Правовое положение иностранного государства в международном гражданском процессе

Государство — основной, универсальный субъект международного публичного права. Основным качеством государства является его суверенитет. Типичными для государства являются отношения публично-правового (властного, вертикального) характера. Однако государство может вступать практически в любые горизонтальные отношения, основанные на принципах равенства их участников: наследственные, обязательственные, трудовые, гражданские процессуальные.

Государство не является юридическим лицом, поскольку обладает суверенитетом и само определяет свой правовой статус. В частноправовых отношениях государство участвует как особый субъект права, не являющийся юридическим лицом, но выступающий на равных с ним началах. § 21 ГК Чехии (1991) гласит: «Если государство выступает участником гражданско-правовых отношений, то оно является юридическим лицом». В законодательстве европейских стран государство считается юридическим лицом публичного права (Франция, ФРГ). Эти положения не отождествляют государство с юридическим лицом, а подтверждают, что государство может наделяться таким статусом. В частноправовых отношениях принята юридическая фикция — государство выступает в качестве юридического лица: с точки зрения правового режима государство приравнивается к юридическим лицам публичного нрава (ст. 19 Кодекса МЧП Туниса).

Вступая в гражданско-правовые отношения, государство не теряет свои качества суверена. Статус государства в МГП основан на его суверенитете. Суверенитет предполагает наличие у государства целого комплекса иммунитетов. Концепция иммунитетов государства основана па общих принципах права «par in parem non habet imperiiim», «par in parent non habet jurisdictionen» (равный над равным не имеет власти, равный над равным не имеет юрисдикции). Иммунитет — это межотраслевой, комплексный институт, нормы которого используются в различных отраслях права (нормы международного права по вопросам дипломатического иммунитета применяются в уголовном и административном праве). Правовой иммунитет — это особая материально-процессуальная привилегия, распространяющаяся на обозначенный в международном или национальном праве круг субъектов, регламентирующая их специальный статус путем наделения дополнительными гарантиями и преимуществами[1].

Виды иммунитетов государства: иммунитет от иностранной юрисдикции; иммунитет от предварительного обеспечения иска и принудительного исполнения иностранного судебного решения; иммунитет от применения иностранного права (коллизионный); иммунитет собственности государства и доктрина акта государства. Юрисдикционный иммунитет (процессуальный или судебный иммунитет в широком смысле слова) включает следующие виды иммунитета, которые тесно связаны между собой:

  • • судебный иммунитет в узком смысле слова, т.е. неподсудность одного государства судам другого. Никакое государство без его согласия не может быть привлечено к суду другого государства. Иски к иностранному государству не могут рассматриваться без его согласия в судах другого государства;
  • • иммунитет от предварительного обеспечения иска. В порядке обеспечения иска имущество одного государства не может быть подвергнуто никаким принудительным мерам, применяемым в порядке обеспечения иска (аресту, секвестру);
  • • иммунитет от мер по принудительному исполнению решения. Недопустимо обращение мер принудительного исполнения судебного решения без согласия государства. Такими мерами могут являться наложение ареста на имущество государства либо понуждение государства к совершению определенных действий (воздержанию от их совершения).

Старейшая доктрина государственного иммунитета — теория абсолютного иммунитета. Она была широко распространена в XIX — начале XX вв. и признавалась практически незыблемой нормой международного права в течение более 100 лет (до середины XX в.). Государство, даже будучи стороной частноправового отношения, не может быть привлечено к ответственности в судах другого государства. Подсудность судам другого государства допустима только в случае прямо выраженного согласия иностранного государства-ответчика («договорный» или «дипломатический» отказ от иммунитета). Иск к государству может быть предъявлен только в его собственном суде. Частное лицо вправе обратиться в компетентные органы своего государства с тем, чтобы оно вступило в дипломатические переговоры с иностранным государством, к которому это лицо имеет претензии. Теория абсолютного иммунитета, предоставлявшая государству право на иммунитет во всех случаях, начала подвергаться критике уже в конце XIX в.

В настоящее время доктрина абсолютного иммунитета закреплена в законодательстве некоторых государств, но иммунитет иностранному государству предоставляется только на условиях взаимности: «Когда... Украине, ее имуществу или представителям в иностранном государстве не обеспечивается такой же судебный иммунитет, который... обеспечивается иностранным государствам, их имуществу и представителям в Украине, Кабинетом министров Украины могут быть приняты к этому государству, его имуществу соответствующие меры» (ст. 79.4 Закона о МЧИ).

В конце XIX в. в судебной практике и доктрине появились теории «служебного» иммунитета, «торгующего» государства, государства-коммерсанта, на основе которых была выработана доктрина функционального (<ограниченного) иммунитетах. Суть этой доктрины — если государство от своего имени занимается коммерческой деятельностью, оно автоматически в отношении такой деятельности и связанного с ней имущества отказывается от иммунитета, ставит себя в положение частного лица. Следует различать действия государства, совершенные им в порядке осуществления государственной, публичной власти (jure imperii), и действия jure gestionis, когда государство выступает в качестве частного лица и иммунитетом не пользуется. Эта доктрина получила название «итало-бельгийской», так как именно бельгийские и итальянские суды с середины XIX в. стали применять правила, основанные на теории ограниченного иммунитета.

Когда государство осуществляет функции торгового характера, т.е. действия в ходе осуществления коммерческой деятельности (de jure gestionis), оно не обладает иммунитетом и должно рассматриваться как частное лицо. Деятельность государства в качестве «коммерсанта» представляет собой частный акт и подлежит юрисдикции государства места деятельности. По частноправовым сделкам государства возможно привлечение его к ответственности в суде другого государства, применение права страны суда (иного иностранного права), действия по предварительному обеспечению иска и принудительному исполнению судебного решения.

Деление действий государства на публичные и частные — краеугольный камень концепции функционального иммунитета[2] [3]. Для определения характера действий государства разработаны теории:

  • — доктрина цели действий. Главный критерий — цель совершения действий (государственный заказ на постройку военного корабля частной иностранной фирме — действие jure imperii);
  • — доктрина характера действий. Решающим является юридический характер действия. Частные действия — это действия, совершаемые в форме обычных контрактов, если подобный контракт может заключить любое юридическое или физическое лицо.

В начале XX в. на позиции концепции функционального иммунитета встали суды Швейцарии, а чуть позже — суды Франции, Греции, Египта.

Окончательное утверждение этой теории в судебной практике и доктрине произошло после Второй мировой войны. Верховный суд Австрии 10 мая 1950 г. принял решение по делу Dralle v. Republic of Czechoslovakia, в котором процитировал решение бельгийского суда 1904 г.: «Иммунитет государств от юрисдикции иностранных судов может быть признан только тогда, когда этим затронут их суверенитет; это происходит только в том случае, когда действия относятся к политической жизни. Когда... государство... приобретает и владеет собственностью, заключает договоры, является кредитором и должником и даже занято в коммерции, оно не осуществляет исполнительную власть, а делает то, что могут делать частные лица»’. В решении по делу Claim against the Empire of Iran (1963) Федеральный Конституционный Суд ФРГ проанализировал практику большого числа государств и нашел, что иммунитет иностранным государствам предоставляется только в отношении суверенных действий. Суд признал, что нельзя утверждать, что предоставление неограниченного иммунитета рассматривается как обычай, которому следует большинство государств.

Суды стран общего права придерживались концепции абсолютного иммунитета дольше, чем их континентальные коллеги (США — до 1952 г., Великобритания — до 1970-х гг.). В 1970—1990-х гг. во многих странах общего права было принято кодифицированное законодательство об иммунитетах государства, утвердившее концепцию функционального иммунитета (США, Великобритания, Канада, Сингапур, Пакистан, ЮАР). В США действует Закон об иммунитетах иностранного суверена (1976), основанный на теории функционального иммунитета. В этот Закон неоднократно вносились изменения и дополнения.

Общий принцип Закона 1976 г. — иностранное государство пользуется иммунитетом от юрисдикции судов США и судов штатов. Иностранное государство не пользуется иммунитетом, если оно явным или подразумеваемым образом отказалось от своего иммунитета. Понятие «иностранное государство» включает в себя политическое подразделение иностранного государства или агентство, или учреждение этого иностранного государства. Государственным иммунитетом наделены и государство в лице его органов, и его агентства. Образования, связанные со структурой правительства, рассматриваются в качестве государства. Иностранное государство не может ссылаться на иммунитет, если иск основан на его коммерческой деятельности, осуществляемой в США, или на действии, совершенном в США в связи с его коммерческой деятельностью, или на действии, совершенном вне территории США в связи с его коммерческой деятельностью где-либо, если это действие имеет прямой эффект в США. Коммерческая деятельность определяется по критерию «характер действия»[4] [5]. Это центральное и самое важное исключение из принципа юрисдикционного иммунитета, предусмотренного Законом.

Теория функционального иммунитета государства, закрепленная в Законе США, не влечет за собой непременной обязанности каждого государства отказаться от своего коллизионного иммунитета. Например, к обязательствам внедоговорного характера подлежит применению право штата Орегон, если иск предъявлен к штату Орегон или любому его публично- правовому образованию, и уполномоченный представитель штата Орегон не откажется от применения законов штата (§ 15.430(4) Свода статутов). Одновременно именно право штата Орегон определяет, является ли юридическое лицо ведомством, подразделением штата или «публичным образованием». Иностранное право может применяться, если только штат прямо соглашается на его применение.

В соответствии с Законом Великобритании о государственном иммунитете (1978), иностранное государство пользуется иммунитетом от юрисдикции судов Соединенного Королевства (ст. 1(1)). Иностранное государство не пользуется иммунитетом в судебном разбирательстве, если оно само отказалось от иммунитета, возбуждает судебное разбирательство или вступает в уже начатое разбирательство. Иностранное государство не пользуется иммунитетом в отношении встречного иска. В Законе перечисляются ситуации, при которых иностранному государству не будет предоставлен юрисдикционный иммунитет в судах Великобритании:

  • • коммерческая сделка или обязательство иностранного государства;
  • • трудовой договор, заключенный с физическим лицом;
  • • действие (бездействие) иностранного государства, повлекшее смерть, причинение вреда или утрату имущества;
  • • интересы государства в отношении недвижимости, в отношении движимой или недвижимой собственности, приобретенной в порядке наследования, дарения;
  • • нрава государства на различные формы интеллектуальной собственности;
  • • участие государства в корпоративной или некоммерческой организации, арбитражное разбирательство;
  • • иски in гет и in personam по морским делам;
  • • некоторые налоговые вопросы.

Теория функционального иммунитета государства закреплена во многих современных кодификациях МЧП: «Юрисдикционные иммунитеты не предоставляются иностранному государству по правовым спорам, возникающим из частноправовых отношений. В таких спорах процесс может проводиться в отношении дипломатических представителей иностранного государства» (ст. 49 «Ограничения юрисдикционного иммунитета иностранных государств» Кодекса МЧП Турции). Панамским судам запрещено рассматривать дела против государств, действия которых, ставшие предметом спора, являются действиями в проявление государственной власти (jure imperium) либо актами суверенитета. Панамский судья вправе рассматривать исковые заявления, касающиеся государства, если данные действия признаны действиями, имеющими коммерческий характер (jure gestionis), или влияют на международную торговую деятельность, а их последствия возникают на территории Республики Панама (ст. 15 Кодекса МЧП).

Во всех национальных законах об иммунитете предусмотрено право иностранного государства ссылаться на свой иммунитет — государство должно сделать заявление об иммунитете в суде. В частности, по Закону США 1976 г. Государственный департамент США может участвовать в процессе от имени американского правительства, если, по его мнению, суд неправильно толкует закон. Вопрос о признании иммунитета иностранного государства решается судом.

Согласно Закону Великобритании заявление об иммунитете может быть сделано в суде непосредственно официальным представителем иностранного государства. Суд вправе обратиться в МИД Великобритании, и сведения, полученные от него, для суда обязательны. Судебная практика континентальных стран (Швейцария, ФРГ, Франция) устанавливает, что заявление об иммунитете делается иностранным государством в суде по правилам местного гражданско-процессуального законодательства.

Все национальные законы об иммунитетах не имеют обратной силы. Это подтверждено судебной практикой США. В 1986 г. американские держатели облигаций, выпущенных правительством Китая в 1911 г., предъявили в американском суде иск к Правительству КНР. Вступив в процесс, представитель китайского государства сделал заявление, что доктрина функционального иммунитета не может применяться за границей к коммерческой деятельности государств, которые не признают эту доктрину, а придерживаются концепции абсолютного иммунитета. Это заявление не было принято во внимание американским судом, поскольку при разбирательстве дела он применял свое собственное право — Закон США 1976 г., основанный на теории функционального иммунитета[6]. Американский суд пришел к выводу, что выпуск облигаций государственного займа следует квалифицировать как коммерческую деятельность, однако иммунитет китайского государства должен быть признан, поскольку Закон США 1976 г. не имеет обратной силы. На решение по данному делу сослался другой суд США при рассмотрении в 1988 г. иска американских держателей царских займов к правительству СССР. В иске было отказано со ссылкой на то, что Закон 1976 г. не имеет обратной силы[7].

В 1982 г. в районном федеральном суде г. Нью-Йорка рассматривались групповые иски от имени американских держателей облигаций и сертификатов по займам Правительства Российской империи 1916 г. на сумму около 625 млн долл. СССР проигнорировал вызов в суд в качестве ответчика. Суд г. Нью-Йорка вынес два заочных решения, на основании которых СССР был обязан уплатить держателям облигаций 192,1 млн долл.

В 1986 г. судебные решения были направлены в МИД СССР для исполнения с предупреждением о возможности наложения ареста на имущество Советского государства. В ответной ноте МИД СССР отказался принять судебные решения к исполнению и подтвердил свою позицию абсолютного иммунитета. В ноте подчеркивалось, что любая попытка принудительного исполнения решений может иметь самые серьезные последствия для отношений СССР и США.

После обсуждения с представителями Госдепартамента США было принято решение о найме американского адвоката, который направил в суд г. Нью-Йорка ходатайство об аннулировании заочных решений и об отказе в иске. Вступление СССР в процесс через адвоката было произведено в порядке специального обращения, предусматривающего согласие на юрисдикцию суда для конкретной цели (защиты юрисдикционного иммунитета СССР и опротестования подсудности дела американскому суду).

Вступление СССР в процесс в порядке «специального обращения» было поддержано Министерством юстиции США и Госдепартаментом США, представившими в суд заявление «Об интересе США в благоприятном для СССР направлении дела». Представление этого документа основано на законодательстве США, которое уполномочивает Генерального атторнея (министра юстиции) США участвовать в любом судебном процессе, затрагивающем интересы американского государства.

Суд решением от 4 августа 1987 г. отменил свои заочные решения как ничтожные в связи с отсутствием юрисдикции. Суд признал, что выпуск займов является «коммерческой деятельностью» в силу Закона 1976 г. Однако обратной силы этот Закон не имеет и применяется только к отношениям, возникшим после его принятия. Поданная истцами апелляционная жалоба была отклонена Апелляционным судом США. Верховный суд США также отказал истцам в их ходатайстве, и решение от 4 августа 1987 г. осталось в силе[8].

  • [1] Валяровский Ф. И., Гайдидей Ю. М. Иммунитет как общеправовая категория // Трудыюридического факультета Северо-Кавказского государственного технического университета.2005. Вып. 8. С. 6-12.
  • [2] В отечественной доктрине высказывается мнение, что функциональный иммунитети ограниченный иммунитет — это различные категории. Теория функционального иммунитета офаничивает иммунитет государства на основе общего принципа (критерия): делениядеятельности государства на суверенно-властную и частную. Теория ограниченного иммунитета не использует никаких формальных критериев, а формулирует перечень конкретныхслучаев, когда государство не пользуется иммунитетом. См.: Международное частное право :учебник / под ред. Г. К. Дмитриевой. М.: Проспект, 2012. Большинство представителей российской и зарубежной доктрины используют термины «офаниченный иммунитет» и «функциональный иммунитет» как синонимы.
  • [3] Демидов И. Л. Государство как субъект международного частного права [Электронныйресурс) : дис.... канд. юрид. наук. Саратов, 2005.
  • [4] Лебедева М. Е. Иммунитет иностранного государства от обеспечительных мер в международном частном праве (международные соглашения и иностранное право) [Электронный ресурс] : дне.... канд. юрид. наук. М., 2006.
  • [5] Аналогичный подход воспринят в законодательстве Великобритании, Австралии,судебной практике Франции, Нидерландов, ФРГ.
  • [6] В современном законодательстве Китая — Законе Китайской Народной Республикио применении права к транснациональным гражданско-правовым отношениям (Законео МЧП (2010)) — отсутствуют положения об абсолютном иммунитете государства.
  • [7] Богуславский М. М. Международное частное право : учебник. М.: Юристь, 2011.
  • [8] Белов А. П. Исполнение иностранных решений по гражданским и торговым делам //Право и экономика. 2002. № 3. С. 57-64.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >