Слухи в системе регуляции боевого поведения воинов

В боевой обстановке слухи рассматриваются не только как стихийное коммуникативное явление, но и как технология влияния на общественное сознание, эффективное средство информационно-психологического противоборства. Циркулирующие в воинском коллективе слухи оказывают влияние на его психологический климат, сплоченность и эффективность боевой деятельности. Слухи могут порождать широкий диапазон индивидуальных и групповых реакций военнослужащих от едва уловимого изменения настроения до групповой паники.

Учитывая тот факт, что войны нового века втягивают в свои события большие массы гражданского населения, они будут подвергаться интенсивному информационно-психологическому воздействию со стороны противоборствующих сил. Среди средств, способных взбудоражить людей, вывести их из психологического равновесия, зародить сомнения, вызвать неповиновение, поднять на мятеж, важное место занимают слухи. В связи с этим командирам воинских частей и подразделений, военным психологам необходимо внимательно отслеживать этот важнейший канал неформальной коммуникации и, по возможности, управлять им.

Слухи — это сообщение (исходящее от одного или более лиц) о некоторых событиях, еще ничем не подтвержденных, устно передающиеся в массе людей от одного человека другому. Слухи касаются важных для определенной социальной группы явлений, отвечают направленности ее потребностей и интересов[1].

Среди причин возникновения и живучести слухов наиболее значимыми являются: возможность удовлетворения с помощью слухов актуальных потребностей людей; недостаток информации, необходимой для организации деятельности по удовлетворению актуальной потребности; многомерность, субъективная неоднозначность событий.

Слухи стихийно возникают или целенаправленно фабрикуются и распространяются для удовлетворения конкретных потребностей людей. Известный специалист в области военной психологии и психологии пропаганды Э. Боринг подчеркивал, что военнослужащие повторяют слухи только тогда, когда они способствуют удовлетворению какой-либо их потребности[2].

Например, потребность в престиже удовлетворяется потому, что владение информацией (раньше других, либо информацией эксклюзивного характера) повышает престиж человека. В основе стремления к престижу, как считает Боринг, лежит эксгибиционизм, т.е. потребность обратить на себя внимание. Другими словами, сплетником движет обычное желание похвастаться. Поэтому распространителем слухов являются даже те люди, которые не верят в их содержание.

Сообщая другому сведения, составляющие содержание слуха, человек поднимет себя в своих глазах («Никто не знает, а я знаю!»). У окружающих создается впечатление о некоей «принятое™», «вхожести» носителя эксклюзивной информации в референтные группы, формируется мнение о нем как о человеке осведомленном. В данном случае слух рассматривается в качестве товара.

Эмотивпые потребности удовлетворяются слухами за счет того, что они, как правило, порождают сильные эмоции позитивной или негативной модальности. Человек, распространяющий слухи, может испытывать наслаждение, удовольствие от их содержания, от реакций на них людей. Причиной их распространения может быть личное озлобление, ненависть по отношению к конкретным людям (социальным группам).

Благодаря слухам могут разряжаться сильные негативные переживания людей (стремление «выплеснуться», «хоть немного облегчить душу»). В данном случае действует механизм проекции. Распространяя слухи, человек неосознанно выражает свои страхи, желания и враждебные чувства и надеется, что сомнения и беспокойства будут развеяны окружающими. Здесь важную роль играет стремление к получению эмоциональной поддержки. Распространяя тревожные слухи, он надеется на их опровержение другим, что, в свою очередь, снижает его собственную тревогу. Человек получает подсознательное облегчение от того, что адресат реагирует удивлением, испугом, восхищением, благодарностью за сообщение; для усиления впечатления информация нередко «творчески» обогащается неприятными подробностями. Такой механизм особенно силен у людей, неудовлетворенных своим социально-психологическим статусом и не нашедших достойного места в жизни[3].

Познавательные потребности и интересы удовлетворяются слухами тогда, когда информация об интересующих человека о боевых и других событиях отсутствует или некачественна. Важной причиной для возникновения слухов является искажение информации при ее передаче «из уст в уста». Чем длиннее цепочка, чем большее количество людей участвует в коммуникативном процессе, тем значительнее искажаются сведения[4].

В литературе выделяются социально-психологические условия, побуждающие людей воспринимать слухи. К таким обстоятельствам, прежде всего, относятся следующие[5].

  • 1. Тревожная, напряженная, трудная обстановка, содержащая проблемы, угрозы, опасности, в которой люди ищут пути обезопасить себя и своих близких.
  • 2. Стремление упредить и предупредить наступление неприятных событий, заблаговременно к ним подготовиться и уменьшить возможный урон, если избежать его невозможно.
  • 3. Наличие психологического заражения, подражания, группового давления, стремления обезопасить себя вместе со всеми.
  • 4. Уверенность в достоверности сообщения. Не зная, откуда исходит слух, люди склонны предполагать, что информация представлена из надежных источников. Это создает иллюзию достоверности сообщения и формирует эффект ложного консенсуса, т.е. уверенности в том, что слух разделяет большинство людей.
  • 5. Психологические особенности людей, предрасполагающие к восприятию слухов. Здесь, во-первых, следует выделить высокую внушаемость части людей, их неспособность самостоятельно и критически оценить правдоподобность и обоснованность слуха. Во-вторых, особой подверженностью слухам отличаются люди чрезмерно любопытные, вечно «принюхивающиеся», прислушивающиеся к любому разговору, каким бы далеким от них он ни был. Наконец, в большей степени восприимчивыми к слухам оказываются люди, испытывающие недовольство, фрустрацию, усталость, не занятые какой- либо деятельностью, находящиеся в состоянии длительного ожидания.
  • 6. Социально-психологические особенности групп и совместной деятельности. Отмечается, что слухи активнее распространяются в группах, в которых царят бездеятельность, однообразие, скука.

При большом спектре причин распространения и принятия слухов главным является информационный вакуум в значимой для людей сфере, который заполняется стихийно или целенаправленной вражеской пропагандой.

Как видно из перечня факторов порождения и живучести слухов, война, боевая обстановка являются самой благоприятной почвой для их распространения.

В психологии выработан подход к классификации слухов. В качестве оснований для такой классификации выделяют информационную, экспрессивную[6] и результативную характеристики слухов.

По информационному основанию — это слухи достоверные и недостоверные, стихийные и фабрикуемые.

По степени достоверности слухи бывают абсолютно недостоверные, недостоверные с элементами правдоподобия, правдоподобные, достоверные с элементами неправдоподобия. Специалисты отмечают, что эффект от использования ложной информации носит кратковременный характер и, как правило, ограничивается временем осуществления пропагандистских акций в условиях дефицита информации.

По происхождению слухи могут быть спонтанно, стихийно возникающими либо умышленно фабрикуемыми, целенаправленно распространяемыми. Возможны и промежуточные разновидности. Иногда слух зарождается стихийно, но, попав на определенную почву, находит заинтересованных ревностных распространителей, готовых приукрасить информацию в соответствии со своими интересами. Бывает и наоборот, когда первоначально слух запущен умышленно, но впоследствии, попадая в стихийно действующие социально-психологические механизмы, многократно ими усиливается.

По экспрессивному основанию Ю. А. Шерковин выделяет: слухи-желания, слухи-пугала, агрессивные и разобщающие слухи[7].

Слух-желание отражает и удовлетворяет надежды, стремления людей, разочарование по поводу несбывшегося желания и деморализует людей.

Слух-пугало приводит к тревоге, неуверенности и страху среди членов определенной социальной группы.

Агрессивный слух вызывает неприязнь, ненависть к конкретным лицам или социальным группам, вносит разлад, подозрительность, взаимное недоверие во взаимоотношения людей.

В одной из версий Полевого устава армии США «Психологические операции» (1988) приводился пример эффективного слуха-пугала. Во время боевых действий против филиппинских партизан было установлено, что они боятся вампиров. Специалистами психологических операций был немедленно распространен слух о том, что в лесу в месте базирования партизан появились вампиры. Для усиления слуха туда был подкинут труп противника без крови с двумя дырочками на шее. Партизаны немедленно ретировались.

По результатам влияния на сознание и поведение людей выделяют слухи: 1) будоражащие общественное мнение, но не выходящие за рамки явно выраженного асоциального поведения; 2) вызывающие антиобщественное поведение известной части населения; 3) разрушающие социальные связи между людьми и выливающиеся в массовые беспорядки[8].

Слухи обращают соратников и друзей во врагов, возносят или сокрушают престиж людей, превращают в жалкую паническую толпу боеспособные полки и дивизии, порождают пессимизм и неверие в собственные силы и т.н. Так, сфабрикованный в ходе боев за Багдад (2003) слух о смерти Саддама Хусейна стал одной из основных причин резкого снижения боевого духа иракских солдат, слома их воли к сопротивлению.

Скорость распространения слухов чрезвычайно высока, поэтому слух обычно достигает эффекта «первичности» в доведении информации до аудиторий. В боевой обстановке в системе неформальной коммуникации работает так называемый «солдатский телеграф», который мгновенно передает эмоционально насыщенную, значимую информацию в самые отдаленные уголки боевых порядков войск.

В 1947 г. Г. Оллнорт и Л. Постман сформулировали «базовый закон слухов», отражающий зависимость интенсивности (количества) слухов от важности событий (вопросов) и неоднозначности сведений о них[9]. Формула, отражающая этот закон, имеет следующий вид:

где R — количество циркулирующих слухов, i — важность вопроса для заинтересованных лиц, а — неоднозначность, двусмысленность сведений, касающихся обсуждаемой темы.

Иными словами, слухи распространяются тогда, когда отражаемые в них события важны для аудитории, а полученные относительно них известия либо недостаточны, либо субъективно двусмысленны. Двусмысленность возрастает, если известия сообщены неясно, противоречиво, либо если человек не в состоянии понять полученное им сообщение. По мнению авторов, важность и двусмысленность не складываются, а перемножаются — если либо важность, либо двусмысленность равна нулю, слух не возникает.

Когда же информация, прогностически необходимая для осуществления деятельности и удовлетворения потребности отсутствует, отрицательные эмоции проявляются максимально. Эта ситуация максимально благоприятна для возникновения и распространения слухов. Острая необходимость действовать для удовлетворения потребности, с одной стороны, и отсутствие информации — с другой, делают человека неразборчивым в оценке ее источников. «Чем менее информированы люди по привлекшему их внимание событию, тем более они возбуждены эмоционально и тем менее рационально их поведение. Длительный дефицит информации вызывает информационный голод, при котором люди, образно говоря, заглатывают чудовищные небылицы»[10].

С учетом наиболее важных детерминант и переменных, связанных с распространением слухов, психологи разработали своеобразную квазиматема- тическую формулу для вычисления (прогнозирования, оценки) интенсивности их распространения[11]. Она имеет следующий вид:

где С — интенсивность циркуляции слухов, И — интерес аудитории к теме, КС — количество официальных сообщений по теме на данный момент времени В, ДИ — степень доверия к источнику официальных сообщений.

Из формулы следует, что быстрота распространения слухов прямо пропорциональна интересу аудитории к теме и обратно пропорциональна количеству официальных сообщений по данной теме и степени авторитетности источников официальной информации.

Слухи быстрее распространяются в социально однородной среде, где проявляются общие интенсивные переживания многих людей, имеющих одинаковое отношение к событиям, объектам. Поэтому специалисты по информационно-психологическим акциям, как правило, делят аудиторию на гомогенные по потребностям целевые группы. Для каждой из таких групп фабрикуется «свой» слух.

Таким образом, слухи являются средством неформальной стихийной или организованной коммуникации. Они широко используются в системе информационно-психологического противоборства. Участники боевых действий — благодатная среда для распространения слухов.

Военные психологи и командиры, зная психологическую природу и закономерности проявления слухов, призваны принимать решительные меры но профилактике и пресечению деструктивных слухов. Главным методом профилактики является своевременное и качественное информирование подчиненных о событиях, имеющих для них важное значение. Одновременно возможно распространение слухов, способствующих повышению боевого настроя воинов, сплачивающих личный состав, снимающих психологическое напряжение у людей.

Итак, воинский коллектив является важнейшим психологическим ресурсом для каждого военнослужащего. Психологический ресурс порождается рациональной расстановкой военнослужащих с учетом их психологической совместимости, боевого опыта, пиков переживания страха, возможного взаимодополнения и взаимозамены. Мощным ресурсом является пример, эмоциональное заражение и психологическая поддержка со стороны командира, актива. Продеятельностное общественное мнение, боевое коллективное настроение, традиции коллективизма, ориентированные на боевую задачу лидеры задают энергию, направленность, создают своеобразные психологические «подпорки» для каждого воина, служат мерилом оценки его деятельности.

Формирование сплоченных и дееспособных воинских коллективов подразделений является важнейшей задачей командиров и военных психологов, кардинальным условием эффективного решения боевых задач.

  • [1] См.: Социальная психология : краткий очерк / под рсд. Г. П. Предвечного, Ю. А. Шср-ковина. М., 1975.
  • [2] Боринг Э. Психология для Вооруженных Сил. С. 559.
  • [3] Столярепко А. М. Экстремальная психопедагогика. М., 2002. С. 202.
  • [4] См.: Грачев Г. В., Мельник И. К. Манипулирование личностью: организация, способыи технологии информационно-психологического воздействия. М., 2002.
  • [5] Столярепко А. М. Экстремальная психопедагогика. С. 202—203.
  • [6] Социальная психология : краткий очерк. С. 188—189.
  • [7] Там же.
  • [8] Китов А. И. Личность и перестройка: заметки психолога. М., 1990. С. 175.
  • [9] См.: Олпорт Г. В. Становление личности. М., 2002.
  • [10] Китов А. И. Личность и перестройка. С. 172.
  • [11] Сухов А. II. Психология больших социальных групп и движений // Основы социально-психологической теории / под общ. ред. А. А. Бодалева, А. II. Сухова. М., 1995. С. 228—245.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >