Бессознательное и сознательное в человеке

С вопросом биологического и социального тесно связана проблема бессознательного и сознательного в человеке.

На протяжении длительного времени в пауке и философии доминировал принцип антропологического рационализма: человек, мотивы его поведения и само бытие рассматривались только как проявление сознательной жизни. Этот взгляд нашел яркое воплощение в знаменитом высказывании французского ученого и философа Р. Декарта: «Cogito ergo sum» («Мыслю, следовательно, существую»). Человек в данном случае выступал лишь как «человек разумный». Но, начиная с Нового времени, в учении о человеке все большее место занимает проблема бессознательного. Такие мыслители как Лейбниц, Кант, Кьеркегор, Гартман, Шопенгауэр, Ницше начали анализировать роль и значение психических процессов, не осознающихся человеком, с разных сторон.

Однако определяющее влияние на разработку этой проблемы оказал 3. Фрейд, открывший целое направление в учении о человеке и утвердивший бессознательное как важнейший фактор человеческого измерения и существования. Он представлял бессознательное, как могущественную силу, которая противостоит сознанию.

Согласно его концепции, психика человека состоит из трех пластов. Самый нижний и мощный пласт — «Оно» (id) — находится за пределами сознания. По своему объему он сравним с подводной частью айсберга. В нем сосредоточены различные биологические влечения и страсти, прежде всего сексуального характера, и вытесненные из сознания идеи. Затем следует сравнительно небольшой слой сознательного — это «Я» (Ego) человека. Верхний пласт человеческого духа — «Сверхя» (SuperEgo) — это идеалы и нормы общества, сфера долженствования и моральная цензура.

По Фрейду, личность, человеческое «Я» вынуждено постоянно терзаться и разрываться между, образно говоря, Сциллой и Харибдой — неосознанными влечениями и побуждениями «Оно» и нравственно-культурной цензурой «Сверх Я». В итоге оказывается, что собственное «Я» — сознание человека — не является «хозяином в своем собственном доме». Именно сфера «Оно», всецело подчиненная принципу удовольствия и наслаждения, оказывает решающее влияние на мысли, чувства и поступки человека. Поэтому сам человек — прежде всего существо, управляемое и движимое сексуальными устремлениями и сексуальной энергией (либидо).

Драматизм человеческого существования, по Фрейду, «усиливается тем, что среди бессознательных влечений имеется и врожденная склонность к разрушению и агрессии, которая находит свое предельное выражение в «инстинкте смерти», противостоящем «инстинкту жизни». Внутренний мир человека оказался, следовательно, еще и ареной борьбы между двумя этими влечениями. В конце концов Эрос и Танатос1 рассматриваются Фрейдом как две наиболее могущественные силы, определяющие поведение человека.

Таким образом, фрейдовский человек получился сотканным из целого ряда противоречий между биологическими влечениями и социально обусловленными нормами, сознательным и бессознательным, инстинктом жизни и инстинктом смерти. Но в итоге биологическое бессознательное начало оказывается у него определяющим. Человек, по Фрейду, — это прежде всего эротическое существо, управляемое бессознательными инстинктами.

Проблема бессознательного интересовала и швейцарского психолога и культуролога К. Г. Юнга. Однако он выступил против трактовки человека как существа эротического и попытался более глубоко дифференцировать фрейдовское «Оно». В частности, Юиг выделил в нем, помимо «личностного бессознательного» как отражение в психике индивидуального опыта, еще и более глубокий слой — «коллективное бессознательное», которое является отражением опыта предшествующих поколений.

Содержание коллективного бессознательного составляют, но Юнгу, общечеловеческие первообразы — архетипы (например, образ матери-родины, народного героя, богатыря и т.д.). Совокупность архетипов образует опыт предшествующих поколений, который наследуется новыми. Архетипы лежат в основе мифов, сновидений, символики художественного творчества[1] [2]. Сущностное ядро личности составляет единство индивидуального и коллективного бессознательного, по основное значение имеет все-таки последнее. Человек, таким образом, — это прежде всего существо архетипное.

Проблема бессознательного и сознательного развивалась и другими представителями психоанализа — последователями Фрейда, которые уточняли и развивали его учение, внося в него свои коррективы. А. Адлер (1870—1937) подверг критике учение Фрейда за его биологическую и эротическую детерминацию человека. По Адлеру, человек — не только биологическое, но и социальное существо, жизнедеятельность которого связана с сознательными интересами. Потому «бессознательное не противоречит сознанию»1, как это имеет место у Фрейда. Таким образом, Адлер в определенной степени уже социологизирует бессознательное и пытается снять противоречие между бессознательным и сознанием в рассмотрении человека.

Неофрейдистское видение бессознательного наблюдается и у австрийского психиатра В. Райха, и у американского социального психолога и социолога К. Хорни. Но если Райх вслед за Фрейдом биологизирует бессознательное, рассматривая человека вместе с тем как природно- социальное существо, то Хорни подобно Адлеру пытается социологизировать бессознательное, делая акцент на социокультурные условия бытия. Для нее человек — существо, стремящееся к самореализации.

Наиболее видным представителем неофрейдизма, или современного фрейдизма, является немецко-американский психолог и социолог Э. Фромм (1900—1980). Он выступил против биологизации бессознательного и подверг критике теорию Фрейда за провозглашенный им антагонизм между сущностью человека и культурой. Вместе с тем он отверг и социологизаторские трактовки человека. Фромм попытался соединить психоаналитические идеи Фрейда с марксистской концепцией человека и найти между ними некоторую середину. По собственному признанию, его точка зрения является «не биологической и не социальной»[3] [4].

Одним из наиболее важных факторов развития человека, полагает он, является противоречие, вытекающее из его двойственной природы, человек является частью природы и подчинен ее законам, но одновременно он и субъект, наделенный разумом, существо социальное. Это противоречие Фромм называет «экзистенциальной дихотомией». Она связана с тем, что из-за отсутствия сильных инстинктов, которые помогают в жизни животным, человек должен принимать решения, руководствуясь сознанием. Но результаты при этом не всегда оказываются продуктивными, что порождает тревогу и беспокойство. Поэтому «цена, которую человек платит за сознание» — его неуверенность.

Человек, по Фромму, биологически неприспособленный индивид, следствием чего и является его социальное развитие. Но до конца развить свои социальные способности он тоже не может, ибо смертен. Поэтому человек — существо «незавершенное и неполное», существование которого характеризуется внутренними противоречиями. Мотивы поведения человека исследуются Фроммом через призму этих противоречий.

Если говорить об общей характеристике бессознательного, то оно Фроммом социологизируется и экзистенци- ализируется. Однако в конце концов поведение человека оказывается обусловленным все-таки побуждениями и конфликтами в области бессознательного. В споре между Фрейдом и Марксом, отдавая должное заслугам последнего, Фромм все же склоняется к точке зрения первого, считая, что Маркс преувеличил роль социального и разумного в человеке.

Оценивая роль бессознательного в концепции Фрейда и его последователей, следует сказать, что сама постановка данной проблемы является несомненной заслугой Фрейда. Подход к человеку и его существованию через соотношение бессознательного и сознания внес новые моменты в науку и философское понимание проблемы. Однако у Фрейда наблюдается явная абсолютизация роли бессознательного. Выступив против абсолютизации роли сознания в жизнедеятельности человека, представители этого направления впали в другую крайность. Так, у Фрейда квинтэссенцией человека оказалось либидо (сексуальная энергия).

Впрочем, эволюция фрейдизма свидетельствует о том, что представители психоанализа все больше отходили от ортодоксальной концепции Фрейда, склоняясь в сторону признания роли сознания и влияния социального фактора на развитие человека.

Так, согласно Фромму, самому значительному представителю неофрейдизма, новая эпоха, связанная с функционированием рыночных отношений в условиях «развитого капитализма», рождает и «человека нового типа», которого он описывает как «рыночный характер». «Человек, обладающий рыночным характером, — пишет он, — воспринимает все как товар — не только вещи, но и саму личность, включая ее физическую энергию, навыки, знания, мнения, чувства, даже улыбки, и его главная цель — в любой ситуации совершить выгодную сделку»1. Альтернативой обществу «обладания», порождающего «рыночного человека», должно быть, по Фромму, общество, в котором на первое место ставится бытие. Изменение способа существования человека и его характера связывается им с изменением самого общества, в котором основным принципом будет «быть», а не «иметь».

  • [1] Эрос — в греческой мифологии бог любви, Танатос — олицетворениесмерти.
  • [2] Юнг К. Г. Об архетипах коллективного бессознательного // Вопросыфилософии. 1988, № 1.
  • [3] Adler A. Superiority and social interest. N.Y., 1979. P. 215.
  • [4] Fromm E. The sane society. L., 1963. P. 14.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >