Последние десятилетия.

В пьесе «Порыв ветра» (The Searching Wind, 1944), используя историческую ретроспекцию, Хеллман на примере судьбы американского дипломата Алекса Хейзена показывала, сколь пагубна политика попустительства нацистской агрессии.

В 1946 г. Хеллман пишет бытовую драму «Другая часть леса» (Another Part of the Forest). Это своеобразная предыстория семейства Хаббардов, героев «Лисичек».

Герой пьесы Маркус Хаббард в период Гражданской войны преступными средствами нажил состояние. В собственной семье он тиран. Сыновья Маркуса, Оскар и Бенджамин, возмущены, что отец заставляет их работать на него, «словно они негры». В конце концов, Бен узнает о предательстве отца в годы войны и, владея этим секретом, становится полновластным хозяином в семье. Братья фактически продают Реджину, выдав ее замуж за нелюбимого человека, Горацио Гидденса. К чему привел подобный насильственный союз, показала пьеса «Лисички».

Среди поздних драматургических произведений Хеллман выделяется «Осенний сад» (The Autumn Garden, 1951). Уже в самом названии ощутима перекличка с чеховским «Вишневым садом». Психологически тонко, с ироническим нажимом ставит писательница проблему кризиса либеральной интеллигенции, увядания души. В пьесе присутствует чеховская интонация, светлые краски весеннего сада сменяются грустной мелодией сада осеннего. Сад Хеллман оголен, печален.

После написания пьесы «Игрушки на чердаке» (Toys in the Attic, 1960) Хеллман оставляет драматургию. Она пишет биографическую книгу «Незавершенная женщина» (An Unfinished Woman, 1960), а также своеобразную мемуарную дилогию «Пентименто» (Pentimento,

1973) и «Время негодяев» (Scoundrel Time, 1979). Это был откровенный нелицеприятный рассказ «о времени и себе». Во второй книге она свидетельствует о маккартистской эпохе как поре подлости и предательства.

«Охотники за ведьмами» не могли простить Хеллман того, что в годы войны, работая в Голливуде, она создала фильм «Северная звезда» (North Star), отмеченный симпатией к русским союзникам, что она в 1944—1945 гг. приезжала в нашу страну. Хеллман заняла достойную позицию: в 1952 г. в письме председателю Комиссии по расследованию антиамериканской деятельности она написала: «Я не могу и не стану перекраивать свою совесть по моде нынешнего сезона».

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >