Конец эпохи изоляционизма

Сформированная десятилетиями система авторитарного телевидения терпит крах, хотя и не испытывает желания поступиться принципами. В состоянии кризиса все пять опор, составляющих несущую конструкцию этой системы. Аппаратная структура, не совместимая с требованиями демократии. Госбюджетная экономика, неспособная субсидировать электронные средства массовой коммуникации. Вещательно-производственная монополия “Останкино”, совмещавшая всесоюзного транслятора и производителя. Концепция “среднего зрителя”, позволявшая решать за аудиторию, что ей нравится и не нравится. И наконец, доктрина изоляционизма.

По отношению к мировому вещанию советское телевидение всегда было “островным” и всегда считало свой опыт самодостаточным. Разрушение “берлинской стены” в эфире познакомило нас с разнообразием информационных рубрик и их персонификацией, с ночными и утренними программами, телемостами и телемарафонами. И хотя в международное телепространство мы входим с черного хода — на уровне мексиканских сериалов и “сникерсов”, — контактные передачи с обратной связью, различные типы интервью, дискуссий, ток-шоу приобщают нас к формам вещания, существующим в мире.

Жанр — конвертируемая ценность. Лишь представляя себе, как живут другие, мы в состоянии понять, как живем мы сами. В этом смысле телевидение мало чем отличается от литературы. С другой стороны, литература не знает “совместного производства”. Кинематограф прибегает к подобной практике время от времени. Но только телевидение в силах дать повседневное представление о том, как живем “мы все”.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >