Философия истории и социология.

П.Барт считает, что философия истории и есть социология. Философия истории, пишет он, отыскивает принципы, которые являются общими для всех областей обществознания. Социология же рассматривается как наука об изменениях общества. Но каждое изменение вызывает в свою очередь изменение в сознании людей. Иначе говоря, «дальнейшее развитие общества вызывает также изменение человеческого типа, а это изменение в свою очередь способствует новому изменению общественной среды»[1]. Социология, как и философия истории, исследует все сферы общества.

«Поэтому совершенная социология вполне совпала бы с философией истории; в конце концов обе науки различались бы только по имени»[2]. Барт утверждает, что любые попытки отделить философию истории от социологии заранее обречены на неудачу. Но послушаем мнение крупнейших социологов XX века -М.В. Вебера и П.А. Сорокина.

Вебер пишет, что «социология (в том смысле этого весьма многозначного слова, который здесь имеется в виду) есть наука, стремящаяся, истолковывая, понять социальное действие и тем самым каузально объяснить его процесс и воздействие»[3]. Не всякое действие, продолжает Вебер, носит социальный характер. Социальным является такое действие, которое действующее лицо соотносит по смыслу с действием других людей и ориентируется на него. В этой связи немецкий социолог рассматривает мотивы социального действия, социальные отношения, социальное поведение, нравы и обычаи. Он считает, что социология призвана понять и объяснить эти явления, дать им соответствующую интерпретацию.

Таким образом, главную задачу социологии Вебер видит не в изучении и исследовании многообразных процессов и феноменов общественной жизни (это задача философии истории), а в анализе социального действия и его причинного объяснения.

Много внимания уделял специфике социологической науки П.Сорокин. «Социология, — писал он, — изучает явления взаимодействия людей друг с другом, с одной стороны, и явления, возникающие из этого процесса взаимодействия, — с другой»[4]. Сорокин выделяет теоретическую и практическую социологии. Теоретическая социология изучает явления взаимодействия с точки зрения сущего, а практическая социология — с точки зрения должного. В свою очередь, теоретическая социология делится на три части: на социальную аналитику, социальную механику и социальную генетику. Социальная аналитика изучает структуру социального явления, социальная механика исследует процессы взаимодействия людей, а социальная генетика — исторические тенденции развития как всей социальной жизни, так и отдельных ее сторон.

Практическая социология, пишет Сорокин, имеет прикладной характер, опирается на теоретическую социологию и дает человечеству возможность управлять социальными силами. Не всякое взаимодействие, продолжает Сорокин, является предметом социологии, а только такое, в котором присутствует психическое. Поэтому область явлений, исследуемых социологией, «ограничивается миром людей и высших животных, живущих в обществе себе подобных и находящихся в процессе взаимодействия»[5]. Включение высших животных в объект социологии нельзя признать удачной мыслью маститого ученого, ибо даже высших животных нельзя считать обществом, потому что они не имеют сознания и их совместная жизнь не формирует никаких социальных связей и отношений. У них есть психические процессы, но они не носят сознательный характер, тогда как всякое взаимодействие людей есть сознательное взаимодействие.

Теоретическая социология Сорокина, в сущности, есть философия истории, так как она занимается общими проблемами развития человечества. Наиболее глубокое освещение эти проблемы получили в фундаментальном труде П.А. Сорокина «Социокультурная динамика».

Таким образом, два крупнейших социолога XX века главное внимание в социологии уделили вопросам социального действия (Вебер) и взаимодействия (Сорокин). Отдавая дань традиции пренебрежительного отношения к термину «философия истории», они во многих своих трудах разрабатывали философско-исторические проблемы и тем самым внесли немалый вклад в философию истории.

На мой взгляд, социология в ее современном понимании изучает общество, но на уровне средней абстракции. Это значит, что в поле ее зрения находятся вопросы взаимодействия и взаимообусловленности разных сфер общественной жизни — материальной, социальной, политической, духовной. Она их рассматривает на микроуровне, т.е. интересуется проблемами, касающимися социальных групп, коллективов, взаимоотношений индивидов, общества, государства и т.д. Возьмем, например, вопросы демократии. Демократия является объектом как социологии, так и философии истории. Но социолога интересует конкретный механизм функционирования демократических институтов, политических партий, выборных кампаний и т.д. Философ истории демократию рассматривает в историческом аспекте, вычленяет ее сущностные черты и особенности, сравнивает с другими формами государственного правления — монархией, олигархией, аристократией и т.д.

Философ истории изучает общество как некий универсальный объект с универсальными характеристиками, социолог же анализирует его конкретное функционирование. Философ истории имеет дело с обществом вообще, социолог же —с конкретным социальным организмом.

Философия истории нуждается в социологии как в строительном материале, так как она поставляет конкретные факты и результаты. Опираясь на них, философ истории делает универсальные обобщения и выводы относительно всего исторического процесса, которые отнюдь не носят спекулятивного характера, а представляют собой глубоко продуманные научные знания. Социология, в свою очередь, использует философию истории как методологический принцип исследования общественных процессов и феноменов.

  • [1] Барт П. Философия истории как социология. М., 1902. С. 8.
  • [2] 2* Барт П. Философия истории как социология. М., 1902. С.8
  • [3] Вебер М. Избр. произв. М., 1990. С. 602.
  • [4] Сорокин П.А. Система социологии. Т.1: Социология аналитики. Пг.,1920. С. 2.
  • [5] Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992. С. 29.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >