Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow ЗАПАДНАЯ СОЦИОЛОГИЯ В 2 Ч. ЧАСТЬ 1
Посмотреть оригинал

Проблемы методологии, методики, техники и организации конкретно-социологических исследований в научном творчестве М. Вебера

Оценка роли и значения М. Вебера была бы неполной, если бы мы не остановились, хотя бы очень кратко, еще на одной стороне научной деятельности М. Вебера — участии в разработке и проведении конкретно-социологических исследований. Эта сторона творчества часто остается за рамками в процессе анализа его научного наследия как в зарубежной, так и в отечественной литературе. Неудивительно, что мы знаем Вебера по преимуществу как крупнейшего теоретика, но отнюдь не ученого, который занимался такими «прозаическими» вопросами, как разработка анкет, составление инструкций к проведению опросов и т.д. и т.п. С другой стороны — все это логически «укладывалось» в общую канву его научной деятельности, начиная с первых работ, посвященных анализу античного общества и выполненных в духе школы «национальной экономики». Собственно, недаром социологию М. Вебера называют еще и «эмпирической социологией». «Неисправимый теоретик» Т. Парсонс посчитал, что М. Вебер приблизил гуманитарное знание к канонам эмпирической социальной науки в гораздо большей степени, чем кто бы то ни был до него1.

Одна из первых возможностей для отечественного читателя познакомиться с деятельностью Вебера в качестве социолога-«прикладника» была представлена в работе А. И. Кравченко «Социология Макса Вебера. Труд и экономика» (1977).

Совершенно логично как с точки зрения теории, так и эмпирической деятельности Вебера проблемы конкретно-социологических исследований в упомянутой работе рассматриваются в контексте формирования немецким ученым предмета индустриальной социологии.

В этом отношении М. Вебер воспринял многое не только от К. Маркса, но и представителей немецкой исторической школы (А. Мюллера, Ф. Листа, Г. Шмоллера и других). Многие экономисты этой школы стояли, в отличие от М. Вебера, образно говоря, на позициях романтизма, поскольку очень настороженно следили за вторжением индустриального капитализма в Германию, видя в нем угрозу устоявшемуся образу жизни и немецкой культуры в целом.

Что могло импонировать Веберу в работах представителей исторической школы? Дело в том, что они в своей научной деятельности, анализируя экономическую жизнь общества, значительное внимание уделяли не только изучению истории становления экономических институтов, но и исследованию экономических реалий под углом зрения поступков человека, мотивов его поведения, значения культурных традиций и различного рода обычаев. Чтобы здесь были понятны параллели и сходные моменты между Вебером и немецкой исторической школой экономики, стоит хотя бы кратко воспроизвести ее некоторые установки и, в частности, Густава Шмоллера (1838—1917). Шмоллер исследовал хозяйственную деятельность с точки зрения взаимоотношений экономики и этики. По его мнению, все общественные науки и политическая экономия имеют одно общее основание, а именно: они подчинены «единым причинам социологического или психо-этического рода. Процесс труда, — это не только рациональная, но и этическая деятельность, где процесс труда связан с признанной системой ценностей общества. В своих экономических действиях люди не просто удовлетворяют свои материальные потребности, но и действуют определенным этическим образом. Поскольку экономические действия людей объединены общностью языка, истории, обычаев, то у них вырабатывается общий «коллективный этос хозяйства»[1] [2]. Многое из того, о чем говорил Шмоллер, явно коррелируется с идеями Вебера, хотя пути решения регулирования экономики и перспектив ее развития у них были различны. Вебер ориентировался на идеологию либерализма, а его соотечественник и современник Шмоллер — на целесообразность государственного вмешательства в экономику.

История проведения М. Вебером эмпирических исследований в сфере труда связано с его сотрудничеством с «Обществом социальной политики». Это общество было создано в 1872 г. и стало той организацией, где разрабатывались научные принципы (методология) и отрабатывалась методика и техника эмпирической социологии, проводились практические социальные исследования.

В 80—90-е гг. XIX в. эмпирическая социология в Германии в основном строилась на подражании французским и английским образцам. Как отмечают исследователи, изучавшие данную проблему, до прихода Вебера в деятельности «Общества» не было заметных успехов[3]. Кустарной была методика проведения исследований, не было теоретического осмысления изучаемых проблем, необоснованной была выборка, подбор респондентов и экспертов и многое другое. Главная причина заключалась в том, что у лиц, занимавшихся эмпирическими исследованиями, отсутствовал интерес к методологии исследования.

В этой связи неудивительно, что заимствованные методики и технические процедуры не могли привести к успеху, ибо разработчикам анкет оставалось неясным: как работает построенная ими методика, что она измеряет, соответствует ли то, что они получили «на выходе», тому, что задумывалось «на входе» и т.д.

Ядро «Общества» составляла группа университетских профессоров, никогда по-настоящему не работавших «в поле». Озабоченные политической обстановкой в стране, как убежденные либералы, они исходили из того, что прогресс страны достижим только на пути социальных реформ, а для их проведения необходима добротная социальная информация.

Одной из проблем, которая интересовала членов «Общества» было облегчение участи промышленных рабочих и наемных сельхозрабочих. Вообще, следует отметить, что в качестве социологической проблематики проблема положения рабочего класса имеет в социологии наиболее древнюю традицию. Она уходит своими корнями еще в начало XIX в. Немаловажную роль здесь сыграли представители социалистического направления социальной мысли: Р. Оуэн, Ф. Энгельс и др.

Судьба социальных реформ в промышленности (на предприятиях) зависела прежде всего от предпринимателей, и для проведения реформ необходимы были веские и убедительные аргументы. Наиболее убедительными доказательствами являлись различного рода социальные факты, которые собирались через систему регулярных опросов. Рассылая анкеты по определенным географическим регионам, «социальные политики», т.е. члены «Общества социальной политики» затем анализировали полученные ответы. Обычно в публикуемых материалах приводились обширные таблицы, затрагивающие различные стороны социально-экономической жизни: доходы, бюджет и т.д. Первоначально подобной рутинной работой занимался и М. Вебер. Одной из характерных черт работы данного «Общества» являлось то, что им проводились ежегодные собрания. На этих собраниях профессора совместно с приглашенными министерскими работниками, промышленниками и представителями профсоюзов детально обсуждали итоги исследований и разрабатывали соответствующие предложения, направленные на улучшение социально-экономической ситуации в производственной сфере.

Вебер, видимо, не был бы Вебером, если бы он остался в рамках рутинных отработанных процедур.

В 1893 г. вместо традиционного сообщения о выводах исследования Вебер на повестку дня поставил политические вопросы. Эти вопросы касались сельскохозяйственной политики, проводимой землевладельцами Восточной Пруссии. Он сделал заявление о том, что в силу экономических причин землевладельцы этих районов нанимают польских крестьян, в результате чего страдают экономические интересы самой Германии.

Для совершенствования социологического исследования здесь важно было прежде всего то, что Вебер настоял на том чтобы не использовать в качестве респондентов земледельцев, поскольку они не способны беспристрастно и незаинтересованно оценить ситуацию и дать правдивую информацию. Таким образом, Вебер провел в практику исследования свой методологический принцип «свободы от оценки». Не остался здесь без внимания и сам принцип формирования анкеты, ее содержание и способ формулировки вопросов. И здесь Вебер, верный своим методологическим установкам, подвергал критике «Общество» за излишнее внимание лишь к материальным условиям жизни рабочих. По его мнению, проблемы, связанные с этими условиями, относятся прежде всего к «субъективной сфере», т.е. желаний, потребностей рабочих, их оценке труда, мотивов трудового поведения и т.д.

На этом примере видно, что научный подход М. Вебера не ограничивается теоретическим постулированием каких-то истин и их простой иллюстрацией фактами. Он не пошел путем создания глобальных теоретических построений, хотя методологическая структура его макросоциологии (сравнительно-исторический анализ, идеальное типо- логизирование, глубокая философская рефлексия) должны были этому способствовать. Вебер с первых шагов на конкретно-социологическом поприще попытался найти органическую связь между логически обоснованной теорией и проверенной, надежной эмпирией, соединившихся надежной и имеющей эвристический характер методологией.

Говоря об эмпирической стороне научного творчества Вебера нельзя не отметить, что он обратился к этой сфере деятельности в период, когда в Германии мало кто верил, что здесь есть что делать серьезному ученому.

По данным П. Лазерсфельда (1901—1976) М. Вебер на протяжении своей жизни шесть раз участвовал в эмпирических социальных исследованиях[4]. Его самые ранние исследовательские поиски затрагивали проблемы условий труда и ценностные ориентации промышленных и сельхозрабочих.

С методологической точки зрения здесь следует отметить один важный момент. Используя количественные методы, Вебер справедливо полагал, что взаимосвязь социальных явлений, носящих стохастический (случайный, вероятностный) характер, можно выразить только в терминах теории вероятности. Недаром Вебер, как уже отмечалось, оценивая возможности осуществления того или иного социально-исторического явления или события, употреблял термины «вероятность» и «шанс» (встретить шанс).

Первый опыт проведения конкретного социологического исследования Вебер получил в 27 лет. С группой университетских профессоров он анализировал причины растущего напряжения между правительством и немецкими рабочими, находившимися тогда под сильным влиянием социалистических идей. В качестве практической цели ставилась задача по уменьшению влияния марксистского учения на сознание рабочих и снятию напряженности в отношениях между трудом и капиталом.

Наиболее интересными с методологической и процедурной стороны явились исследования, которые провел М. Вебер в 1907 г. по предложению своего младшего брата А. Вебера (1868—1958). Это стало третьей попыткой участия М. Вебера в индустриальных исследованиях. Учредителем и спонсором этого, как и предыдущих исследований, выступало «Общество социальной политики».

В программе исследования ставился ряд задач. В частности, необходимо было выяснить:

  • 1) влияние крупной промышленности на профессиональную судьбу и образ жизни рабочих;
  • 2) степень воздействия социальных и этнокультурных характеристик рабочей силы на развитие промышленности обследуемого региона.

Следует отметить, что Вебер написал к этому исследованию 60 страничное методологическое обоснование программы. В нем прояснялась веберовская концепция соотношения, с одной стороны, экономики и социологии, с другой — теории и эмпирии. Особый акцент делался на изучение «субъективных установок» рабочих к труду. Кроме того, Вебер разработал несколько методических документов. Например, инструкцию для интервью, где говорилось о необходимости начинать исследование с описания технологических характеристик предприятий, а затем переходить к географическим и историческим особенностям формирования рабочей силы, квалификации работников и трудностям в обучении.

Другая группа проблем касалась деятельности рабочего на фабрике: реализации профессиональных навыков и интересов, внедрения различных систем оплаты, повышения квалификации, демографических данных, мобильности и др. вопросов.

Собственно, социологический блок вопросов затрагивал социальные различия рабочих, уровень сплоченности, отношение к управленческому персоналу, а также вопросы, связанные с семьей, бытом и досугом.

Важным эпизодом в «эмпирической» биографии М. Вебера является исследование производительности труда на текстильной фабрике, принадлежавшей семье жены. Результаты этого исследования освещены в работе «Психофизиологические аспекты промышленного труда». Наряду уже с апробированными процедурами исследования Вебер в данном случае ввел и ряд особенностей в технику исследования. Например, он в течение многих недель наблюдал за поведением рабочих, акцентируя внимание на длительности рабочего цикла и перерывах, усталости и монотонности труда, отношении рабочих к сдельной оплате, а также анализировал вопросы, имеющие отношение к организации труда. Характерной особенностью веберовской исследовательской практики в сфере промышленного производства является то, что он широко апробировал свои методологические и теоретические установки! Например, в процессе исследования поведения рабочих он классифицировал их на два типа:

  • 1) рациональный тип, к которому он относил такие действия, при которых рабочий сознательно регулировал производительность труда в соответствии со своими намерениями и материальными целями;
  • 2) к другому типу он отнес неосознанные мотивы, скрытые действия, которые проявляются только в конечном итоге (в частности, в сдерживании производительности труда) и которые сопровождаются отсутствием должного понимания рабочим самого механизма поведения.

Вебер подробно останавливается на анализе понятия «установка» (аттитюд). Для него, любившего терминологическую точность, «установка» могла характеризовать психологическое состояние, например, раздражительность рабочего, столкнувшегося с враждебным поведением предпринимателя, либо недовольство системой оплаты и т.д. В своих исследованиях Вебер рассматривал поведение простых людей, а не деятельность исторических лиц, с которыми он обычно имел дело в своих историко-социологических исследованиях.

Изучая установки рабочих, М. Вебер вышел за привычные рамки теоретического анализа и углубился в совершенно конкретные и практически ориентированные вопросы, связанные с применением результатов социологических исследований в практическую жизнь.

Логическим продолжением увлечений Вебера аграрными отношениями Древнего Рима явилось его участие в исследовательской работе «Положение сельскохозяйственных рабочих в Германии восточнее Эльбы» (1892).

Опыт этих исследований являлся важным фактором и поводом для дальнейшего анализа им социальной структуры тех обществ, где преобладало крестьянское население, к примеру, Германии и России. В вопросах, связанных с Россией, Вебера, в частности, интересовало влияние православия на формирование социальной и политической структуры, на развитие специфического типа трудовой этики. В этой связи можно констатировать, что эмпирические исследования в области аграрного труда стали неотъемлемой частью его исторической социологии труда. Как считается, столь ярких примеров органической связи макросоциального и эмпирического подходов, как у Вебера, нет в истории социологии в целом.

Главная работа Вебера по методологии индустриальной социологии «Методологическое введение к проекту “Общества социальной политики” об отборе и адаптации рабочего класса крупной индустрии» первоначально была подготовлена «на правах рукописи» в 1908 г. В 1914 г. она была опубликована Марианой Вебер в собрании сочинений. Здесь же помещена и вторая работа по данной проблематике: «Психофизика индустриального труда»[5].

«Методологическое введение» Вебера сегодня считают классической работой по индустриальной социологии. По существу, она представляет собой учебник по организации и проведению эмпирического исследования. Причем исследования, разработанного на примере одной конкретной темы — отбор и адаптация промышленных рабочих.

Исследовательская установка Вебера была ориентирована на решение ряда задач.

Во-первых, формулировалась необходимость изучения структуры рынков сбыта, организационной системы производства, времени активного оборота капитала и других сугубо экономических проблем.

Во-вторых, ставились задачи, ориентированные на исследование профессиональной судьбы различных групп занятого населения (т.е. мобильности), региональной специфики, квалификационной структуры рабочей силы, институциональных образцов социальных отношений рабочих, а также доминирующих психологических черт в тех или иных группах рабочих.

Конечным результатом исследования должно было стать построение картины психологических, интеллектуальных и социальных особенностей «типичного работника», характерного для современного индустриального ядра рабочего класса, а также анализ его отличий от восточного типа рабочего. Как видим, Вебер постоянен в своих теоретических и методологических предпочтениях. Он при каждом возможном случае пытается подвергнуть свою теорию эмпирической проверке и одновременно поставить теорию на службу практических потребностей общества. Одним из ярких примеров этого явилась и его теория «плебисцитарной демократии».

Во второй части «Методологического введения» Вебер сосредоточивает свое внимание на конкретно-психологических переменных: утомлении, монотонности, трудовых нагрузках рабочего и т.д. Многое из всего этого способствовало формированию предметной области индустриальной социологии. А главное, его идеи не потеряли своей актуальности до сих пор, особенно в связи с проблемой «гуманизации труда».

Немало ценного дает третья часть его работы, в которой рассматривается исследовательский инструментарий, процедура и техника эмпирических исследований.

Очень важным в этом плане является попытка Вебера дать типологию рабочей силы, принципы ее классификации в зависимости от трудовых позиций и выполняемых функций.

Интересным в веберовском подходе к анализу содержания труда является то, что он попытался увязать конкретные факторы содержания труда с социально-политическими и экономическими реалиями (например, со степенью бюрократизации производственного аппарата). Более того, в заключительной части «Методологического введения» он выходит на теорию бюрократии в условиях социализма и капитализма, а также показывает ее роль в культивировании духа включенности работника в производство, развитии корпоративной солидарности и ориентации работника на прибыль.

Таким образом, Вебер на протяжении 20 лет систематически участвовал в проведении эмпирических исследований и его увлечение эмпирией, как можно было убедиться, не являлось случайным. Он не просто подчеркивал эмпирический статус социологии, но и сам участвовал в полевых опросах, побуждая к этому других. Через эмпирические исследования Вебер стремился вывести социологию на путь строгой доказательной дисциплины, имеющей широкое практическое значение во многих сферах общественной жизни[6].

  • [1] См.: Parsons Т. Max Weber // American Sociological Review. 1965. Vol. 30. № 2.P. 175, а также более подробно об отношении Т. Парсонса к М. Веберу см. в: Т. Парсонс.О структуре социального действия. М., 2000. Гл. XVII—XVIII.
  • [2] См.: Шмоллер Г. Народное хозяйство, наука о народном хозяйстве и ее методы.Хозяйство, нравы и право. М., 1902.
  • [3] См.: Кравченко А. И. Социология Макса Вебера. Труд и экономика. М., 1997.С. 46—49.
  • [4] См. Lazarsfeld Р. Max Weber and Empirical Social Research // American SociologicalReviewe. 1965. Vol. 30. № 2.
  • [5] См.: Weber М. Gesammelte Aufsatze zur Soziologie und Sozialpolitik. Tubingen, 1924.
  • [6] См. подробнее в: А. И. Кравченко. Социология М. Вебера. Труд и экономика. М.,1997. С. 90—100.
 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы