Светская идеология помощи

Светские авторы уделяли значительное внимание вопросам помощи и взаимопомощи. Дошедшие до нас источники свидетельствуют о том, что оказание помощи человеку, попавшему в трудную жизненную ситуацию, рассматривалось в контексте обыденной жизнедеятельности как вполне естественная его составляющая. В этом чувствуется как влияние сложившихся традиций, так и религиозной идеологии.

Например, проблемы этических основ оказания помощи нуждающимся фрагментарно отражены в средневековых светских источниках, таких, как «Домострой», «Пчела», «Златоуст» и других, более поздних. Они содержат нравоучения, моральные нормы и правила, конкретные рекомендации и примеры поведенческих форм. Эти источники включают в себя и требования к уровню нравственности личности, личностным качествам, ее отношениям и поступкам, участию в благотворительной деятельности, являющиеся продолжением и развитием сложившихся в славянской древности этических обычаев и традиций в отношении помощи и взаимопомощи, этики православия. Главная идея в этих источниках прослеживается очень четко: каждый должен поддерживать нуждающегося на добровольной основе и делать это бескорыстно с точки зрения материального вознаграждения, но, в то же время он должен делать это во имя спасения своей души. Ценность человека в этих произведениях четко не обозначена.

Иной подход к человеку и заботе о нем прослеживается в марксистской идеологии. Человек в ней признается высшей ценностью, и для реализации этой ценности усилиями всего общества должны быть созданы максимально благоприятные условия бытия, поскольку бытие определяет сознание. Тем самым благоприятные условия бытия обеспечат формирование социально позитивной личности. Важно, что марксизм признает ценность человека вообще, продолжая традиции гуманизма, поэтому, в отличие от предшествующих учений, он предлагает с целью реализации ценности человека не частичные и порой компромиссные реформы социальной структуры, которые могли бы улучшить условия жизнедеятельности отдельных граждан, но радикальные преобразования, направленные на гарантированное обеспечение всем гражданам (или, по крайней мере, большинству) их прав и свобод.

Ценность человека может быть реализована только в гуманистическом обществе, в условиях свободы, равенства, справедливости и отсутствия эксплуатации, т.е. в обществе социалистическом и затем — коммунистическом. Самореализация человека возможна преимущественно в трудовой деятельности, направленной на благо всего общества, и именно результаты этой деятельности должны лечь в основу благополучия самой личности и ее семьи.

Одно из важнейших прав человека с позиций марксистской идеологии — право на справедливое к нему отношение, справедливую оценку его заслуг. Поэтому основы благополучия личности закладываются посредством ее участия в трудовой деятельности. Однако полного равенства между людьми не может быть по естественным причинам; не все граждане могут равно принять участие в трудовой деятельности. В отношении граждан, но объективным причинам (в основном в результате снижения или утраты трудоспособности вследствие болезни, инвалидности, старческого возраста) не имеющим возможности осуществлять трудовую деятельность, справедливость может выступать в форме «конструктивного неравенства» («пропорционального равенства»): государство должно взять на себя заботу о таких людях и обеспечить их относительно благополучное бытие.

Забота о человеке, с точки зрения марксизма, должна проявляться не столько по отношению к конкретному человеку, сколько к человеку вообще. Это значит, что основные усилия государства необходимо направлять на то, чтобы всем людям были созданы благоприятные для жизнедеятельности условия посредством изменения наличной действительности. При этом в отношении граждан с особыми нуждами следует предусмотреть на уровне государства специальные меры, способствующие нормализации их жизнедеятельности (в основном, льготы).

Такого рода деятельность представляется с точки зрения марксистского учения более перспективной, нежели помощь отдельным личностям: предпочтительнее избавиться от причин, вызывающих проблемы в масштабах общества, чем решать те же проблемы многократно, оказывая помощь каждому нуждающемуся человеку, при том, что наличная действительность способствует постоянному воспроизводству проблематики. Более гуманным является предупредить возможность развития проблематики, нежели допустить страдания человека от разного рода проблем, даже если помощь будет оказана достаточно оперативно и качественно. Главным субъектом заботы о человеке, в том числе и о человеке с особыми нуждами, должно быть государство, поскольку оно провозглашает и признает человека высшей ценностью, а благо человека — конечной целью развития социальной системы и, следовательно, свои декларации обязано подкреплять практикой политической, экономической, социальной и духовной деятельности.

Частично марксистская идеология в отношении заботы о человеке была реализована в Советском государстве, особенно в 70—80-е гг. XX в. Согласно советской идеологии считалось, что в государстве, ставящем своей целью достижение блага каждого человека, в условиях плановой экономики все граждане в достаточной мере защищены от социальных и экономических катаклизмов, вследствие чего дополнительных мер, таких, как формальное создание системы социальной защиты, не требовалось. Тем более ненужной и даже вредной оказывалась благотворительная деятельность учреждений и частных лиц, которая с точки зрения официальных органов власти считалась излишней и унижающей достоинство личности — каждый человек имел право на внимание к себе и заботу со стороны государства, просить же помощи у частных лиц считалось недостойным и унизительным. В связи с этим декретами 1917—1918 гг. были упразднены благотворительные организации, а соответствующие учреждения переданы в ведение народных комиссариатов как государственных органов власти.

Для отдельных категорий граждан, не имеющих возможности самостоятельно себя содержать посредством трудовой деятельности, необходимо было решать вопрос главным образом посредством социального обеспечения: пенсий, льгот и т.п., причем государство считало своим долгом взять на себя заботу об обеспечении своих граждан полностью. Эти граждане, в основном пенсионеры, инвалиды, помимо пенсий, получали от государства по льготным ценам путевки на отдых и санаторно-курортное лечение, на льготных условиях получали жилье и др.

Вместе с тем, несмотря на то, что благотворительная деятельность в Советском государстве в некотором смысле была признана деятельностью неэтичной, нельзя считать, что благотворительность как явление исчезла полностью — она приняла другие формы и получила иные названия. Широко распространилась шефская помощь, оказываемая главным образом небольшим организациям и учреждениям — детским садам, школам, лечебным учреждениям, учреждениям культуры и спорта и т.д. Существовала в эти годы и частная благотворительность: считалось нормальным помогать престарелым соседям, инвалидам, больным людям. Многочисленными творческими союзами, общественными организациями, профсоюзами оказывалась значительная помощь гражданам и их семьям, попавшим в трудную жизненную ситуацию. Значительное количество детей и подростков участвовали в волонтерском движении, проявляя заботу о гражданах пожилого возраста и инвалидах. Имела место в советском государстве и подача милостыни нищим, хотя она не была распространена широко. Эти факты свидетельствуют о том, что, несмотря на продекларированный отказ от благотворительности, централизацию и огосударствление социальной помощи, имела место общинная, коллективная и частная помощь в различных формах, детерминированная как объективной, так и субъективной потребностью. Таким образом, в массовом сознании советских людей благотворительность по-прежнему оставалась деятельностью, соответствующей нормам общественной морали.

Но несмотря на провозглашенные ценности и практику их реализации, в этот период личность рассматривалась как часть целого — общества, коллектива. Существенно большее значение по сравнению с предшествующим периодом приобрела принадлежность к группе, в связи с чем и ценность личности измерялась в соответствии с ее ролью в коллективе, группе, обществе. Официально при этом декларировалось, что каждая личность имеет право на самореализацию, признание собственной ценности, а государство является инструментом для решения проблем человека в его интересах («все во имя человека, все для блага человека»). Однако на деле от каждого индивида требовалось в первую очередь умение соединить свои личные интересы с интересами общества, а порой — подчинить не только свои интересы, но и всю свою жизнь интересам, провозглашенным от имени общества. Несмотря на официально заявленные и многократно повторяемые лозунги о ценности человека, сам человек приобрел определенную абстрактность, поскольку реальную значимость и ценность имело в основном общество. Основным принципом жизнедеятельности государства являлся коллективизм, в то время как индивидуализм (эгоизм) подвергался осуждению. Социальная справедливость в этот период приблизилась в своем значении к тому, как ее понимал Платон: «...справедливость состоит в том, чтобы каждый имел свое и исполнял тоже свое»[1], однако, что именно индивид должен считать «своим», определяло государство. Поэтому ценность человека являлась существенно меньшей величиной, нежели ценность общества, вследствие чего возможности человека к развитию и самореализации следует считать до некоторой степени формальными и ограниченными.

«Светлое завтра» общества имело приоритетное значение перед «здесь и сейчас», в котором осуществляется жизнедеятельность реальной личности, имеющей вполне определенную продолжительность жизни. Такой подход, при всей его положительности в части устремленности в будущее, ставил личность в зависимое от государства, неавтономное положение, что позволяло рассматривать ее как ситуативно необходимую, важную, но не решающую силу в обществе («винтик»), инструментальную, а не терминальную ценность. Неизбежными следствиями такого подхода стали нивелирование личности, снижение ее инициативности, рост социальной пассивности и конформизма. Высокая степень защищенности личности привела в конце концов к тому, что она в значительной мере утратила чувство ответственности за себя и свое благополучие, рассматривая в качестве главного субъекта своего собственного благополучия государство. Социальная и профессиональная активность и продуктивность индивида лишь частично определяла его жизненный успех, нижний порог которого был достаточно высок, а верхний — достаточно низок, и им самим рассматривалась как вторичный фактор.

Таким образом, религиозная и светская идеология в течение довольно длительного периода определяла подходы к оказанию помощи. В целом можно отметить, что в течение периода, в котором социально-идеологический подход преобладал, ценность человека неуклонно повышалась, однако ценность общества оставалась неизмеримо более высокой.

  • [1] Платон. Государство : соч. в 3 т. М., 1971. Т. 3, ч. 1. С. 225.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >