить с предвзятостью в приемных комиссиях вузов. Но какими бы «коррумпированными» ни были сотрудники тех комиссий, они все же смотрели в глаза детям, с которыми, возможно, им предстояло провести ближайшие пять лет. Нынешняя же система апелляции (а апеллируют теперь практически все, кто получил по профильным дисциплинам меньше девяноста баллов из ста возможных) отдает выпускника в руки людей, которые видят его в первый и последний раз, которым он совершенно безразличен. <...>

В Сониной работе были, надо признать, и подлинные промахи: процитировав стихотворение Фета, она не указала его название. И хотя вообще-то у этого стихотворения нет названия (вместо него приходится приводить длинную первую строчку «Одним толчком согнать ладью живую»), это действительно большой недочет, кто ж спорит, и тут и вправду надо снимать баллы. Но Соня все же промямлила, что раз она цитирует стихотворение, это же значит, что она его знает. На что одна из экспертш ответила формулировкой столь прекрасной, что даже не верится: «У нас правило, чтоб было название. Нас не твое знание волнует, а правило. Так что вот здесь распишитесь и скажите спасибо, что не понизили».

Справедливости ради надо сказать, что у многих в этот день апелляцию удовлетворили и баллов добавили. По рассказу одной нашей знакомой девочки, с нею это произошло так: она села за стол к экспертам и взмолилась — вот, очень мало у меня баллов. И ей добавили: повысили оценки по нескольким пунктам без каких-либо дополнительных вопросов, просто из сострадания. Потому что их, конечно, всегда можно пересмотреть в ту или иную сторону, тем более что никакого документа, объясняющего, почему за конкретный вопрос выставлено такое количество баллов и, главное, в чем, собственно, заключается ошибка, не предоставляется.

Я очень рада за эту девочку и за других, кому повезло, но такой «положительный» результат — это, бесспорно, еще большее доказательство произвола и отсутствия хваленой егэшной беспристрастности, чем даже результат «отрицательный».

И опять же если на этом месте давать советы, то, похоже, поступать (пока такая система апеллирования сохраняется) надо именно так: ничего не доказывать, а просто умолять. Что, безусловно, разовьет в подрастающем поколении соответствующие требованиям времени качества1.

  • [1] Универсальная ловушка // Ведомости. 2009. 14 декабря.
  • [2] Латынина Ю. Уголовное дело — признак разборки. Почему не уйдет министр Сердюков. URL: http://www.novayagazeta. ru/columns/55159.html.
  • [3] Недостаточно жестко // Ведомости. 2012. 27 сентября.
  • [4] Кант И. Основы метафизики нравственности. URL: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/kant_omn/01.php.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >