ПОВИННОСТИ и пошлины

Барщина, оброк — servitium, census

Повинности крестьян в пользу господина в средние века так же, как и позднее, до последних дней крепостного права, делились на два разряда: оброки и барщины. Те и другие были чрезвычайно разнообразны.

В Германии барщинные работы крестьян в средние века представляли собою, замечает Лампрехт, «чрезвычайно пеструю картину», а различные оброки отличались едва ли не большим разнообразием ®8*. Столь же многообразны были повинности крестьян и у нас. И я поэтому не буду останавливаться на детальном их рассмотрении и выясню только некоторые их основные черты.

Оброки или доходы у нас так же, как в Германии, вносились частью деньгами, частью натурою, в особенности зерновым хлебом. Кроме зерна, господа брали у крестьян все, что только можно было найти в их хозяйстве,— домашний скот, домашнюю птицу и всякие продукты — печеный хлеб, сыр, куриные яйца и проч. Первоначально у нас так же, как в Германии, преобладали поборы натурою; в течение средних веков эти поборы постепенно заменяются денежными, и только в позднейшее время встречаются одни денежные оброки. В некоторых имениях оброки собираются то натурою, то деньгами по усмотрению господина 69*. В некоторых

100 руб. (Семевский В. И. Крестьяне в царствование императрицы Екатерины II. 2-е изд. СПб., 1903. Т. I. С. 315, 316 и др.; Т. II. С. 218).

вв* См. выше.

®7* Староста с отца крестьянки «выводные куницы по приказу государя своего взял рубль» (Память 1662 г.//Шумаков С. А. Обзор... Вып. 2. С. 30).

  • 68* Fronden, servitium; Zins, census (Lamprccht К. Op. cit. S. 786—787).
  • 69* До позднего средневековья часто встречаются сборы всех почти оброков натурой (Ibid. S. 795).

германских аббатствах, по современному известию, «где лососи, или свиньи, или подводы, или какой-либо доход переложен на деньги, там зависит от усмотрения монастыря принять или самые предметы, или заменяющий их сбор». Такое же точно правило встречается и в русских источниках: в уставной грамоте тверских дворцовых сел после перечисления разных предметов мелкого дохода замечено: «А коли князь великий не велит у них (крестьян) мелким доходом имати и крестьяном платити в великого князя казну в дворцовый приказ деньгами: за яловицу с вымя по 7 денег; за баран с вымя по гривне» и т. д.[1]*.

Ввиду путаницы разных видов оброков и поборов их обыкновенно делили, как указывает Лампрехт, на две большие категории: оброки большие и малые, причем эти последние назывались по- латыни — jus minutum или parvum [2]*.

Этот малый оброк состоял иногда из мелких поборов, например курицами и яйцами, а большой противополагался ему как оброк зерновым хлебом или рассматривался как связанный с пользованием землею, как главный поземельный оброк. Но все эти отличия, замечает тот же автор, были неясными, «более или менее текучими», так как единообразия в обложении и раскладке не установилось.

Такое же разделение всех разнообразных господских поборов на два разряда — доход и мелкий доход — находим мы в наших писцовых книгах. Доход взимался деньгами и хлебом в снопах или в зерне, мелкий доход — мелким скотом, печеным хлебом и всякими продуктами сельского хозяйства: «А старого дохода с тае во- лостки деньгами рубль Ноугородцкой; а хлеба послом ржы 17 ко- робей, а овса 17 коробей; а мелкого дохода двое хлебов, две горсти льну»; или: «Дохода деньгами пол-пяты (т. е. 4, 5) гривны, а из хлеба пятины; а мелкого дохода 9 баранов, 9 сыров, 9 пятков льну»; в других имениях, кроме баранов, сыра, льна, брали мелкий доход также курами, яйцами, маслом, окороками мяса, бараньими лопатками, калачами, овчинами, хмелем, дровами. Иногда, кроме нескольких возов дров, требовались с крестьян особо также «два воза лучины». Цитаты эти взяты из новгородских писцовых книг; но такое же различие между главным доходом, или оброком, и мелким доходом встречается и в тверских книгах [3]*.

Оброк и мелкий доход взимались с каждого дворохозяина в разном количестве соответственно размерам его запашки. Это главное начало обложения было одно у нас и в Германии; обложение было не личным, не поголовным, а поземельным или, еще точнее, похозяйственным. Первоначально в Германии господствовала система раскладки по туфам; затем по четвертям (quartalia),. в которых считалось по 16 моргенов (jugera) и, наконец, по моргенам. Гуфа, четверть, морген были единицами обложения. У нас соответствующими единицами были сначала соха, затем обжа и,, наконец, выть. Общею мерою обложения служили поборы, установленные с обжи или с выти.

От разнообразных оброков и доходов, взимавшихся по этой; системе обложения, отличался особый сбор, взимавшийся с очага, или с жилища крестьянина. Во Франции и в Германии этот сбор- назывался поочажным (focagium) или подымным (fumagium). Он был очень незначительным, подобно другим мелким доходам, в размере пфеннига, курицы или печеного хлеба. В германских, источниках такой поочажный пфенниг (Herdpfennig), петух или хлеб с дыма (Rauchliuhn, Rauchbrot) объясняется как знак признания господской власти землевладельца: «Кто там разводит огонь, за господином землевладельцем, тот должен господину как господину земли дать два печеных хлеба».

Такой же точно «подымный» сбор (fumagium) и так же резко отличающийся от других доходов, взимавшихся с обжи или с выти, находим мы и в наших источниках. Несмотря на свою незначительность, сбор этот у нас, как и в Германии, выделяется источниками из других «мелких доходов»: «Оброку с выти по- полтине, да за сыры и за московские дрова по 4 алтына, да с выти ж по овчине, да по 24 аршина холстов, Да с 35 дымов по деньге с дыма».

Одинаковое значение с подымным сбором имел сбор поклонный, также выражавший подчинение господину земли — боярину. Этот сбор так же, как подымный, особо указывается в новгородских писцовых книгах рядом с главным доходом, денежным и хлебным, и мелким доходом. Взимался он обыкновенно в том же размере, как и подымное, по деньге с дворохозяина; указывая главный доход в размере полгривны, писец замечает: «поклонная деньга»; в некоторых имениях «поклонное» (иначе — «поклон») платили и в несколько большем размере — 1,5—2 деньги.

Рядом с поклонным в некоторых имениях указывается особо дар. Этот сбор, по-видимому, не имел того значения, как поклон, и был просто доходной статьей, как и все составные части доходов главного и мелкого. С трех обеж в некоторых имениях платили «дару четка гороху, четка конопель, 6 копен сена». Дар, как и другие натуральные сборы, переводился на деньги и в писцовых книгах присоединялся к главному денежному доходу: «А дохода 6 гривен 4 деньги и с поклоном и с даром». Так же как! для других господских поборов, и для дара мы можем указать в иностранных источниках сбор, точно ему соответствовавший и называвшийся одинаково — donum.

Особый разряд у нас и на Западе составляли мелкие поборы, взимавшиеся в пользу господских приказчиков, так называвшийся у нас ключнич доход. На всяком шагу хозяйственной деятельности крестьянина его подстерегал не только господин, но еще и его приказчик. Доходы его были столь же разнообразны, как и доходы господина, и только были во много раз меньше; где господин брал 11 баранов, там ключнику доставалось 14 бараньих лопаток; где господин брал из всякого хлеба треть, там в пользу ключника шло «от всякого овина всякого жита по четвертке»73*.

Барщинные работы господских крестьян были столь же разнообразны, как и описанные выше поборы, доходы или оброки. Подстерегая крестьянина на каждом шагу в его собственном хозяйстве, господа вместе с тем пользовались его трудом для всех надобностей своего господского хозяйства. Яркий пример разнообразия барщинных работ дает одна из древнейших наших уставных грамот, 1391 г. В митрополичьем Константиновском монастыре барщинным трудом крестьян пользовались: 1) Для монастырских строений: «церковь наряжати, монастырь и двор тынити, хоромы ставить»; 2) для пашни: «игумнов жеребей весь рольи (пашни) орать взгоном, и сеяти и пожати и свезти»; 3) для сенокоса: «сено косити десятинами и в двор ввезти»; 4) для рыбной ловли: ,3* Подымное см.: Lamprccht К. Op. cit. S. 799—800, 1181. Weistum Nospelt, 1542 г.: «Wer da feuert und flammet hinder dem grundherrn, der muss eim hern apt als grundhern geben 2 rockenbroet, der funt ein sester duent» [Устав общины 1542 г. (Носпельт): «Кто там разводит огонь за господином землевладельцем, тот должен ему как господину земли дать два печеных хлеба, каждый из которых равняется зестеру» (нем.) ] (Ibid. S. 800, Anm. 2); Оброк «tot pullorum quot sunt ibidem loca ignium, sive foci [столько молодых животных, сколько печей и очагов (лат.)]; «(Ibid. S. 799, Anm. 6); Писцовые книги под ред. Калачова. Отд. I. С. 914 (Костромской уезд, 1592 г.). Так же после перечисления доходов с вытей, «да с 300 дымов по деньге с дыма» (Там же. С. 896, 910). Бобыли беспашенные и мелкие люди, промышляющие у варниц, «оброку дают с дыму в монастырь по 4 алтына» (Там же. С. 924). При переходе к повытному обложению, когда всякие доходы раскладывались вновь на выти, и старый подымный сбор с утратою прежнего его значения был в некоторых местах положен на выти: «подымного с выти» (Там же. С. 16, 22).

Поклон и дар см.: Новгородские писцовые книги. Т. I. С. 794—803 (в двух имениях, до конфискации принадлежавших Селезеневу). Во многих случаях здесь число поклонных денег соответствует числу обеж, но далеко не везде: иногда с двух обеж 4 деньги, иногда с 3 обеж 2 деньги. В имении бывшем Телятева: с 5 обеж поклону 8 денег, с 2 обеж 3.5 деньги и 4 деньги, с 3 обеж 6 денег (Там же. Т. II. С. 334—335). О даре см.: Там же. Т. I. С. 9, 10; Т. IV. С. 203. Еще о поклоне и даре см.: Гам же. Т. I. С. 199, 202; Т. II. С. 701, 702, 735; Т. IV. С. 190, 191.

Известия об этих сборах редки потому, что писцы обыкновенно не интересовались названиями сборов и довольствовались общими указаниями дохода; да и сами господа часто сводили разные сборы в общие денежные; указанные сборы наименовываются большею частью только в «старом доходе». а в исчислении «нового дохода» опускаются.

Ключнич доход см.: Новгородские писцовые книги. Т. II. С. 889.

«ез бити и вешней, и зимней, сады (садки) оплетати, на невод ходити, пруды прудити» — и для ловли бобров: «на бобры им осенине ходити и истоки забивать». Таковы были работы, исполнявшиеся «большими людьми из монастырских сел»; меньшие же люди, не имевшие собственных коней, «пешеходцы из сел» должны были: 5) на семя рожь молотить; 6) «рожь молоти и хлебы печи»; 7) солод молоть, пиво варить; 8) прясть лен; 9) делать неводы.

Крестьяне по этой грамоте должны были обрабатывать монастырскую пашню (игумнов жеребей рольи) взгоном, т е. общими силами всех крестьян, собранных (согнанных) для этой работы. С тем же «взгоном» встречаемся мы в писцовых книгах конца XVI в. Это была барщина в теснейшем, позднейшем смысле слова: обработка господской земли крестьянами под наблюдением приказчика. От такой пашни отличалась монастырская же так называемая десятинная пашня, обрабатываемая самостоятельно крестьянами по расчету известного числа десятин на выть («на выть пашут по 3 десятины пашни, да взгоном пашут 33 десятин»), засевались эти пашни «монастырскими Семены».

В новгородских писцовых книгах такие барщинные работы крестьян обозначаются словами: «пахать или косить на монастырь или на боярина волостыо», т. е. общиной всех крестьян имения: «пашут на них (бояр) то село волостыо» или «косят боярскую пожню волостью» 74*.

Такие же барщины широко развиты были и в Германии. Описав несколько случаев коллективной барщины, Лампрехт делает вывод, что «всякая служба на господской заимке была службою общей руки (gesamter Hand) и приводила к образованию из крестьян, обязанных барщиною, особого общества обработки заимки (Beundenbetreibsgemeinschaft)». Такое устройство заимоч- ных барщин,' впрочем, не представляет собою одинокого явления в истории боярщины; в существе дела скорее все повинности поземельно-зависимых понимались в таком именно смысле. Община обязана, гласит устав общины (Weistum) Шепфельс 1682 г. (§ 21), господину мыть его овец и ягнят, также и стричь, и принято издревле, как учит этот устав, овец и ягнят стричь «общею рукою». Немцы говорили о такой общинной барщине — общей или сборной рукою (gesamter, samender Hand), у нас говорили — взгоном или волостыо.

В числе разных барщинных работ в германских источниках часто упоминается обязанность крестьян поставлять подводы и возить господские товары из одного имения в другое или в город на продажу. Эта транспортная служба называлась греческим словом a'napeia, в латинской транскрипции angaria, или по-немецки

7t* Впоследствии эти работы назывались «боярщиной», откуда современное нам слово «барщина».

Fronfuhren (барщинная повозка). Та же повинность часто встречалась и у нас; она называлась подводой или повозом.

Так, например, крестьяне деревни Поповской, принадлежавшей Троицкому монастырю в конце XVI в., должны были «давать в монастырь для дровяные возки с выти по подводе»; они же должны были монастырскую рыбу, которая приходила с Белоозера, возить в Троицкое же село Коприно дважды в год, «а ставятся им те провозы в год по 12 рублев»; «да они ж возят мережи рыбные с Мологи на Ярославль на рыбные ловли». «Да монастырских повозов с выти в год по 5 повозов, оприч рыбных повозов для государева приезду» 75*.

75* Барщина см.: ААЭ. Т. 1. № 11. (уставная грамота 1391 г.). Взгон см.: Писцовые книги под ред. Калачова. Отд. II. С. 16. Иногда часть крестьян вместо десятинной пашни платили более высокий доход; десятинная пашня всегда отличается от вагона: «А монастырских доходов имали с них с 5 вытей с жилых ( иначе — живущих) по рублю и по 3 алтын, да 35 вытей живущих же по 26 алтын, по 4 деньги, да с тех же 35 вытей пашни пашут, на монастырь 8 десятин, да взгоном 2 десятины, а сеют монастырскими Семены» (Там же. С. 6—7); с 17 вытей по полтине, «с 31 вытей пашут пашню по пол-2 десятины, да згоном пашут 18 десятин» (Там же. С. 14); «пашни на выть по 2 десятины, да взгоном 54 десятины,, а сеют на десятину по 2 чети ржи монастырскими Семены» (Там же. Отд. L С. 896). Пашут волостью (Новгородские писцовые книги. Т. I. С. 78); «Да на Митю косят боярскую пожню волостью, а ставится на ней 100 копен сена» (Там же. Т. IV. С. 125); «косят волостью» (Там же. С. 103г 144, 193, 210).

«Aus ihnen [Einzelangaben] ist fur alle Orte und Zeiten grundherrschaft- licher Thatigkeit die allgemeine Anschauung begrundet, dass jeder Beundedienst Dienst gesamter Hand war und fur die Frondeverpflichteten eine Beundebetriebs- gcmcinschaft involvierte.- Die Konstruktion der Beundefronden ist ubrigens keine allcin dastehende Erscheinung in der Geschichte der Grundherrschaft: im Grun- de waren vielmehr alle grundhorigen Leistungen in diesem Sinnc gcdacht. Die Gemeinde ist schuldig, heisst es noch im W. Schonfels 1682 §21: dem herrn seine schaf und lammer zu weschen, auch zu scheren, und von alters flegt man, wie sie erlernet. schaf und lemmer samender hand zu scheren Г На основании этих, данных] существует общее мнение, что повсеместно и во все времена всякая работа на господской заимке была службою общей руки и приводила к образованию из крестьян, обязанных барщиной, особого общества обработки заимки. Такое устройство заимочных барщин не представляет собою одинокого явления в истории боярщины: по существу, все повинности по- земельно'зависимых понимались в таком смысле. Как говорится в § 21 устава общины Шепфельс 1682 г., община обязана мыть господину его овец и ягнят, также и стричь их, и принято издревле, как учит этот устав, овец и ягнят стричь общей рукой (нем.)]» (Lamprccht К. Op. cit. Bd. I. S. 435).

Angaria также называлась scara, но этот термин, по мнению Лампрех- та, обозначал преимущественно не Transportdienst, a Botendienst. О том и другом см.: Lamprccht К. Op. cit. Bd. I. S. 810—812. Кроме повозок, крестьяне иногда должны были давать также и суда — «Schifdienst» (scaram facit cum nave или in nave) (Ibid. S. 810, Anm. 3).

Особые денежные поборы, заменившие натуральную повинность повоза, см.: Новгородские писцовые книги. Т. I. С. 199, 202 («за повоз»); Писцовые книги под ред. Калачова. Отд. II. С. 39 (о повозах деревни Поповской), 35 («да для дровяные возки в монастырь давали с выти по 4-

Кроме оброков или доходов разного рода, обусловленных пользованием господской землею, и кроме пошлин выходных и свадебных, обусловленных личной зависимостью от господина, крестьяне платили в пользу господина также пошлины торговые, таможенные и судебные в силу принадлежавших ему прав государственного порядка. Средневековая боярщина, сеньерия или Grundherrschaft как я уже говорил, была не только частновладельческим имением, но в большей или меньшей степени также и государственным владением; права частные и государственные в то время не разграничивались так, как в позднейшую эпоху новой истории, и тесно сливались в понятии боярского владения. Описывая систематически сеньериальные права, Люшер перечисляет сначала поборы с лиц (поголовщина, марьяж и формарьяж), с движимости (талия), с недвижимости (ценз, оброк и подымное), с жатвы (шампар), затем в одном ряду с этими сборами — сборы торговые (с продажи припасов и всяких товаров, в том числе особые пошлины с рынков и ярмарок), сборы с передвижения лиц и товаров (таможенные пошлины с дорог, мостов, пристаней), сборы с отчуждения недвижимости (продажи, залога, дара, в том числе и пошлины наследственные — рельеф); наконец, судебные права сеньеров, судебные пени и пошлины.

Все эти сеньериальные права, права на пошлины торговые, таможенные и на судебные пени и пошлины составляли и у нас принадлежность крупного землевладения в формах боярщины — земельного господства (Grundherrschaft). Об этом у нас сохранилось достаточно сведений в жалованных и уставных грамотах.

По жалованным грамотам многим монастырям принадлежало право взимать: '

  • 1) проезжие пошлины с товаров—мыто и пеню за проезд мимо заставы, промыту; пошлину за причал к берегу — побережное (rivagium); пошлину с переправы через реку на монастырском плоту — перевоз (traversum); пошлину с приезжающих купцов (гостей) и с объявляемых ими товаров — явленое и явку;
  • 2) торговые пошлины: тамгу («А который крестьянин монастырской продает в торгу или в селе, и они тамгу платят игумену; а которой... протамжится, монастырский игумен вину возьмет на монастырь»); особую пошлину с купли лошадей, взимавшуюся при их клеймении, так называемое пятно, или пятенное («А кто из людей купит лошадь в городе или в волости, и они те кони пятнят своим пятном монастырским и пошлину дают монастырскому прикащику» — 1470 г.);
  • 3) судебные пени и пошлины. По жалованным грамотам крестьяне и люди монастырей и бояр освобождались от подсудности княжеским властям или всецело (в древнейшее время), или за

подводы, а ставится подвода по 15 алтын... возка с выти»). О повозах в тексте см.: Там же. Отд. I. С. 903.

изъятием дел уголовных (опричь душегубства или опричь душегубства, разбоя и татьбы с поличным). Право суда над ним переходило к землевладельцу или к его уполномоченному, кому прикажет. Вместе с судом к нему переходило и право взимать в свою пользу судебные пени и пошлины: игумен или его «приказник» ведает своего монастырского человека правого и виноватого или «в правде и в вине»; или, как сказано в одной грамоте 1471 г.: «Игумен с братьею и их приказник... знают себе своего человека монастырсково и в правде и в вине и в посулех и в пересуде и в всех судовых (судебных) пошлинах».

Так же как в цитированных жалованных грамотах XIV— XV вв., указания на различные торговые и прохожие пошлины встречаем мы и в уставных грамотах. Так, в уставе тверских дворцовых сел старосты и целовальники взимали пошлины с продажи или с мены лошадей и коров: купец и продавец должны были платить с лошади каждый по деньге, а «с коровы с рога по деньге» (cornagium); с продажи хоромины взималось поуголъное — с угла по деньге. Они же взимали присудные пошлины. В монастырском селе Прилуках, где было торжишко («а торгуют съезжайся из сел и из деревень с мелкими товаришки по овторни- ком»), тамгу сбирали на государя таможники, а «пятенную пошлину с лошадей и с животины явку» сбирали доводчики на монастырь. Здесь же монастырские доводчики взимали пошлину «с перевозу с реки с Волги» 76*.

  • [1] * Писцовые книги под ред. Калачова. Отд. II. С. 293.
  • [2] * Jus parvum, minutum; Hiihner und Eierzins (Lamprecht K. Op. cit. S. 788,Anm. 6).
  • [3] * Писцовые книги под ред. Калачова. Отд. I. С. 6; Отд. II. С. 332 (тут жеключнич доход), 337, 374, 381, 482, 293 (здесь мелкому доходу противополагается денежный оброк и посопный хлеб).
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >