Естественно-научное знание как система, его специфика

Выделим особенности естественно-научного знания и познания, имея в виду, что вряд ли оно может быть однозначно и безоговорочно отграничено от других видов познания. Естественно-научное познание как вид деятельности тесно связано и с практической деятельностью, и различными видами теоретической деятельности, так что перечисленные ниже черты могут быть в той или иной мере свойственны и другим видам познания. Хотя совокупность этих признаков в большей мере характерна именно для естественно-научного познания, как его понимают в настоящее время.

Идеолог становящейся науки Нового времени английский философ Ф. Бэкон в своем крылатом афоризме «Знание — сила» выразил пафос естественно-научного познания, его ориентацию на получение практически полезных знаний, позволяющих управлять природными процессами на основе знания их законов и с целью удовлетворения человеческих потребностей.

Как и другие виды духовного производства, естественные науки создают как бы параллельный реальному миру идеальный мир, в котором отражены основные свойства и закономерности объективного мира природы.

В идеальном мире естественных наук реальность воспроизводится не целиком, а лишь в самых существенных чертах. Это своего рода карта мироздания, по которой человечество ориентируется в своей деятельности. На ней, как и на географической карте, отмечено лишь самое основное, масса же несущественных с точки зрения предмета исследования подробностей опущена ввиду их малой значимости. Основатель такого направления современной психотерапии, как нейролингвистическое программирование, американский ученый Р. Блендер сформулировал афоризм «Карта не равна территории», имея в виду, что наша картина реальности и сама реальность не совпадают. Это относится и к естествознанию.

Становление естественных наук начиналось с установления факта, что окружающий человека мир в сущности своей совсем не таков, как он дан человеку в непосредственности восприятия (например, — Солнце восходит на востоке, Земля неподвижна и т.д.). А чтобы добраться до этой сущности, нужно предпринять весьма серьезные мыслительные усилия, которые заметно отличаются от обычных умственных упражнений, требуемых повседневностью от каждого человека.

Наука, вместо непосредственного исследования свойств и закономерностей явлений и предметов в процессе стихийной практической деятельности, начинает строить их теоретические модели с помощью абстрактных и идеальных объектов. Такие модели приблизительно верно отражают реальные свойства и отношения изучаемых объектов. Из этой особенности естественно-научного знания вытекают строгие требования к языку описания исследуемых объектов. Неопределенность, многозначность понятий естественного языка заставляет естествознание вырабатывать свой специальный язык с четкой фиксацией смысла и значения понятий. Естественный язык не обладает такой однозначностью смыслов. Натурфилософское описание природы, в отличие от научного, было представлено в основном в понятиях естественного языка и доступно любому образованному человеку. Язык науки — это прежде всего язык профессионалов, можно говорить о языке математики, языке физики, языке химии.

Научное знание характеризуется системностью. Вообще-то системность присуща не только научному, но и другим видам знания. Обыденное знание о приготовлении пищи систематизировано в поваренных книгах, религиозное знание систематизировано в теологии (богословии), философское знание систематизировано в соответствующих концепциях.

Системность естественно-научного знания проявляется в том, что оно представлено в форме теории. Результатом научного познания выступает теория, объединяющая знание в целостную систему на основе определенных принципов. Знания превращаются в научные только в результате их включения в теорию. Совокупность знаний, фактов, их сумма — еще не есть наука.

Естественные науки изучают только то, что есть, уже существует, наличествует. Научное естествознание не интересует, почему (в смысле первопричины) это есть, что могло бы быть, что должно бы быть в силу наших представлений и желаний и, особенно, хорошо или плохо то, что есть. Во всех физических учениях до работ И. Ньютона считалось бессмысленным рассуждать о свете, не зная его природы, выводить какие-то заключения о тяготении или силе, не ответив на вопрос о том, какова сущность этих явлений. Ньютона упрекали в том, что он сформулировал закон всемирного тяготения, не раскрыв причины тяготения. Естествознание принципиально не отвечает на вопросы о том, почему существует тот или закон, откуда он взялся, что могло бы быть вместо него, хорошо или плохо существование этого закона и т.д. Эти вопросы не входят в компетенцию естественных наук, а находятся в ведении философии или религии.

В естествознании осуществляется постоянный осознанный контроль над самой процедурой познания, предъявление строгих требований к методам, т.е. к способам и приемам получения знания. Естественно-научное познание организуется методически, т.е. ведется с определенной целью и согласно определенному плану, осознанному методу действий. Методы познания — это инструменты науки. Образно говоря, наука постоянно проверяет и перепроверяет свои инструменты: наводит порядок в старых, совершенствует их или заменяет более качественными.

В естественных науках для исследования объектов используется специально созданная аппаратура: инструменты и измерительные приборы высокой сложности.

Использование инструментов началось в астрономии: оптический телескоп был сконструирован в 1609 г. Г. Галилеем. К январю 1610 г. он создал несколько инструментов с увеличением от 20 до 33 раз. Благодаря изобретенному телескопу, Галилей совершил свои замечательные открытия: обнаружил спутники Юпитера, горы и кратеры на Луне, фазы Венеры, мириады звезд в Млечном Пути, и т.д. Пожалуй, ни один телескоп последующих столетий не дал такого вклада в науку, как первый. Мы видим, что создание новых приборов расширяет горизонты исследования, открывает новые миры. До открытия и применения микроскопа для исследования не было ничего известно о существовании целого мира одноклеточных организмов.

Приблизительно в то же время, когда началось исследование космоса с помощью телескопов, были сделаны попытки раскрыть с помощью линз тайны микромира. Первые простые микроскопы называли «блошиными стеклами». В середине XVII в. блестящих успехов добился голландский естествоиспытатель А. В. Левенгук (1632—1723), который первым открыл эритроциты, бактерии, дрожжи и многое другое. Интересно, что достоверность его исследований была поставлена под сомнение, когда он отослал копию своих наблюдений одноклеточных организмов, о существовании которых до этого времени ничего не было известно.

Область фундаментальных исследований строения материи, называемая физикой высоких энергий, была бы невозможна без ускорителей заряженных частиц, создание которых привело к открытию множества элементарных частиц. До их создания были известны только пять частиц: фотон, электрон, нейтрон, протон и позитрон. Развитие современного естествознания немыслимо без сложнейшей аппаратуры и компьютерной техники. Естественно-научное знание, в отличие от гуманитарного знания, проходит процедуру эмпирического, т.е. опытного обоснования, в ходе которого устанавливается его соответствие или несоответствие описываемой области природных явлений. Результаты научного познания и ход их достижения должны быть воспроизводимыми, чтобы заслуживать признание научного сообщества. Если полученные кем-то результаты никто не может воспроизвести в своих опытах, расчетах, рассуждениях, то они не вызывают доверия. Чья-то личная вера в правильность своих утверждений не является научным доказательством.

Результаты естественно-научного познания должны быть полностью открыты для критики, чем оно отличается, например от теологического знания, которое основывается на догматах, закрытых для сомнения и критики. При этом результаты научного познания не претендуют на абсолютную истинность, как, например, религиозные истины, вечные и неизменные. Научные знания предполагают возможность их изменения, усовершенствования или радикального пересмотра.

Завершая данный перечень признаков, характеризующих естественно-научное познание, следует еще раз заострить внимание на том, что по отдельности эти признаки могут быть в той или иной мере присущи и ненаучным способам познания. Поэтому необходима корректность в применении указанных критериев.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >