Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow ИСТОРИЧЕСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ РОССИИ
Посмотреть оригинал

Государство и народ

А. Отношение народа к власти

В XVIII - начале XX в. народ забыл традиции активного участия в государственной жизни через земские соборы, но по традиции верил, что царь — заботливый отец бедного люда; он неотделим от Бога и является проводником в политическую жизнь воли Божьей; поэтому все, что делал государь, шло на пользу народа. Широко бытовало представление о царе как о своем персональном государе (т. е. человек понимал царя как своего господина), как о верховном собственнике всей земли, всего государства, как о патриархе всех русских людей, который все может сделать на Земле. Эти наивные парадигмы были столь же стойкими, как и крестьянская вера в Бога без твердого знания символа веры и догм. Наивная религиозность и наивный монархизм суть две стороны одной медали— традиционного, патриархального, религиозного сознания крестьянства. Вот почему крестьянское движение в России, направленное против крепостного права, проходило под знаком самозванчества или «под именем царя»; не нашло отклика у народа ни одно общественно-политическое движение интеллигенции, включая декабристов 1820-х гг. и хождение в народ 1870-1880-х гг. Крестьяне считали, что управление уездом, губернией, а тем более государством — это дело царя, его наместников и слуг. Они не претендовали на участие в принятии государственных решений, на политическую власть, да и их понятия о государственном строе России были весьма смутными. Кругозора и знаний крестьян было недостаточно, чтобы понять, как организована и функционирует система власти, какое место в обществе отводится народу.

Однако приверженность к самодержавию не означала позитивного отношения народа к коронной бюрократии. Отношение к ней было дифференцированным и зависело от уровня власти. Местные чиновники казались крестьянам коррумпированными и ненужными. Крестьяне считали, что они су ществуют для самих себя, не выполняют возложенных на них императором функций и, как правило, действовуют против его воли. Чем выше был эшелон власти, тем более позитивным становилось отношение к чиновникам. А центральная администрация, близкая к царю, даже заслуживала доверия. Не поголовно, но в большинстве случаев крестьянство не включало в «мы» и духовенство и относилось к нему негативно.

Социальные низы города в отношении к монарху и государству мало отличались от крестьянства. Даже среди рабочих, исключая «сознательных рабочих», монархизм, политический индифферентизм и патриархальные представления о власти были широко распространены, особенно до революции 1905-1907 гг. К концу 1907 г. черносотенные организации, насчитывавшие до 400 тыс. человек, главным образом из «простонародья», действовали в 2208 населенных пунктах 66 губерний. Во время выборов в Государственную думу в 1907 г. в 51 губернии Европейской России к правым партиям принадлежало 42 % крестьянских выборщиков. Эта было самое массовое движение в России в тот период. Революции 1905-1907 гг. оказали сильное воздействие на крестьян, но их преобладающее большинство не стало республиканцами.

В 1907-1914 гг. широкие народные массы в значительной степени под влиянием пропаганды начали испытывать разочарование в Николае II, но не в монархии, хотя степень этого разочарования, по-видимому, часто преувеличивается. Участие крестьян и мещан в черносотенных организациях между 1907 и 1917 гг. и подъем монархических и националистических настроений в 1914 г. в связи со вступлением России в первую мировую войну говорят о том, что идея монархизма не исчерпала себя. Но во время войны народ определенно разочаровался в Николае II. То, что император в предвоенные годы не передавал крестьянам помещичьи земли, еще можно было объяснить вредным влиянием чиновников, но то, что Россия во время его царствования терпела поражение во второй войне подряд, не могло быть списано на привходящие факторы. Проигранные русской армией сражения наносили огромный удар по авторитету монарха, миф о его персональной божественной силе и всесилии с каждым поражением развеивался, особенно после того как Николай II лично стал во главе армии. Парадигма всемогущества государя пришла в противоречие с действительностью.

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Популярные страницы