Место и роль профессиональной подготовки в формировании личности социального работника

Уровни развития этического сознания социального работника

Профессионально-этическое сознание социального работника — это сформированная в процессе его профессиональной деятельности высшая форма психического отражения действительности в виде обобщенной и субъективной этико-аксиологической модели социальной работы в форме словесных понятий и чувственных образов. В его функции входят осуществление познавательных процессов, различение субъекта и объекта, креативность, формирование временной картины мира, отношение к миру и самому себе, формирование целей деятельности. Профессионально-этическое сознание развивается у специалиста только в профессиональных контактах в процессе профессиональной деятельности. Таким образом, сознание как внутренняя модель, отражающая профессиональную среду социального работника и его собственный мир в их стабильных свойствах и динамических взаимоотношениях, помогает ему эффективно действовать в реальной профессиональной жизни.

Профессиональное этико-аксиологическое сознание социального работника является многоуровневым и может быть представлено как совокупность этико-аксиологических знаний, убеждений и потребностей. Можно выделить следующие уровни развития профессионального этико-аксиоло- гичсского сознания специалиста.

Этико-аксиологические знания представляют собой основы знаний философской и профессиональной этики, аксиологии, деонтологии и аретологии, в особенности в области профессиональной социальной работы. Развитие сознания до этого уровня означает, что специалист свободно ориентируется в этико-аксиологическом пространстве, умея вычленить в нем нормы, принципы, требования, идеалы и другие элементы профессионально-этической системы. Социальный работник получает этические знания в процессе профессионального обучения, а также в процессе жизнедеятельности и профессиональной деятельности. Эти знания лишь частично носят системный и научно обоснованный характер, поскольку та их часть, которая получена в процессе профессионального обучения, дополняется знаниями, полученными в практике профессиональной деятельности и обыденной жизнедеятельности, обусловливая противоречивый в целом характер знаний.

Поэтому следует отметить, что знания в области этики и аксиологии, деонтологии и аретологии еще не означают моральности поведения как в профессиональной, так и в обыденной деятельности. Относительно практики профессиональной деятельности этико-аксиологические знания, в том числе и профессионально значимые, сохраняют значительную самостоятельность — они могут не использоваться или использоваться частично, оставаясь формальными. В этом случае можно даже иметь дело с личностью так называемой «двойной морали». Такая личность может прекрасно ориентироваться в вопросах этики и аксиологии, в том числе и профессиональной, неплохо разбираясь в теории, но по разным причинам не считать для себя обязательным следовать их требованиям. Такой феномен можно наблюдать в случае, если реальная жизнь и профессиональная деятельность предлагают личности в качестве положительного образца противоположные ценности, идеалы и схемы деятельности, реализация которых приводит к жизненному и профессиональному успеху. В этом случае личность оказывается в ситуации выбора между этичным поведением и поведением, гарантирующим успех. К сожалению, выбор в пользу этичности в данном случае не гарантирован.

Этико-аксиологические убеждения — это основанная на опыте и знаниях уверенность специалиста в справедливости требований профессиональной морали, объективности и значимости профессиональных ценностей, приоритете профессионального морального долга перед субъективными желаниями. Наличие этико-аксиологических убеждений свидетельствует не только о наличии разностороннего профессионального опыта, но и о более высоком уровне развития личностного сознания специалиста, поскольку убеждения основаны на глубокой и всесторонней оценке личностью известных ей этических норм и ценностей, проверке их социальной и профессиональной практикой, жизненным и профессиональным опытом, их внутреннем одобрении и органичном приятии как единственно верных. Наличие сформированных этико-аксиологических убеждений предполагает, помимо прочего, способность личности к осуществлению этико-аксиологического анализа социальной и профессиональной реальности, выработки оценки теории и практики профессиональной деятельности с этико-аксиологических позиций. Оно определяет теоретическую и практическую подготовленность специалиста к профессиональной деятельности, является основанием для его сознательного отношения к своему поведению и действиям в практике социальной работы, поскольку они участвуют в формировании волевых качеств личности и устойчивых форм морального реагирования на окружающую действительность. Наличие этико-аксиологических убеждений свидетельствует также о потребности специалиста в профессиональном росте и самосовершенствовании.

Однако относительно профессиональной практики этикоаксиологические убеждения социального работника также обладают относительной самостоятельностью, поскольку в практической повседневной деятельности специалиста может возникнуть ситуация, в которой приходится действовать вопреки своим убеждениям. Ситуативно могут возникнуть основания, кажущиеся (или в действительности являющиеся) более значимыми, нежели собственные убеждения. Убеждения — ценность высокого ранга, но существуют ценности ранга не менее высокого — например, человеческая жизнь, здоровье и др., и в общем случае выбор может быть сделан в пользу любой из них. В этом случае личность находится в разладе с собой.

Этико-аксиологические потребности — высший уровень развития этико-аксиологического сознания специалиста. Их наличие характеризует этико-аксиологическую, профессиональную и социальную зрелость социального работника. Она выражается в наличии моральной потребности в соблюдении требований профессиональной этики, сознательной организации деятельности с целью реализации этических ценностей и морального долга. Когда соблюдение требований профессиональной этики и аксиологии становится внутренней потребностью личности, оно способно мобилизовать все ее волевые, интеллектуальные и эмоциональные качества, направить усилия на решение проблем с позиции профессиональной этики и аксиологии.

В этом случае соблюдение требований профессиональной этики и аксиологии становится устойчивым качеством личности, важнейшим фактором, мобилизующим ее для организации своего поведения и деятельности, делом долга и совести, чести и достоинства, мерилом добра и зла. Будучи мотивированным своими этико-аксиологическими потребностями, специалист не может совершить действия, не отвечающие критериям добра и зла, даже если они ситуативно обусловлены как необходимые или представляются таковыми. Специалист в полной мере осознает личную ответственность за результаты своей деятельности, деятельности коллег и всей системы социальной работы и свою профессиональную деятельность воспринимает как моральный долг перед обществом и государством, профессией и коллегами, клиентом и самим собой.

Таким образом, профессионально-этические знания, убеждения и потребности безусловно связаны с практической деятельностью, однако в различной степени детерминируют ее. Наиболее однозначная и устойчивая связь наблюдается в случае формирования у специалиста этико-аксиологических потребностей. Теоретическое изучение будущим или уже состоявшимся специалистом объективных социальных и профессиональных ценностей может оказаться явно недостаточным: моральная проповедь становится бессильной, если ее содержание и требования формальны, не совпадают с реальными интересами человека и опровергаются социальной и профессиональной реальностью.

Более того, схоластический подход может привести к прямо противоположному результату. Специалист, сравнив теорию с профессиональной и социальной практикой, может сделать вывод о том, что в социальной работе, как и в других видах профессиональной и обыденной деятельности, царит так называемая «двойная мораль», в соответствии с которой декларируются общечеловеческие гуманистические и профессиональные ценности, но реализуются иные, иногда — прямо противоположные. Может быть даже сделан вывод, что такого рода «двойная мораль» является общепризнанной нормой и положительным образцом, вследствие чего профессионально-этические ценности могут не являться для него действенным мотиватором. В этом случае социальный работник будет следовать в своей профессиональной деятельности не столько требованиям профессиональной этики, сколько требованиям других регулирующих систем, и, оказавшись вне их контроля, может демонстрировать поведение, несовместимое с требованиями профессиональной этики.

В сознании социального работника представлены как этико-аксиологические знания, так и этико-аксиологические убеждения и потребности. Поэтому процесс формирования морального и ценностного сознания должен носить творческий характер и быть ориентирован на формирование в первую очередь его знаний, а на их основе — ценностных и моральных убеждений и потребностей, достаточно надежно детерминирующих его деятельность.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >