Рынок труда и пенсионный возраст

Старение населения существенно влияет на рынки труда, что важно учитывать при определении оптимальных величин пенсионного возраста. Важно отметить, что даже в ЭРС в течение длительного времени доля работающих мужчин в возрасте 65 лет и старше составляла более 70% от их общей численности. Только треть в этом возрасте не работала. Часть из них имела стабильный доход от собственности (так называемые рантье), а вторая часть неработающих — это были нетрудоспособные лица. Только в конце XIX в. занятость лиц пожилого возраста стала медленно снижаться, а быстрый ее рост стал наблюдаться только с 1960-х гг. и к концу 1990-х гг. она упала ниже 20%Е

В последние два десятилетия эта тенденция в ЭРС изменилась на прямо противоположную. В итоге это привело к тому, что примерно 30—50% мужчин в возрасте 65 лет и старше продолжают работать[1]. [2]

С 2012 г. в 27 странах ЕС наблюдается устойчивая тенденция сокращения населения трудоспособного возраста (людей в возрасте от 15 до 64 лет). Учитывая это, поддержание устойчивого роста потребует увеличения производительности труда и более высокого уровня занятости, в особенности для пожилых людей и в частности женщин.

На рубеже XX—XXI вв. в странах Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ) тенденция досрочного выхода на пенсию также начала меняться. Во многих из них ужесточены условия для досрочного выхода на пенсию и получения пенсии по инвалидности, к 2030 г. планируется увеличение стандартного пенсионного возраста до 65 лет, как для мужчин, так и для женщин. Например, в Финляндии государственная пенсия выплачивается с 65 лет, а пенсионный возраст для установленных законом трудовых пенсий — от 63 до 68 лет. В Швеции пенсионный возраст гибкий, от 61 года до 67 лет. Для Эстонии, Латвии, Литвы, Кипра и Мальты представлен средний возраст выхода на пенсию для обоих полов. В Чешской Республике стандартный пенсионный возраст будет дальше увеличиваться свыше 65 лет. Однако средний возраст ухода с рынка труда все еще составляет менее 65 лет (см. табл. 3.8).

Таблица 3.8

Занятость и выход на пенсию трудящихся в странах ЕС-27, мужчины

Страна

Доля занятости пожилых трудящихся в возрасте 55—64 лет

Средний возраст выхода на пенсию

Стандартный пенсионный возраст

2000

2010

2001

2009

2009

дальнейшее

увеличение

ДО

к периоду, год

Болгария

33,2%

50,3%

59,8

64,1

63

65

2024

Чехия

51,7%

58,4%

60,7

61,5

62

65

2030

Венгрия

33,2%

39,6%

58,4

60,1

62

65

2022

Польша

36,7%

45,3%

57,8

61,4

65

Румыния

56,0%

50,3%

60,5

65,5

63,5

65

2015

Словакия

35,4%

54,0%

59,3

60,4

62

Словения

32,3%

45,5%

59,3

60,9

63

65

2014

Эстония

55,9%

52,2%

61,1

62,6

63

65

2026

Латвия

48,4%

47,6%

62,4

62,7

62

65

2021

Литва

50,6%

52,3%

58,9

59,9

62,5

65

2026

Кипр

67,3%

71,2%

62,3

63,5

65

Мальта

50,8%

47,9%

57,6

60,3

61

65

2026

Страна

Доля занятости пожилых трудящихся в возрасте 55—64 лет

Средний возраст выхода на пенсию

Стандартный пенсионный возраст

2000

2010

2001

2009

2009

дальнейшее

увеличение

ДО

к периоду, год

12 стран ЕС

45,9%

51,2%

59,8

61,8

Австрия

41,2%

51,6%

59,9

62,6

65

Бельгия

36,4%

45,6%

57,8

61,2

65

Дания

64,1%

62,7%

62,1

63,2

67

65

2022

Финляндия

42,9%

55,6%

61,5

62,3

65

Франция

33,6%

42,1%

58,2

60,3

60

67

2023

Германия

46,4%

65,0%

60,9

62,6

65

67

2029

Греция

55,2%

56,5%

61,1

61,3

65

Ирландия

63,2%

58,1%

63,4

63,5

65

68

2028

Италия

40,9%

47,6%

59,9

60,8

65

68

2050

Люксембург

37,2%

47,7%

56,8

59,4

65

Нидерланды

50,2%

64,5%

61,1

63,9

65

67

2025

Португалия

62,1%

55,7%

62,3

62,9

62

65

2015

Испания

54,9%

54,7%

60,6

61,2

65

67

2025

Швеция

67,8%

74,2%

62,3

64,7

61—67

Великобритания

60,1%

65,0%

63,0

64,1

65

68

2046

ЕС-15

48,0%

56,2%

60,7

61,9

ЕС-27

47,1%

54,6%

60,4

61,8

Источник: Евростат (доля занятости пожилых трудящихся; средний возраст выхода на пенсию; продолжительность жизни в 65 лет); Исследование МОТ и Европейской комиссии (стандартный пенсионный возраст); Пенсионная реформа в Центральной и Восточной Европе во времена кризиса, жестких финансовых мер и в будущем / под ред. Кениги Хирозе. Группа технической поддержки по вопросам достойного труда и бюро МОТ для стран Восточной и Центральной Европы. М. : МОТ, 2015. С. 18, 19.

Основная проблема — найти новую точку равновесия между работой и выходом на пенсию в связи с изменениями жизненного цикла (характеризующегося увеличенной продолжительностью жизни и более поздним входом на рынок труда в связи с более длительным образованием), а также социальных и экономических ролей для обоих полов.

Важным показателем для регулирования рынка труда и пенсионного возраста является процент лиц в возрасте 20 лет, доживающих до пенсионного возраста (см. табл. 3.9).

Для решения этой проблемы необходима эффективная координация и согласованные действия в сфере политики пенсионного обеспечения и занятости, которые должны способствовать тому, чтобы люди дольше оставались трудоспособными, а существующие правовые нормы предусматривали возможность осуществлять гибкий переход от трудовой деятельности к выходу на пенсию, учитывая большие индивидуальные различия в состоянии здоровья и способности работать пожилых трудящихся.

Таблица 3.9

Доля лиц в возрасте 20 лет, доживающих до пенсионного возраста в ряде

ЭРС, в 2013 г., в %

Страна

Процент лиц в возрасте 20 лет, доживающих до пенсионного возраста

мужчины

женщины

Австрия

84,7

95,2

Белоруссия

66,9

92,8

Бельгия

84,6

91,1

Германия

84,9

91,9

Израиль

86,1

94,6

Канада

87,4

92,1

Латвия

68,4

87,5

Литва

67,0

90,3

Норвегия

85,4

90,8

Польша

71,8

92,5

Российская Федерация

62,5

90,6

Словакия

78,4

94,5

США

77,6

88,0

Финляндия

82,5

92,1

Франция

88,2

94,5

Чили (2005)

81,3

93,7

Швейцария

89,1

94,0

Эстония

74,3

93,1

Япония

87,6

94,0

Источник: Организация OECD (2013), Pensions at a Glance 2013: OECD and G20 Indicators, OECD Publishing, http://dx.doi.org/10.1787/pension_glance-2013-en; Social Security Programs Throughout the World: Europe, 2012; http://www.ssa.gov/policy/ docs/progdesc/ssptw/2013-2012/europe/; Pensions at a Glance 2013: Retirement- income Systems in OECD and G20 Countries -OECD 2013; http://www.oecd-ilibrary. org/finance-and-investment/pensions-at-a-glance-2013 _pension_glance-2011-en

Например, в России в соответствии с прогнозом, разработанным на основе параметров, установленных Концепцией демографического развития России, 60-летние мужчины достигнут текущей ожидаемой продолжительности жизни для 65-летних мужчин в странах ОЭСР не ранее 2030-х гг. Тогда повышение пенсионного возраста станет адекватным западным параметрам, и пенсионеры будут иметь период предстоящей жизни, достаточный для реализации своих накапливаемых пенсионных прав (финансовых ресурсов, накопленных на протяжении трудовой жизни). Как отмечает в этой связи А. К. Соловьев, «в случае перехода на общеевропейский пенсионный возраст абсолютное большинство населения России будет практически лишено права получения своего страхового возмещения, что противоречит нормативным документам МОТ по “гарантии охвата и доступности” населения социальным формам материального обеспечения» Т

В странах ЦВЕ предпринимаются меры с целью улучшения способности рынка труда рационально использовать трудовые ресурсы пожилых трудящихся, в том числе: введение гибкого рабочего дня или адаптация выполняемой работы к возможностям и навыкам пожилых людей, предоставление адекватного повышения квалификации и программ обучения на протяжении всей жизни (чтобы расширять возможности пожилых людей в области трудоустройства), удаление различных барьеров на рынке труда (таких как предвзятое отношение или дискриминация пожилых людей и система, при которой размер заработной платы связан с возрастом, что удорожает найм пожилых трудящихся).

В дополнение к сдерживанию досрочного выхода с рынка труда через увеличение пенсионного возраста или ужесточение вариантов досрочного выхода на пенсию пенсионные системы могут корректировать свои модели работы в интересах сокращения перекосов на рынке труда и увеличения стимулов для застрахованных лиц продлить свою трудовую деятельность, добиваясь, таким образом, более высокого фактического пенсионного возраста. Тем не менее трудящиеся во вредных или тяжелых условиях должны иметь возможность для увеличения своего дохода при досрочном выходе на пенсию.

Анализ данных специальных обследований в России, посвященных занятости лиц пенсионного возраста[3] [4], показывает, что более четверти пенсионеров продолжают трудовую деятельность, что в первую очередь связано с мотивом материального благополучия. Основными факторами как выбора работы пенсионерами, так и их увольнения становятся, прежде всего, материальные причины (оплата труда, материальное стимулирование, официальная зарплата); чуть менее значимыми являются условия труда, существенно влияющие на здоровье (физическая, тяжелая) и комфортность труда (близко к дому, удобный график). В большинстве организаций их доля составляет около 10% и менее численности персонала.

По мнению работодателей, причинами такого положения дел являются характерные для этого возраста особенности: проблемы со здоровьем, утрата квалификации и нежелание ее повышать, снижение профессиональной мобильности и гибкости, правовая неграмотность.

Сильно различается уровень занятости людей третьего возраста по типу населенных пунктов. В городской местности работает 42% пенсионеров, в сельской — лишь 25%. Эта разница во многом обусловлена более широкими возможностями городских жителей трудиться на прежнем месте. 65% работающих горожан пенсионного возраста заняты на прежней работе на полную ставку, 7% — на ее часть. В сельской местности соответствующие доли составляют 55% и 9,5%. В условиях нехватки рабочих мест на селе пожилые люди активней «отправляются» на пенсию, в лучшем случае переводятся на неполную занятость. Меньше шансов в сельской местности найти работу, на которую в городе обычно устраиваются пенсионеры (сторож, уборщица, дворник и пр.), здесь такие рабочие места заполняются в основном лицами трудоспособного возраста.

У мужчин и женщин уровень занятости в пенсионном возрасте практически одинаков (35,9% и 35,5%, соответственно). Женщины гораздо чаще продолжают трудиться на прежнем месте: 75% работающих женщин против 55% работающих мужчин. Особенно значительна разница среди работающих на часть ставки: 8,5% женщин и 3,5% мужчин. Очевидно, что женщины старшего возраста в большей степени стараются держаться прежнего рабочего места, пусть даже с потерей в оплате, в то время как мужчины активней ведут себя в поисках новой работы на рынке труда[5].

На вопрос «А хотели бы вы сейчас, будучи на пенсии, еще поработать?» большинство респондентов (52,4%) ответили отрицательно. Распространенность этого варианта ответа очень тесно связана с возрастом. Если до 60 лет лишь чуть больше четверти опрошенных не имеют желания продолжать работать, то в следующей возрастной группе (60—64 года) таких уже почти половина (45%). В группе 65—69 лет — больше половины (55%) опрошенных предпочитают больше не работать, в группе 70—74 года — свыше 80%, в группах старше 75 лет — более 90—95%.

Такая же тесная связь прослеживается между отсутствием желания продолжать работу в пенсионном возрасте и уровнем образования респондентов, который определяет характер занятости человека. Чем ниже уровень образования, тем чаще опрашиваемые отмечают, что больше не хотят работать: от 35% среди респондентов с высшим образованием до 77% среди респондентов без профессионального образования. Более распространено желание уйти с работы у женщин пенсионного возраста (54% против 49% у мужчин) и в сельской местности (63% против 47% в городе)1.

Саратовский социолог Т. В. Смирнова исследовала ситуацию на рынке труда для пожилых людей на 19 предприятиях города. Основные результаты исследования: на подавляющем большинстве предприятий региона отмечаются случаи дискриминации работников пенсионного и предпенсионного возраста: до 70% обследованных предприятий практикуют вытеснение пожилых сотрудников; наибольшая доля пенсионеров выявлена на предприятиях с тяжелым физическим трудом и низкой заработной платой. Профессиональные маршруты лиц пенсионного возраста значительно ограничены на рынке труда.

Для пожилых безработных возраст является основным фактором, снижающим вероятность трудоустройства по своей профессии. Даже в случае позитивного решения этой проблемы новая работа, как правило, не соответствует квалификации и образовательному уровню соискателя. Для пенсионеров, продолжающих трудовую деятельность, профессиональные маршруты в основном ограничиваются предприятиями с низкой заработной платой, тяжелыми условиями труда. Спрос на труд пожилых людей по-прежнему имеет место во вторичном сегменте рынка труда, который характеризуется наличием низкооплачиваемых, нестабильных рабочих мест[6] [7].

Вызывает интерес опыт западных корпораций, где достаточно распространенным явлением стала разработка программ помощи пожилым работникам, связанным с продолжением их трудовой деятельности. Они учитывают необходимость снижения «плотности рабочего времени» для таких работников, уменьшения недельного объема и периодов непрерывной работы. Взамен используется накопленный профессиональный и поведенческий потенциал работников «третьего возраста» (развитое чувство долга и ответственности, высокая сознательность, дисциплинированность). Зачастую практикуется их перевод на более легкую работу, на неполную ставку или наем на определенный срок (в период массовых отпусков сотрудников компании).

Больше образованных людей, в том числе пожилых, — это большие возможности для экономического роста, так как в условиях демографического старения пожилые люди с высоким уровнем образования и мотиваций занятости представляют собой фактор устойчивого экономического развития общества и личностной самореализации. В связи с этим более пристального внимания требует подготовка программы образования и повышения квалификации стареющей рабочей силы1.

По мнению П. Р. Алиевой и Ф. И. Мирзабалаевой[8] [9], меры, которые можно предложить для решения проблем занятости пожилых людей, их социально-экономической адаптации к трудовой деятельности сводятся в основном к следующему.

  • 1. Разработка пакета мер, направленных на стимулирование самозанятости пожилых.
  • 2. Поощрение использования работодателями разнообразных социальных практик включения пожилых людей в различные виды взаимодействий.
  • 3. Применение технологий опережающего обучения лиц, приближающихся к пожилому возрасту.
  • 4. Создание благоприятных условий труда для пожилых работников путем сокращения дневного или недельного рабочего времени, включая работу с неполной занятостью, увеличения отпуска, приспособления характера выполняемой работы к условиям, позволяющим максимально сохранить здоровье работников.
  • 5. Стимулирование работодателей, принимающих лиц с низкой конкурентоспособностью и адаптационным потенциалом через налоговую политику, субсидирование и квотирование государством рабочих мест.
  • 6. Поощрение формирования социальных институтов и публичных механизмов социальной поддержки пожилых людей.
  • 7. Совершенствование трудового законодательства, его гармонизация с международными нормами в рассматриваемой сфере.
  • 8. Разработка и реализация на уровне корпораций и муниципалитетов программ по привлечению пожилых работников к трудовой и общественной деятельности и т.д.

Указанные меры, связанные с более внимательным отношением к проблеме трудовой занятости пожилых людей со стороны государства (которое может сужать или расширять сферу участия лиц старших возрастных групп в общественном труде, создавая определенные условия труда, реализуя специальные меры, стимулирующие работников и повышающие интерес работодателей к занятости данной категории работников) и широкой общественности, могут положительно повлиять на поддержание их социального статуса, физическое и моральное здоровье и в целом на равновесное состояние общества и более динамичное развитие экономики.

  • [1] 2 См.: Dora L. Costa The Evolution of Retirement: An American Economic History,1880—1990. University of Chicago Press, 1998. P. 26.
  • [2] Сайты ОЭСР: Statistics on average effective age of retirement; http://www.oecd.org/els/employment/olderworkers
  • [3] См.: Соловьев А. К. К вопросу о повышении пенсионного возраста // Финансы.№ 6. Июнь 2015 г. С. 27.
  • [4] См.: Бушкова-Шиклина Э. В., Старикова М. М. Пенсия: что дальше? К проблемезанятости пенсионеров и повышения пенсионного возраста // Вестник Вятского государственного гуманитарного университета. 2014. № 12. С. 22.
  • [5] См.: Попова Л. А., Зорина Е. Н. Ресурсный потенциал третьего возраста. В сб.:Актуальные проблемы, направления и механизмы развития производительных силСевера — 2014. Материалы IV Всероссийского научного семинара : в 2 ч. Сыктывкар,2014. С. 191—192.
  • [6] См.: Попова Л. А., Зорина Е. Н. Указ. соч. С. 194.
  • [7] См.: Смирнова Т. В. Концептуальные основания реализации социально-трудовогопотенциала пенсионеров по возрасту : автореф. дис. на соиск. учен. степ. д-ра. социол.наук (22.00.04). Саратов, 2010. 25 с.
  • [8] См.: Доброхлеб В. Г. Ресурсный потенциал пожилого населения России. URL: www.isras.ru/files/File/Socis/2008-08/Dobrohleb_
  • [9] См.: Алиева П. R, Мирзабалаева Ф. И. Региональный опыт использования потенциала пожилых. // Экономика устойчивого развития. 2012. № 12. С. 13.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >