ПРЕДПОСЫЛКИ И ПРИЧИНЫ УСТАНОВЛЕНИЯ ТОТАЛИТАРНЫХ РЕЖИМОВ В СССР И ГЕРМАНИИ

Предпосылками тоталитаризма в СССР и Германии были: слабость демократических традиций; сильные, стойкие традиции деспотического вмешательства государства в организацию общественных отношений; привычность общества к насилию как способу выхода из конфликтных ситуаций; традиция мессианства (вера в вождя-с паси тел я, с одной стороны, и претензии на особую, определяющую роль своей страны в мировом сообществе — с другой); наличие организованной политической силы, нацеленной на коренное преобразование мира; наличие у нее признанного вождя, фанатично убежденного в своей исторической правоте, способного для достижения цели использовать любые средства, ведущие к успеху. Причины тоталитаризма заключались в исключительной остроте общественных противоречий в течение длительного периода; в неспособности общества поддержать или вообще найти альтернативный вариант выхода из конфликтной ситуации.

Демократия (народовластие), в противоположность тоталитаризму, это способность общества заставить публичную власть принимать решения и совершать действия, которые более или менее устраивают большинство. Государство принуждается к компромиссной политике, учитывающей многообразие общественных интересов, через механизм общественного контроля над законотворчеством и соответствием деятельности властей, любого чиновника, включая главу государства, существующим законам. Условием устойчивости демократии является готовность большинства членов общества к взаимному добровольному конструктивному сотрудничеству.

* * *

Демократические традиции в России при царской самодержавной власти не имели благоприятных условий для развития.

Буржуазные реформы, предпринятые в 60-70-х гг. XIX в. и в последующий период, содействовали развитию капитализма. Однако эти реформы, проводимые сверху, ускорив индустриализацию страны и формирование классов буржуазии и пролетариата, отнюдь не сопровождались адекватными политическими изменениями. Демократизация жизни противоречила интересам абсолютной монархии, многочисленной чиновной бюрократии, привилегированного дворянского сословия. Власть, инициировавшая ускорение экономического развития России, весьма неохотно шла на политические уступки. Заметные подвижки в этом отношении произошли только в результате революции 1905-1907 гг. Но и в дальнейшем буржуазия могла влиять на политику страны в весьма ограниченных пределах.

Неожиданное для всех крушение российского самодержавия (2-3 марта 1917) вдруг превратило страну из несвободной в беспрецедентно свободную. В течение короткого срока (март — июнь 1917) большинство общества было готово к конструктивному сотрудничеству. Однако пришедшим к власти либералам и умеренным социалистам не удалось укрепить свои позиции. Они промедлили с проведением неотложных мероприятий. Подготовка к выборам в Учредительное собрание, провозглашение России республикой, попытки приступить к решению аграрного, национального и рабочего вопросов, а также вопроса о войне запоздали. Кроме того, авторитет новой власти был подорван ее нерешительностью даже в тех случаях, когда потребность в применении силы против анархических и уголовных проявлений была очевидной для лояльных граждан. Этим немедленно воспользовались большевики.

Демократический переворот был для большевиков лишь промежуточным этапом на пути к социалистическому перевороту. При этом российская революция рассматривалась ими как начало всемирной (мировой) революции. Урегулирование общественных противоречий России через компромиссное сотрудничество с другими политическими партиями не соответствовало их интересам. Популярные демократические лозунги ленинцы успешно использовали в борьбе за власть. Захватив власть в Петрограде и быстро распространив ее на страну, они, несомненно, пытались осуществить эти лозунги на практике: были приняты Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа и Декларация прав народов России, проведены выборы в Учредительное собрание, делались попытки прекратить Первую мировую войну на условиях демократического мира и т. д. Но демократизация российского общества не была для них ни главной, ни даже самостоятельной целью. Демократические декларации, расширявшие социальную базу большевизма, сочетались с умышленным разжиганием гражданской войны «между бедными и богатыми», с беспощадным подавлением не только «сопротивления свергнутых классов», но и любой оппозиции. Этим большевики стремились дать революционный пример пролетариям зарубежных стран, подтолкнуть развитие мировой антибуржуазной революции.

Запрещение буржуазных партий, «красногвардейская атака на капитал», запрещение частной торговли и даже роспуск Учредительного собрания не вызвали первоначально сильного противодействия. Однако разгон «учредилки» на второй день после начала ее деятельности ясно показал действительное отношение большевиков к демократическому волеизъявлению большинства. В мае — июне 1918 г. власть Советов, по существу, превратилась в фикцию. ВЦИК и Совнарком в своей деятельности ориентировались не на мнение выборных представительных органов рабочих, солдат и крестьян, а на решения ЦК РКП(б) и партийных съездов. В практической политике они опирались не на местные Советы, а на ревкомы, комбеды и другие чрезвычайные органы. Функции всероссийских съездов Советов фактически сузились до утверждения решений, принятых партией и правительством.

Хотя в конце 1918г. комбеды (комитеты деревенской бедноты) были упразднены, тенденция усиления партийно-государственной диктатуры продолжалась. Неудача попыток распространения большевистской революции на другие страны мира, Гражданская война в России и на территориях ее бывших национальных окраин, которая приобрела невероятно ожесточенный характер, способствовали утверждению и развитию командных и принудительно-репрессивных методов руководства обществом. Если в первые недели после Октябрьского переворота В. И. Ленин полагал, что «любая кухарка может управлять Совнаркомом», то в дальнейшем практика убедила большевистское руководство в том, что расчет на сознательное революционное творчество масс — иллюзия. Оказалось, что даже пролетариат «недостаточно сознателен», чтобы самостоятельно двигаться «в нужном направлении». Уровень способности «союзников» и «попутчиков» пролетариата к самоорганизации в революционной борьбе не устраивал большевистское руководство тем более. Даже саму правящую партию (в которую принимали «лучших представителей» трудящихся классов, обязательно при условии поручительства большевиков со стажем) приходилось постоянно «чистить», изгоняя «недостойных». Безусловно, большевики упорно стремились воздействовать на «трудовые массы» методами убеждения и воспитания. Однако эти методы в подавляющем большинстве случаев дополнялись принуждением. В практике руководства утвердился в качестве основного «добровольно-принудительный» принцип вовлечения общества в революционное творчество.

Таким образом, в годы Гражданской войны от демократии остались только некоторые внешние формы. Реальная власть представляла собой однопартийную диктатуру Внутри правящей партии также происходили процессы, ведущие к жесткой централизации руководства. После окончания Гражданской войны эти процессы усилились.

В 1921 г. начался период, который В. И. Ленин и его соратники определили как «временную вынужденную передышку» в деле развития мировой революции. От надежд на скорое торжество марксизма они вынужденно отказались. Однако не сбылся и пессимистический прогноз, который они теоретически предусматривали прежде: несмотря на то, что большевистская революция не получила ожидаемой поддержки пролетариата развитых буржуазных стран, в России, на Украине, в Белоруссии и Закавказье, чуть позже в Средней Азии диктатуру пролетариата удалось сохранить. Правда, эта диктатура сразу же оказалась перед новой угрозой: в оппозицию большевикам встало многомиллионное крестьянство, возмущенное продолжением политики «военного коммунизма» после разгрома Белого движения. Еще не были до конца уничтожены остатки белых. Россия подошла к порогу новой гражданской войны. Причем противниками большевиков на этот раз реально могли стать бывшие «союзники» и «попутчики», при помощи которых удалось отстоять большевистскую диктатуру в борьбе с белыми. К марту 1921 г. многие районы страны были охвачены крестьянскими восстаниями. В Кронштадте восстали моряки Балтийского военного флота. Недовольство и неустойчивость отмечались и в других военных формированиях Красной армии и Красного флота, а также среди части пролетариата. Оживилась деятельность оппозиционных большевизму умеренных социалистических партий и анархокоммунистических организаций.

Чтобы сохранить власть и перспективу мировой революции, большевики пошли на уступки. «Военный коммунизм» был заменен новой экономической политикой (НЭП). Государство согласилось на многоукладную экономику и допущение существенных легальных элементов рынка при сохранении за собой «господствующих высот» (монополия внешней торговли, крупная промышленность, железнодорожный и водный транспорт и др.). Однако все уступки не затрагивали вопрос о власти. Бескомпромиссность в этом вопросе ярко продемонстрировали беспощадные расправы с кронштадтскими моряками, участниками крестьянских восстаний, священниками, со строптивой интеллигенцией. В 1922 г. под жестким прессингом власти «самоликвидировались» партии и политические организации умеренных социалистов и анархистов.

В самой большевистской партии были решительно осуждены как «анархо-синдикалистские» платформы «рабочей оппозиции» и группы «демократического централизма». Резолюция X съезда РКП(б) «О единстве партии» запретила фракционную деятельность.

В 1922-1923 гг. В. И. Ленин пережил три инсульта. С марта 1923 г. он полностью утратил дееспособность. Четвертый инсульт в январе 1924 г. привел к смерти. Уход признанного лидера обострил противоречия внутри высшего эшелона большевистского руководства. В 1923-1929 гг. вожди ЦК ВКП(б), не расходясь в вопросах стратегии, спорили по вопросам тактики, вовлекая в дискуссии всю партию. Проигравшие в дискуссиях теряли влияние и власть. В конце 1927 г. из ВКП(б) были исключены четверо из шести руководителей, которых В. И. Ленин всего пятью годами раньше назвал «наиболее авторитетными вождями современного ЦК». В 1928-1929 гг. произошла довольно вялая (без проведения общепартийной дискуссии) «разборка» между оставшимися двумя — И. В. Сталиным и Н. И. Бухариным. Сталин одержал победу над соперниками прежде всего потому, что с 1922 г. возглавил Секретариат ЦК ВКП(б). Среди прочих обязанностей секретарей

ЦК одна из важнейших заключалась в подборе кандидатур на замещение вакантных должностей во властных структурах. Получив в свои руки кадровую политику, Сталин быстро заполнил своими, преданными ему лично, выдвиженцами важные посты в центре и на местах. Недостаточно надежные управленцы по его рекомендациям перемещались на третьестепенные посты. Выборность партийного руководства сменилась практикой назначения. Сталин победил и тем самым обеспечил себе положение единственного вождя.

Завершающий этап борьбы за лидерство в руководстве ВКП(б) совпал с началом первой пятилетки. Главной ее целью была форсированная индустриализация СССР. Столкнувшись с острым дефицитом материальных средств, партийно-государственное руководство пошло на свертывание НЭПа и сплошное огосударствление собственности. В городе основным методом стала конфискация частной собственности «за неуплату налогов», в деревне — «коллективизация». Средства на ускоренную индустриализацию были получены. Одновременно ликвидация частной собственности превратила практически все население СССР в маргиналов, полностью зависимых от диктаторского государства. Установление одноуклад- ной административно-командной экономики имело решающее значение для формирования советской модели тоталитаризма.

Впрочем, Сталину потребовалось еще несколько лет, чтобы довести систему власти до полного тоталитаризма. Внутри ВКП(б) и во властных структурах государства еще сохранялось некоторое «вольнодумство». Часть сталинских выдвиженцев (И. Д. Кабаков и др.) и тех руководителей, которые своевременно примкнули к Сталину (М. Н. Тухачевский и др.), получив большую власть, создали сплоченные команды управленцев, опираясь на которые могли стать опасными конкурентами. К середине 1938 г. очищение руководящих органов и силовых структур государства от нелояльных или заподозренных в ненадежности было в основном завершено. В дальнейшем кадровые чистки носили значительно менее широкий характер, хотя и не прекращалась вплоть до смерти И. В. Сталина.

* * *

В Германии демократические традиции были более развиты, чем в России. Однако власть германского императора была ограничена рейхстагом только в некоторых отношениях. В отличие от России, где законы издавались для подданных, но мало ограничивали произвол чиновников, в Германии, как и в других европейских странах, представители власти всех уровней действовали в рамках законов и утвержденных инструкций, подданные, как правило, относились к законам и распоряжениям властей весьма почтительно. Законо- послушание немцев выделяло их среди других народов настолько, что стало темой насмешек и анекдотов даже у весьма законопослушных англичан.

Падение монархии в ноябре 1918 г. и провозглашение республики создали условия для расширения процесса демократизации Германии. Однако авторитет веймарской демократии в крайне неблагоприятных внешнеполитических условиях, в которых страна оказалась, потерпев поражение в Первой мировой войне, укреплялся медленно и весьма относительно. Правые обвиняли демократов и либералов в поражении в войне, капитуляции перед Антантой, за недостаточно решительную борьбу против левых радикалов. Их атаки доходили до попыток государственного переворота (путч Каппа — Лютвица, путч Гитлера — Людендорфа). С другой стороны, левые радикалы, основавшие 31 декабря 1918 г. Коммунистическую партию Германии (КПГ), в 1919-1923 гг. несколько раз пытались взять власть, чтобы «сделать, как в России».

С немалым трудом социал-демократам, действовавшим в союзе с либералами и умеренными консерваторами, удалось сохранить демократию. В 1924 г. положение относительно стабилизировалось. Однако в конце 1929 г. начался мировой экономический кризис. Немцы были повергнуты в отчаяние катастрофической безработицей (на 19 млн занятых — 6 млн безработных), массовыми банкротствами. При резко ухудшившейся экономической конъюнктуре страна вновь болезненно ощутила тяжелые «цепи Версаля». Демократы не смогли предложить программу выхода из кризиса. СД ПГ осталась единственной последовательной защитницей Веймарской республики. Либеральные и консервативные партии «правели» и требовали правительства «твердой руки». Не последнюю роль здесь играли их опасения леворадикальной альтернативы. Как раз в это время КПГ по указанию Коминтерна напористо атаковала демократию как «скрытую форму диктатуры буржуазии». При этом коммунистическая пропаганда объявила социал-демократов

«социал-фашистами», более вредными для дела революционной борьбы пролетариата, чем «национал-фашисты» Гитлера.

В обстановке усилившейся политической нестабильности и раскола центристских сил партия Гитлера быстро «набирала очки», обещая избирателям решить все проблемы страны сразу. НСДАП шла к власти, не скрывая ненависти к демократии, называя ее «еврейским изобретением», «раковой опухолью» и «господством глупости». Но она формально не нарушала законов и полностью использовала в своих интересах демократические свободы. На выборах в рейхстаг 31 июля 1932 г. нацисты впервые обошли социал-демократов по числу набранных голосов. Однако президент республики П. Гинденбург предпочел назначить канцлером своего человека — генерала Шлейхера. Гитлеру был предложен пост вице-канцлера, но он отказался. Кризис власти продолжался. 6 ноября 1932 г. состоялись новые выборы в рейхстаг. В ходе предвыборной кампании НСДАП полностью израсходовала партийные средства и влезла в большие долги в расчете на победу. Но результаты выборов показали, что политическое влияние нацистов стало уменьшаться. Хотя они вновь обошли другие партии, набрав 33,1% голосов избирателей, этот результат был заметно хуже предыдущего: на 2 млн голосов избирателей и на 34 мандата депутатов рейхстага меньше, чем в июле. НСДАП оказалась в критическом финансовом положении. Многомиллионные долги, по большей части краткосрочные, нужно было погашать. А средств не было. Став несостоятельным должником, партия Гитлера оказалась перед угрозой политического краха.

Гитлер и его соратники были в отчаянии. Неожиданно на помощь пришли богатые спонсоры. Группа крупнейших монополистов Германии сделала ставку на Гитлера, полагая, что, став канцлером, он хотя бы временно и частично стабилизирует политическое положение. «Кружок друзей фюрера» дал средства для погашения самых неотложных долгов НСДАП. Затем его представители посоветовали президенту республики Гинденбургу назначить Гитлера канцлером Германии.

В январе 1933 г. фюрер сформировал коалиционное правительство крайне правых партий и политических групп, не имевшее большинства в рейхстаге. Получив в свое распоряжение полицию Германии и земель, нацисты начали расправы с политическими оппонентами. Отряды СА и СС общей численностью до полумиллиона приобрели статус вспомогательной полиции. Вместе с тем Гитлер добился назначения новых выборов в рейхстаг на 5 марта 1933 г.

В период подготовки к выборам террор и провокации нацистов усилились. Тысячи противников были арестованы, сотни покалечены или избиты, десятки убиты. В ночь на 27 февраля 1933 г. гитлеровцы подожгли здание рейхстага. Ответственность за поджег они возложили на КПГ и Коминтерн, которые были обвинены в попытке государственного переворота. Однако предложение союзников НСДАП по правительственной коалиции о немедленном запрете КПГ Гитлер решительно отклонил. Это, как вскоре выяснилось, было продиктовано хитрым расчетом.

На выборах 5 марта НСДАП получила 288 депутатских мандатов из 647, т. е. опять не получила абсолютного большинства. КПГ, несмотря на мощную антикоммунистическую кампанию, получила 81 мандат: ей отдали свои голоса 4 млн избирателей. На первом же заседании нового рейхстага КПГ была запрещена, а мандаты коммунистов аннулированы. В результате общее число депутатов сократилось до 566. Таким образом, НСДАП обеспечила себе абсолютное большинство в германском парламенте. 23 марта 1933 г. рейхстаг принял закон «О ликвидации бедственного положения народа и государства», дававший канцлеру право действовать без санкции парламента и президента республики. На основании этого закона веймарская демократия была легально уничтожена.

В конце 1933 г. прошли последние выборы в рейхстаг, на которых НСДАП, уже в условиях однопартийное™, получила почти 90 % голосов избирателей. В январе 1934 г. канцлер получил право изменять конституцию. После смерти II. Гинденбурга (2 августа 1934) Гитлер сосредоточил в одних руках полномочия вождя германской нации, рейхсканцлера и рейхспрезидента. Ранней весной 1938 г., за несколько дней до аншлюса Австрии, процесс установления тоталитарной диктатуры завершился. С ликвидацией военного министерства и генерального штаба вермахта последняя государственная структура — вооруженные силы была лишена относительной автономии. Власть фюрера стала абсолютной.

Победа тоталитаризма и в СССР, и в Германии не была неизбежной. Однако в обоих случаях она была закономерной. Опыт сотрудничества социальных слоев и групп на основе разумных компромиссов в Германии был небольшим, в России — тем более. Напротив, общество в обеих странах имело устойчивую привычку к подчинению сильной государственной власти и насильственным способам государственной политики.

Традиции мессианства в большой степени способствовали успеху обоих диктаторов. Идея избранности германцев для особой организующей роли во всемирном историческом процессе развивалась, по меньшей мере, со времен крестовых походов. Через пангерманизм XVIII-XIX вв. она перешла в Новейшее время. Многовековая идея «Руси святой» — защитницы «истинной веры», избавительницы страждущих народов от гнета «поганых», при большевизме выступает в новом обличии. Народ-богоносец превращается в знаменосца мировой революции, свергающей «рабство капиталистической эксплуатации».

BKI 1(6) и НСДАП были партиями, а Сталин и Гитлер — вождями, фанатично нацеленными на коренное и, по их представлениям, справедливое преобразование мира.

Тяготы Первой мировой войны положили начало всестороннему кризису и в России, и в Германии. Кризис был весьма болезненным и затяжным. Поиски выхода из него в России — СССР осложнялись установлением однопартийной большевистской диктатуры, сломавшей хрупкие ростки демократизма и старые традиции, в Германии — «цепями Версаля». В обеих странах общество, измотанное невзгодами, потеряло способность самостоятельно ориентироваться в ситуации, реалистично оценивать ее. У людей, не видящих выхода, остается надежда только на чудо. И. В. Сталин и А. Гитлер заставили свои народы поверить, что знают путь, ведущий к счастью. В 1938 г. кризис общества в СССР и Германии завершился. Наступило временное урегулирование общественных противоречий. Утвердились тоталитарные режимы, мобилизовавшие общественность своих стран для решения различных, но прежде всего глобальных внешнеполитических задач. Мировое сообщество стремительно покатилось к новой мировой войне.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >