Россия в парадигме Э. Дюркгейма: от механической к органической солидарности

Социальное развитие России в имперский период, в XVIII - начале XX в., хорошо укладывается в схему Э. Дюркгейма трансформации механической солидарности в органическую по мере индустриализации и урбанизации общества (табл. XII. 1).

Россия в XVI-XVII вв. подходила под тип общества с механической солидарностью: индивиды и исполняемые ими функции отличались сходством, личность поглощалась коллективом, индивидуализм был не развит. Социальная интеграция носила в значительной степени принудительный характер, поскольку все социальные организации являлись не добровольными, а принудительными. Материальная и моральная сплоченность была также вынужденной, так как поддерживалась круговой ответственностью. В обществе преобладало уголовное право, которое было писанным, над гражданским правом, которое было преимущественно обычным. Уголовное и гражданское право, так же как и уголовное преступление и деликт, не дифференцировались. Еще при 11етре I и мятеж, и убийство, и ношение бороды, и порубка заповедного леса считались уголовными преступлениями. Соблюдение правил поведения поддерживалось строгими репрессивными санкциями: например, имущественная несостоятельность должника, нанесение имущественного вреда карались уголовными наказаниями; дисциплина в семье поддерживалась патриархом телесными наказаниями. Среди санкций наиболее часто применяемыми были разные виды телесных наказаний и смертная казнь: в Соборном уложении 1649 г. смертная казнь предусматривалась для 60 нарушений, в петровском законодательстве — для 200. В крестьянских и посадских общинах коллективное сознание регламентировало весь уклад жизни человека; общины закрепостили человека; авторитет группы являлся абсолютным. Коллективное сознание было полностью религиозным, и оно примерно равнялось по объему совокупности индивидуальных сознаний. Общественные интересы доминировали над индивидуальными. Сложившиеся нормы принимались как должное и их правомерность обсуждению не подлежала. Город и деревня административно но, социально и экономически не были разделены. Большинство горожан занималось сельским хозяйством, как и крестьяне; город внешне и по стилю жизни напоминал деревню. Низкая плотность и населения, и поселений. В Европейской России среднее расстояние между городами в 1678 г. составляло около 300 км, плотность населения — 0,7 человека на 1 кв. км. Разделение труда в обществе находилось на очень низком уровне; доминировало натуральное хозяйство.

Таблица XII. 1

Механическая и органическая солидарность как идеальные типы

Признак

Механическая солидарность: основывается на сходстве деятельности (преобладает в традиционных обществах)

Органическая солидарность: основывается на разделении труда (преобладает в индустриальных обществах)

Морфологическая (структурная) основа

Сегментарный тип (вначале на клановой, затем на территориальной основе).

Слабая взаимозависимость, слабые социальные связи. Низкая плотность населения. Низкая материальная и моральная сплоченность

Организованный тип (слияние рынков и рост городов).

Большая взаимозависимость, сильные социальные связи. Высокая плотность населения. Высокая материальная и моральная сплоченность

Правовые

нормы

Правила с репрессивными санкциями.

Преобладание уголовного права

Правила с реститутивными санкциями.

Преобладание гражданского, процессуального, административного и конституциоиного нрава

Формальные основы коллективного сознания

Волыной объем.

Высокая интенсивность. Высокая предопределенность. Абсолютная власть коллектива

Малый объем.

Низкая интенсивность. Низкая предопределенность. Индивидуальная инициатива

(Содержание коллективного сознания

Религиозность.

Ориентированность на высшие духовные ценности, не подлежащих обсуждению.

Придание высшей ценности обществу и интересам общества как целого.

Конкретность и детальный характер

Светскость.

Связь с интересами человека и открытость для обсуждения.

Придание высшей ценности интересам и достоинству индивида.

Абстрактность и общий характер

Гофман А. Б. О социологии Эмиля Дюркгейма //Дюркгейм Э. О разделении общественного труда: Метод социологии. М., 1990. С. 553.

В период империи постепенно складывалось общество с органической солидарностью. Город отделился от деревни, между ними усиливался экономический и культурный обмен. Экономика коммерциализировалась: в начале XIX в. товарность сельского хозяйства составляла 9-12 %, в 1850-е гг. — 17-18 %, в 1909-1913 гг. достигла 31 % чистого сбора основных сельскохозяйственных культур. Все формы социальных, экономических и культурных связей в обществе резко интенсифицировались. Люди освободились от всех видов крепостной зависимости, приобрели сначала гражданские, а в 1906 г. и политические права. Наблюдался рост индивидуализма и ценности отдельной личности. Коллективное сознание уменьшилось в объеме и стало лишь незначительной частью совокупности индивидуальных сознаний; его интенсивность и степень определенности также уменьшились. Социальный контроль над человеком ослаб; девиантное поведение во всех формах многократно увеличилось. Центр тяжести социального контроля над поведением человека переместился с социе- тального уровня (со стороны государства, общества, церкви, общины, корпорации и семьи) на индивидуальный уровень. Одновременно с повышением роли самоконтроля существенно расширилась свобода индивидуального выбора. По содержанию коллективное сознание превращалось в светское, рационалистическое, ориентированное на индивида; его секуляризация прогрессировала: согласно данным опроса в 1909 г. студентов Политехнического института, 23,4 % твердо верили в Бога, 22,8 % сомневались, 48,3 % не верили и 5,5 % уклонились от ответа. Зародился национализм, усилился патриотизм, что свидетельствовало о росте социальной интеграции. Роль гражданского права резко возросла, и оно четко отделилось от уголовного, так же как уголовное преступление от деликта. Уголовные наказания смягчились. В 1742 г. была де-факто отменена смертная казнь, правда, впоследствии была восстановлена, но никогда не достигала прежних масштабов. Среди уголовных наказаний в начале XX в. стало преобладать тюремное заключение, и даже телесные наказания заключенных были отменены в 1904 г. В отличие от прошлого наказания крайне редко вели к лишению человека гражданских прав навсегда. Санкция утратила искупительный характер и главной целью имела восстановить порядок вещей, другими словами, реет игпугп йен ая санкция замен та репрессивную.

Дюркгейм полагал, что коллективное сознание при механической солидарности отличалось конкретностью, специфичностью, детальностью, а при органической солидарности — абстрактным и общим характером. Это наблюдение в полной мере относится к России. Языковеды, изучавшие развитие русского языка, в котором русское коллективное сознание выражалось, обнаружили, что язык со временем становился более абстрактным, логическим, отвлеченным и по лексике, и по грамматике. «В новейшем книжном языке, — констатировал в 1858 г. известный русский языковед Ф.И. Буслаев, — русское отвлеченное логическое сочетание понятий берет верх над этимологическим. В народном же языке, не подчинившемся искусственному единству условных правил и менее книжного подвергшемся изменению и нововведениям, так же как в древнем, этимологическая форма и наглядное представление господству ют над логическими формами». В современном русском языке (около 200 тыс. слов) имеется примерно 20 тыс. слов иностранного происхождения (многие из них — абстрактные, общие понятия), которые пришли в русский язык в последние 300 лет.

Всем перечисленным изменениям в характере социальной солидарности в период империи сопутствовали рост разделения труда и плотности населения. Показателем растущего разделения труда служит диверсификация экономики. Только за 1857-1897 гг. доля самодеятельного мужского населения, занятого в сельском хозяйстве, уменьшилась с 75,9 до 62,8 %. В Европейской России средняя людность сельской общины увеличилась примерно в 3 раза (432 человека в 1905 г.), средняя людность города — в 19 раз (25 тыс. в 1910 г.), плотность населения за 1680-1913 гг. — в 35 раз (24,4 человека на 1 кв. км в 1913 г.), наоборот, среднее расстояние между городами уменьшилось в 3,5 раза (83 км в 1914 г.).

Трансформация механической солидарности в органическую в начале XX в. не завершилась в России, как она не завершилась, по мнению Дюркгейма, и в западноевропейских странах. Однако, несомненно, западные общества продвинулись по этому пути значительно дальше, чем российское.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >