Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow ОБЩАЯ СОЦИОЛОГИЯ
Посмотреть оригинал

Новые рецидивы традиционализма

Итак, ранняя либерализация в России началась с комплекса либеральных реформ 60—70-х гг. XIX в. Однако к тому времени в российском обществе уже сложился слой радикально настроенной интеллигенции, который выражал крайнее недовольство самим содержанием либеральных реформ как буржуазных и их темпами, усматривал причину всех бед народа в монархии, а персональную ответственность возлагал на царя. Радикалы стали создавать тайные общества с целью террора против царя и членов его семьи: общества типа «Земля и воля», «Черный передел» и др.

В результате после убийства царя-освободителя на трон вступил Александр III, который был противником либеральных реформ отца. В первую же неделю после коронации состоялось заседание правительства, которое отвергло проект конституции, разработанный по поручению Александра II и предварительно одобренный им. Началась полоса отказа от большинства реформ, предпринятых на предыдущем этапе. То есть радикалистский террор пролагал дорогу контрреформам, губил начатые реформы.

Цикл контрреформ сверху охватил следующие области жизни, затронутые либеральными реформами:

  • — судебную: введены полицейские ограничения состава присяжных, сокращение присяжных судов в провинциях;
  • — земское и городское самоуправление: началось свертывание активности низших гражданских слоев, вытеснение их дворянством;
  • — образование: ликвидирована университетская автономия, возобновились репрессии в отношении демократического студенчества и либеральной профессуры, стало свертываться женское образование, произошел частичный возврат к сословной школе; восстановлено всевластие цензуры;
  • — сельско-общинную: восстановление препятствий разделу семейных хозяйств, выходу из общины, переселению на новые земли;
  • — национально-колониальную: ограничена автономия Финляндии, усилены полицейские функции в Польше, насаждается православие в мусульманских районах Поволжья.

И только в финансово-экономической области не было сделано обратных шагов. Более того, были снижены размеры выкупных платежей для крестьян; введена фабричная инспекция по контролю условий труда; продолжилось укрепление финансов: введен свободный обмен кредитного рубля на золотой, привлекались иностранные займы, устанавливалась государственная монополия на продажу водки. Благодаря этим и другим мерам продолжился довольно быстрый рост экономики. По темпам роста производства в прогрессивных отраслях Россия вышла в 1880-х гг. на первое место в мире. К концу XIX в. промышленный рабочий класс превысил 5 млн человек.

Однако на рубеже XIX—XX вв. наступил международный экономический кризис. Наиболее глубоким и длительным он оказался в России, где закрылись около 3 тыс. предприятий. Многие страны стали искать решение своих проблем в локальных войнах. Правительство Николая II также втянулось в войну с Японией, но потерпело позорное поражение. Обнаружился новый кризис российской традиционализации. Он повторился в годы Первой мировой войны, особенно в 1916—1917 гг., когда выяснилось, что традиционалистские методы управления, институты совершенно не отвечают характеру, задачам, способам ведения массовой войны в начале XX в.

Таким образом, если экономически Россия закрепилась в достаточно развитой группе капиталистических стран, то в более общей, социокультурной перспективе она как бы зависла на взлете: вступив с некоторым опозданием в стадию ранней либерализации, она споткнулась о радикализм, который вызвал рецидивы традиционализма. В начале XX в. возникли благоприятные условия для деятельности уже не узких террористических кружков интеллигенции, а массовых радикальных политических партий и движений. Они быстро распространили свое влияние на значительные слои трудящихся, прежде всего рабочих и солдат.

Революция 1905 г. представляла собой первую попытку взорвать вновь законсервировавшийся традиционализм. Несмотря на поражение, она стала массовым импульсом, побуждавшим снизу к продолжению либеральной трансформации. Царь вынужден был воспринять этот импульс: в августе 1905 г. он объявил о создании законосовещательной думы, а 17 октября того же года — о введении конституционного строя; в апреле 1906 г. собралась первая Государственная дума, которая, вопреки намерениям Николая II, вышла за законосовещательные рамки и стала важным элементом росс и й с ко й государствен н ости.

Другим шагом вперед стала аграрная реформа П. А. Столыпина, который был председателем Совета Министров. После отмены крепостничества реализация многих прав крестьян еще оставалась в зависимости от решения общины. Только в начале XX в. была отменена круговая порука. Столыпинская реформа предоставила крестьянину право выделиться из общины, несмотря на ее возражения. Возражения со стороны общин и в самом деле были широкими и упорными. Но в поддержку реформы были вовлечены органы государственного страхования, местного самоуправления, к ее задачам приспосабливалась налоговая политика, вводилось обязательное начальное образование. В результате за 10 с небольшим лет реформы правом выхода из общины воспользовались около 30% крепких крестьянских хозяйств.

И повторилась пагубная триада: реформы Столыпина — его убийство (1911) — новый этап реакции, обостренный подготовкой и участием России в Первой мировой войне.

В итоге в ответ на рецидивирующую традиционализацию правящая династия получила: поражение в двух войнах; три революции — 1905 года, февраля 1917-го, октября 1917-го; ликвидацию царской династии. А российское общество в целом пережило: октябрьский переворот, гражданскую войну 1918—1921 гг., утверждение власти большевиков.

Рассудку казалось, что мир традиционализма разрушен до основания и страна двинется но светлому пути постлиберализма (социализма, коммунизма), срезая углы и минуя промежуточные этапы. Но история не прощает такого рода пагубной самонадеянности рассудка. Она требует считаться с социетальными реальностями, ее этапами и тенденциями.

В начале данного раздела мы привели периодизацию российской истории, предложенную В. О. Ключевским. Конечно, в ней можно обнаружить нечеткость оснований и другие слабые места. Но она позволила историку обобщенно представить смысл двух эпох истории России — до и после реформ Александра II. До реформ наблюдалось ненормальное соотношение между величием международного положения России и слабым внутренним ее ростом, низким уровнем духовных и материальных средств, которыми обладал ее народ. Из этого несоответствия следовало, что теперь, после реформ русскому и другим народам России предстоит «напряженно работать над самими собой, развивать свои умственные и нравственные силы, с особенной заботливостью устанавливать свои общественные отношения» (Ключевский). Иными словами, категорический императив новой эпохи российской истории так звучал и звучит до сих пор: отказываясь от внешней агрессии, сосредоточить внимание на прогрессе внутренних сил страны, ее народа и каждого человека.

Конечно, для обширной России возможности следования этому императиву зависят от геополитической ситуации в мире. Уже во второй половине XIX в. обнаружились пределы расширения России как государства, началось сужение ее пространства. Государство «продало» Аляску Северо- Американским Соединенным Штатам, пошло на уступки Японии на Дальнем Востоке; после революции 1917 г. были утрачены Латвия, Литва, Польша, Финляндия; после распада СССР и восстановления России как самостоятельного государства в конце XX в. Россия сама сузила свою территорию до границ РСФСР, вне которых оказался Крым.

Начало XX в. открыло новый этап в борьбе империй за передел мира. Российский император Николай II и его правительство оказались не на высоте категорического императива новой эпохи российской истории. В духе традиционализма царизм втянулся в войну с Японией и проиграл ее. Затем наступила Первая мировая война, в ходе которой рухнула сама династия Романовых. Если война с Японией положила предел процессу российской колонизации на Востоке, то война с Германией послужила началом деколонизации части российских территорий, расположенных на Западе. Октябрьская революция сделала этот процесс историческим фактом: сначала от России отпали Финляндия, Польша и прибалтийские территории, а затем, в ходе Гражданской войны, стало распадаться обширное всероссийское пространство (отделились азиатские и кавказские территории, даже исторически более укорененные пространства России — Украина, Сибирь, Дальний Восток). Возник прецедент сужения границ Советской России до Великороссии и даже до Верхне-Волжской Руси. Ценой невероятного истощения внутренних сил народа Советская власть в итоге Гражданской войны почти полностью восстановила былое всероссийское пространство. Этот процесс получил продолжение перед Второй мировой войной и по ее итогам: в состав СССР были включены западные части Украины и Белоруссии, балтийские республики, южная часть Сахалина и северные Курильские острова.

Внешнее державное величие было восстановлено и возвышено. А как обстояло дело с развитием внутренних сил народа? Об этом пойдет речь в следующей главе.

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы