Наиболее распространенные типологии политической культуры

Симптоматично, что уже первые авторы, обратившиеся к данной проблематике, предложили собственную типологию политических культур. Так, известный американский политолог Г. Алмонд выделил гомогенный, фрагментированный, смешанный и тоталитарный типы. По его мнению, в англосаксонских странах (США, Великобритании, ряде стран Британского содружества) господствует секуляриая гомогенная политическая культура. Для такой культуры, по его мнению, характерно сосуществование множества конкурирующих, но дополняющих друг друга ценностей, установок, ориентаций, таких как индивидуализм, приверженность идеям прав и свобод человека, политический и идеологический плюрализм и др.

В то же время она гомогенна в том смысле, что подавляющее большинство субъектов политического процесса разделяют основополагающие принципы устройства существующей политической системы, общепринятые нормы и правила игры, ценности. Ролевые структуры, такие как политические партии, заинтересованные группы, средства массовой информации и др., пользуются значительной долей самостоятельности. Отдельные индивиды принадлежат одновременно к множеству взаимно пересекающихся групп. В итоге признается законность всех заинтересованных групп, в отношениях которых превалирует взаимная терпимость. Это в свою очередь обеспечивает основу для консенсуса по ключевым вопросам государственного устройства и политической системы.

Политическая культура континентально-европейских стран характеризуется фрагментарностью. Во фрагментированной политической культуре среди различных группировок нет необходимого согласия относительно основополагающих правил политической игры. Общество разделено на несколько или даже множество более или менее существенно отличающихся друг от друга группировок.

В качестве наиболее характерного примера Г. Алмонд приводит Францию в период Третьей и Четвертой республик и Италию, политическая культура которых была фрагментирована на противоборствующие субкультуры, укорененные в разных институтах. Например, католики в обеих странах голосовали за партии католической ориентации, входили в католические профсоюзы, читали католические газеты и даже выбирали близких друзей среди католиков. Подобным же образом организовывали и ограничивали свои связи коммунисты. В результате для стран с этим типом политической культуры характерна политическая нестабильность.

Следующий тип Алмонд назвал доиндустриалъной смешанной политической культуройу характеризующейся сосуществованием традиционных и вестернизированных институтов, ценностей, норм и ориентации. Речь идет о таких атрибутах западной политической системы, как парламент, избирательная система, бюрократия и др., которые в той или иной степени, модифицированной форме наложены на традиционалистские реалии соответствующих стран.

Как результат такого наложения возникает особый тип, который Алмонд назвал харизматической политической культурой. Она, как правило, формируется в условиях эрозии традиционных норм, нарушения считавшихся священными обычаев и связей, роста чувства неустойчивости и неопределенности. В результате в поисках защиты и устойчивости люди обращают свой взор к харизматическому лидеру. Такое смещение создает сложнейшие проблемы с точки зрения коммуникации и координации в обществе. Здесь различные группы часто имеют совершенно разное видение стоящих перед обществом политических проблем. В итоге нестабильность и непредсказуемость являются не отклонением от нормы, а неизбежным результатом такой политической культуры. Она господствует в модернизирующихся развивающихся странах.

От всех названных типов, по Алмонду, радикально отличается тоталитарная политическая культура. Внешне она по своей гомогенности напоминает первый тип. Но здесь эта гомогенность искусственная, синтетическая. Поэтому отсутствуют добровольные организации и ассоциации, а система политической коммуникации контролируется из единого центра. Невозможно сколько-нибудь приблизительно определить степень приверженности населения господствующей системе.

Развивая типологию Алмонда, другой американский политолог У. Розенбаум выделял фрагментированные и интегрированные типы политической культуры, между которыми находятся различные модели и промежуточные тины. Фрагментированный тип характеризуется отсутствием консенсуса относительно принципов политического устройства общества. Этот тип господствует в большинстве африканских и латиноамериканских стран, отчасти в Северной Ирландии и Канаде. В его основе лежит более или менее заметная социальная, социокультурная, конфессиональная, национально-этническая и иная фрагментация общества.

Интегрированный тип отличается наличием сравнительно высокой степени консенсуса по основополагающим вопросам политического устройства, преобладанием гражданских процедур в улаживании споров и конфликтов, низким уровнем политического насилия, высокой степенью различных форм плюрализма (который нужно отличать от фрагментированное™).

Очевидно, что рассмотренные типологии обладают целым рядом положительных характеристик. В частности, в них предприняты попытки вычленить типы политической культуры, исходя из факта существования у различных народов и стран специфических национальных социокультурных, конфессиональных, традиционно-исторических и иных особенностей.

Вместе с гем существует целый ряд соображений, говорящих в пользу определенной корректировки этих типологий. Например, существует целый ряд стран с фрагментированными, по типологии Алмонда, политическими культурами, но характеризующимися довольно высокой степенью политической стабильности. К примеру, так называемые консоциативные демократии в Австрии, Нидерландах, Швейцарии являются по своему характеру фрагментированными в том смысле, что они состоят, казалось бы, из нескольких конфликтующих друг с другом субкультур.

Так, в Нидерландах католики, кальвинисты и неверующие настолько конфликтовали друг с другом, что некоторые исследователи считали возможным говорить о существовании здесь трех самостоятельных субкультур или даже народов. А Швейцария — это единое сообщество, состоящее из трех национальных субкультур — итальянской, немецкой и французской.

Невозможно не согласиться с тем утверждением, что в этих странах в течение всех послевоенных десятилетий степень политической стабильности, определенности и предсказуемости отнюдь были не ниже, если не выше, чем в странах с гомогенной или интегрированной политической культурой.

В то же время преимущественно англосаксонская Канада, которая, по схеме Алмонда, должна принадлежать к гомогенному типу, время от времени сотрясается конфликтами на национально-культурной почве. Эти конфликты в течение всего послевоенного периода не раз грозили самой государственной целостности этой страны.

Что касается США, которые действительно отличаются высокой степенью политической стабильности, то не составляет секрета, что серьезные исследователи выделяют там целый ряд субкультур расово-этнического, национально-культурного, конфессионального и регионального характера.

Предлагаемые Алмондом и его коллегами критерии, такие как харизма, фрагментарность, коллективизм, традиционность, индивидуализм, гомогенность, конфликт, консенсус и т.п., — в тех или иных сочетаниях могут быть обнаружены почти в большинстве типов политической культуры. Их сочетание, интенсивность и значимость варьируются от модели к модели и от одной национальной разновидности к другой. С этой точки зрения в современном мире во многих случаях мы имеем дело со смешанными типами политической культуры.

Можно было бы привести немало других нестыковок, которые в определенной степени снижают убедительность рассмотренных типологий. Но и высказанные аргументы достаточно наглядно показывают необходимость нахождения более приемлемых критериев типологии политических культур современного мира. При этом главным условием является учет основных типов или моделей политических систем, в рамках которых формируются и функционируют соответствующие типы политических культур.

Учитывая как позитивные, так и не во всем приемлемые доводы и аргументы названных подходов, представляется возможным сформулировать собственные модели политической культуры. Можно выделить следующие более или менее отчетливо очерченные крупные типы политической культуры: органический, либерально-демократический и смешанный. Между ними располагается целый спектр всевозможных национальных или иных вариантов и разновидностей региональных, национальных и иных типов политической культуры.

В современном мире, особенно с окончанием холодной войны и крахом тоталитарных систем, во многих случаях мы имеем дело по сути дела со смешанными типами политической культуры. Например, если о сколько-нибудь чистом тоталитарном типе можно было говорить применительно к фашистской Италии и нацистской Германии 1930-х гг., а также СССР примерно до 1960-х гг., то в настоящее время речь может идти лишь о его остаточных элементах и явлениях у нас в стране и других постсоветских государствах, а также Китае. Существенные авторитарные и традиционалистские пласты можно обнаружить в России, Китае, Японии, Испании и т.д.

Поэтому читатель все время должен держать в уме то, что предлагаемые модели политической культуры нужно понимать в смысле веберовских идеальных типов. В определенном смысле — это теоретические конструкции, в которых присутствует значительный элемент абстракции, допущения и редукции. Реальное положение вещей значительно сложнее. Отсюда то разнообразие, сложность и миогослойность, которые в рамках одной и той же модели обнаруживаются в конкретных национальных реалиях.

В рамках органического типа можно вычленить различные варианты авторитарной, тоталитарной, традиционной политических культур и субкультур. При всех расхождениях общим для всех них является господство коллективистских, групповых, общинных ценностей, приоритета публичного над частным, прав и свобод группы, коллектива над индивидуальными правами и соответственно подчинение личности коллективу.

Для носителей данного типа характерны повышенные ожидания от государства, преувеличение его роли в жизни общества, часто доходящее до его мифологизации и даже обожествления.

Государство рассматривается как единый организм, в котором различные институты, организации, группы, отдельно взятые люди играют лишь подчиненную роль. В сфере взаимоотношений индивида и государства, правителей и управляемых здесь преобладают, как правило, отношения «патрон — клиент», государство и его руководители оцениваются массой населения по их способности проявлять и реализовывать «отцовскую» заботу о своих подданных. Имеет место та или иная степень персонализации политики и самого государства, когда последнее отождествляется с личностями конкретных государственных деятелей, вождей, фюреров, «отцов нации» и др.

Важное место (с существенными оговорками применительно к тоталитарной политической культуре) занимают традиция, обычай, норма. В наиболее наглядной и однозначной форме некоторые важнейшие элементы данного типа проявились при тоталитарной системе с ее жестким подчинением всех сфер жизни всемогущему государству.

В большей степени рассматриваемый тип распространен в развивающейся зоне современного мира — Азии, Африке и Латинской Америке. Однако авторитарные и тоталитарные его варианты в разные периоды утверждались во многих европейских странах — СССР, Германии, Италии, Испании, Португалии, Греции и др.

Либерально-демократический тип характеризуется плюрализмом в социальной, экономической, духовной, политической и других сферах жизни. Важнейшим его компонентом стала идея индивидуальной свободы, самоценности отдельной личности, прирожденных, неотчуждаемых прав каждого человека на жизнь, свобод}' и частную собственность.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >